![Ночь, день и ночь - Алексей Александрович Провоторов](https://pbnuasecond.storageourfiles.com/s18/190849/img/190849.jpg)
-
Название:Ночь, день и ночь
-
Автор:Алексей Александрович Провоторов
-
Жанр:Фэнтези
-
Страниц:6
Краткое описание книги
Шрифт:
Интервал:
Закладка:
Алексей Провоторов
НОЧЬ, ДЕНЬ И НОЧЬ
Вечером пошёл дождь. У нас он был редкий, а вот на южном горизонте, в синей дали, с неба космами падали потоки воды. Солнце скрылось рано, свалившись за мокрые тучи, и мы решили ехать. Ветер трепал гривы лошадей, и мои волосы, и наши тёмно-красные флаги. В темноте они казались чёрными. У меня не самые удачные фамильные цвета, учитывая то, что я обычно разворачиваю свои флаги только ночью. Но это не слишком меня беспокоит.
Я надел шлем, и теперь ветер таскал меня не за волосы, а за конский хвост на его верхушке. Брызги летели в лицо, блестели в отсветах молний мокрые доспехи, но плащ, не успевший ещё отяжелеть, взвился, когда я запрыгнул в седло. Я надеялся выехать из-под туч ещё до восхода Луны — нам надо было на север, прочь от дождя.
Я махнул рукой, и наш отряд высыпал за ворота — пятеро конных, если считать и меня, каждый с флагом за спиной. Бел ехала вместе с одним из воинов, потому что не умела править лошадью.
Я не захватил никаких сокровищ, кроме горсти монет — всё, что понадобится мне, ждало меня впереди, моё по праву: и золото, и Джейн, и праздничный пир.
Ветер теперь дул нам в спину, ночной лес топорщился мокрыми иголками, молчали птицы, и только топот копыт и плеск воды сопровождали нас. Дальний гром был едва слышен. Пахло свежестью, мокрыми листьями, прибитой дождём пылью; кони бежали легко и свободно. Я ехал быстро, надеясь к утру послезавтрашнего дня воцариться в Мал Мидде, и мои люди не отставали от меня.
Этим путём не следовало ездить без надобности, но сегодня мы очень спешили. Вскоре лес отодвинулся от дороги — пока ещё обычный лес, — а сквозь тучи треснувшей жемчужиной проступила Луна. Глаза наших коней отливали в темноте белизной, глаза моих людей отсвечивали красным, как, я знал, и мои. Бел дремала, но даже так из-под её ресниц исходил белый светящийся дымок. Значит, ей снились хорошие сны. Для Бел пока не было работы, но не взять её с собой было бы даже более опрометчиво, чем выехать безоружными.
Потом лес поредел. Деревья мокрыми чёрными громадами стояли по обочинам, низины тонули во мгле. Мы сбавили скорость, и кони пошли по мокрой дороге почти шагом. Я смотрел в ночь, ожидая встречи.
У большого раскидистого вяза, прислонившись к стволу, дремал человек в огромной широкополой шляпе. Заслышав наше приближение, он поднял голову и взглянул на нас из-под полей. Лицо его скрывалось в глубокой тени.
Бел проснулась, пару раз моргнула, разгоняя ресницами белёсый сияющий дым. Теперь мягко светились лишь её зрачки, да белели седые, как туман, волосы. Она с любопытством глядела на человека под деревом. Как мне показалось, она узнала его, хотя я никогда не думал, что Бел и Безлицый знакомы. Впрочем, ничего удивительного здесь не было — оба они были профессионалами из числа лучших.
Я спешился, разбрызгивая сапогом воду; человек же встал на ноги. Он был худ и высок, даже выше меня. Мне показалось, что у него длинные волосы, собранные в хвост за спиной. Впрочем, разглядеть его толком всегда было сложно, хотя я нанимал его не в первый раз.
Я подошёл к нему.
— Работа сделана, — сказал он шёпотом. Он всегда так говорил. — Добыча в мешках, одноглазый в пути; белые сёстры Милены остаются в обители, но люди Боннаха Стонна будут ждать их в лесах завтра в полдень.
— Благодарю, — ответил я.
Человек кивнул. Казалось, лица у него нет — так глубока была тень под шляпой. Даже я, с моим ночным зрением, его никогда не видел.
Я снял с пояса кожаный мешок, полный золотых монет, и отдал его человеку в шляпе.
— Благодарю взаимно, — сказал он. После чего отступил в тень, за дерево, и растворился во влажной ночи. Он всегда уходил пешком. И никогда не мешкал.
Мы разобрали мешки. Я положил один поперёк крупа коня, остальные воины сделали так же. Мешки были тёплые и податливые.
Не задерживаясь более, мы покинули это место.
Деревья сошли на нет. Мы кавалькадой вылетели в поля, глядевшие в небо белыми ночными цветами, и дождь, уронив последние капли, остался позади. Ветер согнал тучи с Луны, и она, огромная и голубая, бросила на запад наши тени.
Какое-то время мы мчались, пустив лошадей вскачь. Ночь текла мимо нас, Луна серебрила доспехи, отражалась в наших глазах, и лишь чёрные кони, звери цвета тьмы, были почти не видны, словно мы оседлали сам ветер.
Две мили спустя я поднял вверх руку, придерживая коня, и остальные тоже сбавили ход. Сбивая капли с высокой ломкой травы, кони перешли на шаг и, растянувшись в цепь, остановились. Я стоял в центре, с обеих сторон от меня было по два всадника.
Бел сидела ровно в своём сером с голубым платье и тихо напевала какую-то песню.
Навстречу нам, раздвигая высокую траву, неторопливо рысили пять серых зверей. Мы были на земле волков, в самое волчье время.
Они тоже растянулись цепью, так что на одну лошадь приходилось по одному из них. Не доходя до нас двадцати шагов, они остановились.
— Можно пройти? — спросил я, делая вид, что обычай по-прежнему храним.
Волки переглянулись. Потом вожак тихо зарычал. Иного я и не ожидал. С чего бы они дали нам дорогу, если мы при случае стелем их шкуры перед каминами, а они, бывает, вечерами грызут наши кости.
Волки напряглись, и я махнул рукой. Мои люди обнажили клинки. Коротко блеснула серебряная вязь на каждом из лезвий — сегодня мы взяли посеребрённые мечи, потому что впереди нас ждали такие же, как мы. Против волков использовать оружие мы не собирались.
Звери прыгнули на нас, высоко, как настоящие волки не смогли бы, метя по дуге выше лошадиных голов. Бел допела песню как раз в этот момент и хлопнула в ладони. Перевернувшись в воздухе, звери неуклюже рухнули на землю и тотчас испуганно рванулись прочь, в разные стороны. Это были крупные серые зайцы. Мы в тот же момент разрезали мечами путы на мешках и вытряхнули на землю ещё пять сонных зайцев, которые, впрочем, моментально проснулись и тоже покинули нас.
Бел снова откинулась на грудь воину, и он прикрыл её плащом, ибо мы вновь полетели быстрее ветра.
Бел —