Позже мы вместе поужинали, а потом звонок увел его от нас, но перед тем, как отправиться спать, мы с Агнес и Данканом встретились с ним на улице, чтобы поиграть в догонялки и поесть мороженого.

И все это время он вел себя так, словно и не целовал меня в губы. Он вел себя как обычный приятный Генри. Генри, который обращался со мной так, будто я была всего лишь еще одним человеком на свете.

Это была непостижимая загадка, которую мне хотелось изучить под микроскопом, но я не стала этого делать. Потому что если он собирался делать вид, будто ничего не случилось, то так собиралась вести себя и я. Я тоже могла притвориться, будто он не подавал мне запутанных сигналов.

Будто в том, что он коснулся моих губ своими, не было ничего особенного.

Смысл в том, что за время между встречей с бугименами и сейчас у него, по-моему, совсем не было времени, чтобы рассказать кому-либо о том инциденте. И теперь кто-то настучал только на меня? Все это показалось мне какой-то ерундой.

– Перед обсуждением ситуации мы хотели бы услышать твою версию происшедшего, – закончил циклоп.

Франклин бросил леденящий душу взгляд на других старейшин. Даже в тоне его голоса слышался мороз, когда он произнес:

– Не нужно угроз, Яннис.

Неужели он защищал меня?

Циклоп выглядел оскорбленным.

– Я никому не угрожаю.

Мужчина, которого я посчитала моим новым потенциальным защитником, фыркнул.

– Ты себя сам-то слышал? Что еще хуже, ты не желаешь говорить, кто сообщил тебе эти слухи. Если ты можешь требовать разговора с Ниной по этому вопросу, то я могу требовать разговора с этим сплетником.

– Не понимаю, почему эта информация так важна, – возразил циклоп.

Я словно снова оказалась в начальной школе и, не зная, что делать, подняла руку. Этого хватило, чтобы привлечь внимание всех трех старейшин.

– Мне не нужно знать, кто попытался настучать на меня, но я не думаю, что сделала что-то плохое, – поспешно выпалила я. – Я расскажу вам, что произошло. Я не хочу собирать вещи.

– Зачем тебе нужно собирать вещи?

Ко мне подошла фигура, которая могла принадлежать лишь одному мужчине, и я еле сдержалась, чтобы не посмотреть снова на форму, которая сидела на Генри как влитая. Никто в истории не выглядел лучше в черных брюках и рубашке поло. По-моему, у меня появился новый любимый наряд после футбольной формы.

Затем я вспомнила, какими были на ощупь его губы, когда он коснулся моего рта, и улыбнулась ему, но в пределах разумного.

– Ты все слышал или хочешь, чтобы я пересказала тебе, что случилось? – С ним я никогда не знала наверняка.

Скользнув рукой по моей, он прикрыл свои светлые глаза веками.

– Я имел в виду, что ты не сделала того, из-за чего тебе нужно собирать свои вещи. – Его взгляд скользнул к старейшинам за столом, и выражение его лица стало невозмутимым, а тон напряженным. – Кто это был?

Последовал странный момент тишины.

– Здравствуй, Генри, не понимаю, с чего это важно, – ответил циклоп, шмыгнув носом.

Все более знакомое прикосновение ладони Генри прошлось по моей спине и остановилось недалеко от загривка.

– С того, что этот человек опустил один важный факт в этой истории. Если он сумел учуять «другое» существо и узнать в том же месте Нину, то он никак не мог не понять, что все это время с ней там находился и я.

Циклоп вдруг уже не выглядел таким уверенным.

– Вы были вместе?

– Кто, по-вашему, пригласил ее поехать туда? Мне позвонили, и, чтобы подтвердить это, вы можете связаться с озеленителем, который был в тот день на смене, поскольку я не помню, с которым из них говорил. Нина поехала со мной и помогла разобраться с этим делом, – объяснил он низким ровным голосом. – Это были непрошеные гости, мы решили вопрос, и они ушли. Если с этим есть какая-то проблема, то, похоже, она связана с моим принятием решений.

Франклин заерзал на стуле, все еще недовольный циклопом, но более заинтересованный в том, что наконец признал Генри.

– Кем были эти гости?

– Два бугимена, – ответил Генри.

– Бугимены? Здесь? Зачем? – закудахтала встревоженная женщина.

Янтарные глаза встретились с моими, и я пожала плечами. Я ведь уже предупреждала их, и, быть может, они отказались бы от своих угроз, если бы кое-кто замолвил за меня доброе слово. Мне не нравился этот стукач, кем бы он ни был, но…

– Слухи просочились за пределы ранчо, и нам необходимо обсудить это со всеми, ведь данная информация не для посторонних, и это является одним из наших правил. – Генри прозвучал так дерзко, что я чуть не назвала его своим героем прямо перед всеми. – Нарушители границ явились в поисках благословения во имя плодородия от нашей бо…

Я вскинула голову и отрицательно закачала ею.

– Я не… это преувеличение.

Франклин весьма заметно заерзал на стуле.

Генри сделал вид, будто я ничего не говорила.

– Они встретились с Ниной по моему исключительному разрешению, под моим присмотром и, закончив, ушли через минуту. Не произошло ничего неподобающего, и слухи мне не по душе. – Рука, которую он оставил между моих лопаток, скользнула вниз и распласталась на пояснице. На этот раз я чуть откинулась назад на нее. – Скажите, с кем мне следует побеседовать.

Великий Волк вернулся.

Франклин украдкой посмотрел на меня, и, хоть я и не знала его достаточно хорошо, чтобы распознавать мельчайшие нюансы, которые могли отразиться в его взгляде, было очевидно, что его глаза немного округлились.

– Я сообщу тебе эту информацию наедине, – уступил циклоп почти с раскаянием на лице.

Возможно, он чувствовал себя виноватым.

Мышца на щеке Генри напряглась, и он с гневом в голосе спросил:

– Это был Доминик?

Циклопу не требовалось произносить «да», поскольку за него это сделало его лицо.

– Житель общины сказал, что узнал запах Нины вместе с другим. Полагаю, на этом мы можем закрыть дело.

Франклин заинтересованно согласился:

– Полагаю, что можем.

Я моргнула. Тишина показалась такой глухой, что я задумалась, не похоже ли это на плавание в открытом космосе. Тишина давила на уши и лежала камнем на душе. Мне ужасно захотелось пошевелиться. Может, присвистнуть.

Старейшина-женщина деликатно шмыгнула носом.

– Ты уже составила график для