![Наполеон, или Миф о "спасителе" - Жан Тюлар](https://pbnuasecond.storageourfiles.com/s18/86304/img/86304.jpg)
-
Название:Наполеон, или Миф о "спасителе"
-
Автор:Жан Тюлар
-
Жанр:Историческая проза
-
Год публикации:2017
-
Страниц:104
Краткое описание книги
Шрифт:
Интервал:
Закладка:
Жизнь и деятельность императора Наполеона I, великого полководца и реформатора, хорошо знакомы русскому читателю в первую очередь благодаря неоднократно переизданным прекрасным монографиям Е. В. Тарле и А. 3. Манфреда. (Кстати, книга Е. В. Тарле впервые вышла в 1936 году именно в серии «Жизнь замечательных людей».) Без сомнения, обе эти работы заслуживают того, чтобы их еще и еще переиздавали. Однако со времени их написания прошло много лет: даже значительно более поздняя книга Манфреда впервые была опубликована в 1972 году и в последующих изданиях не претерпела серьезных изменений. Кроме того, обе монографии написаны в советский период, и, следовательно, при всем желании авторы не могли избежать обязательных для того времени идеологических штампов. А главное, с той поры обнаружены десятки ранее неизвестных источников, разработаны новые концепции, которые позволяют по-новому оценить деятельность этого великого императора. Понятно, что книга Тюлара обладает рядом несравненных преимуществ. Ведь, помимо прочего, автор имел доступ к уникальным документам и работал во всех архивах, которые содержат сведения, касающиеся Наполеона и его эпохи.
К счастью, имя Жана Тюлара небезызвестно массовому читателю: в 1993 году на прилавках книжных магазинов появился и быстро был распродан перевод его книги «Мюрат». У своих же соотечественников, равно как и у специалистов-историков разных стран, Тюлар давно пользуется заслуженной славой. Маститый ученый, профессор Сорбонны, член ряда научных обществ и учреждений, увенчанный многочисленными национальными наградами, лауреат многих премий, автор большого числа монографий и научно-популярных трудов, Жан Тюлар является в настоящее время, пожалуй, крупнейшим в мире знатоком наполеоновской эпохи. Не станем здесь перечислять его научные работы по этому периоду, скажем лишь, что он обессмертил себя прежде всего изданием первого критического собрания литературных и военных сочинений Наполеона, а также уникальным «Словарем Наполеона», являющимся, по существу, энциклопедией, в которой отражены различные стороны экономической, политической, административной, военной, общественной и частной жизни Франции периодов Революции, Консульства и Империи (1789–1815 годы).
Книга Тюлара «Наполеон, или Миф о "спасителе"», представляется, впрочем, произведением совершенно иного рода. Изданная впервые в 1977 году как «livre de poche» (карманное издание), она отличается по своему объему, стилю и характеру от других работ этого автора. Написан «Наполеон» удивительно емко и лаконично, так что подчас о значительном событии или персонаже упоминается лишь вскользь, но в то же время здесь воссоздана целая эпоха истории Франции и подробно показывается роль ее главного деятеля, «спасителя», как отчасти серьезно, отчасти иронически величает его Тюлар. Новый «Наполеон», таким образом, это не столько биография великого человека, сколько попытка осмыслить и синтезировать мощный пласт национальной и международной истории в самых различных ее аспектах. Так, несмотря на сжатость изложения, Тюлар рассматривает экономику Франции по отдельным регионам (что обычно не делалось в работах подобного рода), останавливается на развитии культуры, детально обследует достижения в области литературы и искусства, приводя подчас статистические и иные данные, неизвестные предшествующей историографии. Столь же оригинальна и система «Примечаний» автора, которыми он завершает каждую главу и в которых дается не только подробнейшая библиография, но и освещение спорных вопросов с позиций нашего времени[1]. Что же касается общей концепции Тюлара, то она отличается предельной четкостью и логичностью, которая, впрочем, до конца постигается лишь после прочтения всей книги.
Как мы уже указывали, книга Тюлара полностью называется «Наполеон, или Миф о "спасителе"». Кого же, от кого и как «спасает» Наполеон? Поначалу представляется: всю нацию; спасает от тупика, в который зашла Директория, от развала экономики, от ущербности внешнеполитического положения.
Но постепенно начинает вырисовываться то, что прежде дается лишь подтекстом: нет, не всю нацию «спасает» Наполеон, он ничего не сделал для рабочих, бедняков предместий, «санкюлотов» революции, которых термидорианцы и Директория загнали в угол; спасает он только верхушку собственников, «нотаблей» («значительных», «избранных»), как величает их автор, причем спасает как раз от этих самых «санкюлотов»! В «Заключении» Тюлар уже без обиняков объявляет своего героя спасителем дельцов и богачей от революции: «Создание империи имело своей главной целью установление диктатуры общественного спасения в интересах толстосумов от Революции. "Спасителя" сослали писать мемуары в наказание за то, что он посмел забыть об этом и возомнил себя родоначальником династии правителей Европейского континента». Яснее не скажешь. И далее, чтобы у читателя уже не оставалось ни малейших сомнений, Тюлар выстраивает шеренгу последующих «спасителей», которым проторил дорогу Наполеон; сюда попадают Кавеньяк, Наполеон III, Тьер, Петэн и де Голль. (Русскому читателю, пережившему своих «спасителей» от Ленина до Ельцина, эта мысль Тюлара особенно близка и понятна.)
Да, Наполеон Бонапарт сделал ставку на крупную буржуазию, создал все условия для ее сказочного обогащения (отсюда, в значительной мере, его завоевательные войны), но в конечном счете не преуспел, ибо «главная добродетель буржуазии — неблагодарность, а главный недостаток — трусость». Пока все шло гладко и новые завоевания открывали новые рынки «нотаблям», а за счет ограбляемых народов они набивали мошну — все было хорошо, и они терпели и даже прославляли «спасителя». Но как только начались первые осечки в его внешней политике, союз был нарушен. Пытаясь что-то противопоставить начинавшим фрондировать «нотаблям», «спаситель» создал новое дворянство и своим вторым браком попытался войти в семью европейских монархов. Но из этого ничего не вышло: создание имперского дворянства лишь обозлило «нотаблей», а европейские монархи не приняли «безродного выскочку» в свою среду. Для «спасителя», как намекает автор, оставался лишь один (впрочем, гипотетический) выход: в период Ста дней прибегнуть к помощи все тех же «санкюлотов», которые были готовы эту помощь оказать; но на такое Наполеон не пошел и не мог пойти в силу своих социальных позиций. Он, правда, попробовал, как и в начале своей карьеры, выступить от лица «всей нации», но попытка оказалась неудачной, поскольку даже теперь он, по существу, остался верен тем самым «нотаблям», которые его предали. Так, по Тюлару, вырисовываются основные причины краха и падения
Наполеона, и здесь никто не сможет отказать исследователю в тонкости проникновения в источники и в зоркости художника. Но при этом нельзя не заметить попутно одного обстоятельства, которое в первый момент настораживает, а иного неподготовленного читателя может повергнуть в недоумение. Тюлар в ходе повествования часто как бы противоречит сам себе, давая противоположное освещение одного и того же факта или явления. Так, с одной стороны, Наполеон умело руководит экономикой («дирижизм»), с другой — проявляет полное ее незнание; он — сторонник технического прогресса и одновременно страшный консерватор; он тонко рассчитывает свои ходы в религиозной политике и попадает с нею впросак; он малообразован, не любит книг, вплоть до того, что в дороге выбрасывает их из окна экипажа, и в то же время зорко следит за новинками, поощряет писателей, заботится о национальном образовании. Внимательно вчитываясь в текст, вскоре замечаешь: все эти противоречия — кажущиеся. В отличие от других авторов Тюлар не желает писать своего героя только белой или черной краской; как объективный исследователь, он тщательно выискивает и взвешивает все pro et contra, чтобы в конце концов собрать их в единый образ; сходной же цели служит и то, что о многих событиях (например, об отношениях с папой, испанских просчетах и многом другом) Тюлар упоминает дважды и трижды, в различном контексте несколько иначе оценивая одни и те же обстоятельства.