![Танцующая саламандра - Анна Ольховская](https://pbnuasecond.storageourfiles.com/s18/33388/img/33388.jpg)
-
Название:Танцующая саламандра
-
Автор:Анна Ольховская
-
Жанр:Детективы
-
Год публикации:2014
-
Страниц:51
Краткое описание книги
Шрифт:
Интервал:
Закладка:
© Ольховская А., 2014
© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2014
Это было неприятно.
Нет, не так, неправильно. Что это за слово такое сдержанно-интеллигентное? Лишенное эмоций и красок, словно деловой костюм?
Нет, любезные мои рептилии, это не неприятно, это — гнусно! Мерзко и запредельно подло! И послевкусие такое отвратительно-тошнотворное…
Особенно если вспомнить, что в фарсе более чем активное участие принимала его родная матушка.
Хотя нет, Магдалена не мать ему! Да, именно эта женщина выносила и родила его, но, увидев страшненького уродца, приказала избавиться от ребенка, заменив его родившимся в то же время сыном няньки, Марфы.
А Марфе было велено придушить и закопать в лесу генетический мусор, по какому-то дикому недоразумению родившийся у четы потомственных аристократов, Венцеслава и Магдалены Кульчицких, так кичившихся чистотой своей крови!
Но мама Марфа не смогла убить несчастного малыша, она спрятала его в обогреваемой теплым подземным источником пещерке неподалеку от поместья Кульчицких и выходила мальчика. И назвала его Павлом.
А потом он перестал прятаться и вышел к людям[1]и сразу стал настоящей медицинской сенсацией — прежде люди, страдающие ихтиозом Арлекино, если и доживали до двадцати — двадцати пяти лет, то это была не жизнь, а сплошные мучения.
Он же, Павел, не просто дожил, он собирался жить дальше, долго и по возможности счастливо. Он был абсолютно здоров, силен и, как оказалось, унаследовал от расы, причастной к появлению такого генетического уродства, как ихтиоз Арлекино, мощнейшие ментальные способности.
Змеиный гипноз…
И когда газеты буквально взорвала сенсация о скандале в семье Кульчицких — красавец Сигизмунд, считавшийся родным сыном, оказался психом и маньяком, убивавшим девушек, а родной сын Венцеслава, Павел, выглядел, мягко говоря, шокирующе, раса рептилоидов, давно уже тайно сосуществовавшая с людьми на Земле, оживилась.
Потому что наконец-то, спустя века, их эксперимент по ассимиляции с человеческой расой дал положительный результат!
И они, пообещав Магдалене, так и не признавшей родного сына и продолжавшей считать таковым Сигизмунда (для своих — Гизмо), помочь вытащить того из тюрьмы, при ее активном содействии выкрали раненого Павла.
Едва не погубив при этом всех, кто был ему, Павлу, дорог. Тех, кто не видел в нем медицинский феномен или монстра, кто стал его близким другом. Варя и Олег Ярцевы, Мартин Пименов, Александр Дворкин, Моника…
Нет, Моника не была другом, она… Павел больше жизни любил эту девушку, но и мечтать не смел, что она сможет полюбить его, такого…
Без волос, без ушей, с чешуйчатой кожей.
А она — она смогла! Павел почувствовал это, когда Моника поцеловала его. Потому что он умел настраиваться на чувства и эмоции других людей. И то, что он увидел в душе девушки, было абсолютно искренним…
И это вдохнуло в него силы, и он, несмотря на тяжелое ранение, сумел дать бой рептилиям, отстоять своих друзей, спасти их.
А потом потерял сознание.
А когда пришел в себя — ничего не помнил. Совсем ничего.
Поэтому поверил тем, кого увидел, открыв глаза.
Рептилоидам.
Они все-таки умудрились выкрасть его, воспользовавшись суматохой. И тем, что среди медицинского персонала, обслуживавшего раненого Павла, была их соплеменница.
Эти твари научились легко маскироваться и давно жили среди людей. Ну, страшноватенькие, тощие, несуразно длинные, с приплюснутыми черепами и выступающими вперед челюстями — так мало ли некрасивых людей в мире?
Лысые черепа прикрывались париками, вертикальные зрачки прятали линзы, а раздвоенные языки рептилоидов просто оставались за зубами.
Правда, из-за них, из-за языков, дикция этих тварей была несколько подпорчена обилием шипящих, но в целом все было в пределах нормы. А в особых случаях, когда что-то шло не так, на людей напускался морок. И те видели то, что хотел змей.
Однако ментальными способностями рептилоиды обладали в разной степени. Кто-то едва мог навести слабенький морок, а кто-то умел делать из людей послушных марионеток.
Но таких сильных, к счастью, было очень немного. А Павел, как он постепенно понял, оказался сильнее всех представителей этой расы. Вероятно, его человеческая сущность усилила эффект.
И силу эту он применил против своих друзей… Против признавшего его сразу и безоговорочно отца, участвуя в его похищении.
Потому что на чистом листе его памяти змеи нарисовали искаженную картину реальности, внушив Павлу срежиссированные ими эпизоды его детства и юности.
В этой реальности именно отец, Венцеслав, приказал убить неправильного сына, а мужественная и любящая мать, Магдалена, сберегла его, тайно вырастив в лесу. И Гизмо был его любимым братцем, товарищем по детским играм. И в тюрьму он попал по глупости, из-за наркотиков. А жестокий отец не простил бедному Гизмо эту оплошность и вместо того, чтобы помочь вытащить сына из беды, подло топил его, собирался лишить наследства. Да еще и выгнал из дома мать, когда стало известно, что Магдалена не убила Павла, а вырастила его.
Но мало того, что выгнал — он еще и избил бедную женщину, изуродовав ее до неузнаваемости!
И когда Павел увидел покрытое распухшими шрамами лицо матери, он едва не сошел с ума от ярости. И ненависти к отцу…
В тот момент он меньше всего задумывался, почему мать ни разу не навестила его, что называется, вживую. Почему общение их всегда происходило только по скайпу, что немного напрягало Павла — ему так хотелось окунуться в живительное тепло материнской любви, целительной нежности, солнечного добра!
А через скайп этого не почувствуешь. Только лицо, только глаза, да и их толком рассмотреть не удавалось, мама почти все время плакала и терла их платочком.
Но теперь он знает — Магдалена боялась посмотреть сыну в глаза. Боялась, что он увидит в них равнодушие и отвращение…
Но кто же ее так разукрасил на самом деле? Ведь шрамы на холеном лице женщины были самыми настоящими.
И, если задуматься, очень похожими на когти животного.
— Это не ты, случайно, маменьку мою исцарапал? — Павел приподнял лобастую башку здоровенного черного кота, украшенного кокетливыми белыми манишкой и носочками.
Но больше ничего кокетливого во внешности котяры не было. Он вообще был очень брутальным и мужественным, с покрытой шрамами морденью и суровым взглядом янтарно-желтых глаз.