Ярослава.

Харис забрал меня из пустой квартиры и отвёз в клинику. Молчаливая пожилая женщина быстро провела осмотр. Прямо в кабинете медсестра дала мне таблетки, после которых мне стало значительно легче.

Меня привезли в частный дом. Небольшой коттедж в два этажа. Чистые светлые комнаты, в гостиной белоснежный диван и большой телевизор. Я удивилась узнав, что могу его смотреть. Значит сидеть взаперти, в комнате, я не буду. Харис позволил мне отправить голосовое маме. Я сказала о том, что на учебе завал, и если не отвечаю на её сообщения, значит утонула в ворохе книг.

Я осмелилась попросить привезти мне остальные мои учебники, и вещи забрать от подруги. Мужчина долго прожигал меня взглядом, но поддался. Я отправила голосовое и для подруги. Влад должен всё привезти в клуб. Такая маленькая, но для меня радость. Только длилась она недолго. Харис пояснил, что Сулим может не одобрить, и в этом случае мои книжки пойдут на свалку.

В доме я осталась одна. Немного побродив по комнатам, уселась на манящий меня огромный диван. Вот окно, которое стоит на проветривание, а значит открывается, в него видно дорогу, но о побеге я даже не думаю. Сулим ясно дал понять — один мой промах, и они займутся моей мамой.

До самого вечера я довольствовалась теми книгами, что у меня были. Потом ко мне стал постепенно возвращаться страх. Наверное, таблетки, которые мне дали в клинике, перестали действовать.

Не дожидаясь, пока паника накроет меня снова, я поднялась на второй этаж, приняла душ и легла в постель. Харис показал, какую из четырех спален я могла занять.

7 Глава

Утро встретило меня тёплыми лучами солнца. Сулим так и не пришёл ночевать. С одной стороны, я даже рада. Да чего уж обманывать себя? С другой стороны, — я тоже рада! Может мне удастся тихо отсидеться?

Да уж, было бы, конечно, неплохо, но нужно быть реалистом! Принимаю прохладный душ, чтобы взбодриться. Надеваю домашний костюм: свободные брюки и лёгкая кофта с длинным рукавом. Расчесываю волосы и спускаюсь на первый этаж. Сделав всего шаг от лестницы, замираю. В гостиной на диване лежит моя сумка, которую я оставила у Тани, а также книги и — не могу поверить своим глазам. Ноутбук?! Нет, не мой, конечно. Небольшой гаджет выглядит немного необычно, чуть более массивней. Ай, да какая разница!

Забыв про то, что собиралась выпить кофе, подбегаю к своим вещам. Сумка открыта. Видно, что её тщательно проверяли, но это и неудивительно. Разумеется, больше всего меня интересует ноутбук. У меня аж руки задрожали. Неужели есть доступ в интернет? А иначе для чего он ещё здесь может быть? Включается достаточно быстро. Всего пару секунд и все окошки прогрузились. Да их в принципе здесь не так и много! Нажимаю на цветной шарик, открывается окно. В правом нижнем углу светится wi-fi доступ, и я даже перестаю дышать…

— Вот, блин!

Разумеется, первым делом я пыталась зайти в соцсети, — и тут меня постигло разочарование. А чего, собственно, я ждала…

Переведя взгляд на ворох своих учебников, я ввожу первое, что приходит на ум. “Фасции и клетчаточные промежутки”.

А тут вся информация выплывает беспрепятственно. То есть у wi-fi ограниченный доступ. Но и на том спасибо! Возможно, когда моё заточение закончится, я смогу вернуться к учёбе и не буду слишком сильно отставать от программы. Если буду самостоятельно заниматься, то многое усвою. У меня довольно слабое здоровье и болею я не меньше трёх-пяти раз за зиму. Соответственно, пропускаю я много, но так как поболеть основательно я позволяю себе не более трёх дней, всё остальное время активно занимаюсь дома. Поэтому нагоняю программы достаточно быстро. Первый порыв — конечно же, сесть за учебники. А что ещё здесь мне делать, в телевизор пялиться? Поэтому сначала я всё же решаю, что для начала нужно позавтракать! Если я сейчас погружусь в свои методички, то оттуда не скоро вынырну.

В холодильнике овощи, фрукты, сыр, колбасы разных видов. Сыра, кстати, тоже четыре вида. В морозилке — мясо. Решаюсь полностью изучить кухню. В животе урчит, так как вчера абсолютно ничего не ела. Делаю наспех себе бутерброд, намазываю на хлебец тонкий слой творожного сыра, сверху кладу кусочек сёмги. Дома у нас такое не слишком часто, но всё же мама старается побаловать нас “омега-три”.

Наслаждаюсь лакомством и лезу дальше. В шкафчике внизу преимущественно крупы. Посудомоечная машина; следующий шкаф — посуда: кастрюли и сковороды. В общем, домик, что называется, упакован: заходи, живи. Но чувствуется, что здесь никто и не жил. Скорее всего, Бараев арендовал этот дом.

Я заварила себе большую кружку чая. Поставив на поднос декоративную корзинку с печеньем и конфетами, делаю себе небольшую фруктовую тарелку и со всем этим добром перемещаюсь в гостиную.

Раскладываю всё на маленьком журнальном столике, утопая в мягких диванных подушках, усаживаюсь поудобнее и вдруг впоминаю: у меня с собой конспекты, но нет обычных тетрадей, которые бы я могла использовать как черновики, пока нахожусь здесь.

Решаюсь пройтись по основным комнатам. Долго искать не приходится, уже вторая дверь оказывается кабинетом. Тут довольно консервативно. Стол, удобное кресло и небольшой диван у стены, а ещё зачем-то боксёрская груша в углу.

Ну да ладно. Главное, что на краю стола лежит уже распечатанная пачка листов формата А4, выуживаю оттуда небольшую стопочку, и ещё более счастливая возвращаюсь в свой уютный уголок.

— Что-то ты размахнулась, красавица! — с перепугу подпрыгиваю на месте.

— Добрый день, Харис, — мужчина усмехается.

— И тебе не хворать! Я задал вопрос. Что за бардак ты здесь устроила? — спрашивает совершенно беззлобно и опускается в кресло.

— Где бардак? А, вы про еду на столе?

— И про неё тоже. Для еды есть кухня, для работы — кабинет.

— В кабинете не та атмосфера.

— В кабинете самая нормальная атмосфера. Ничто не отвлекает. Есть возможность сосредоточиться.

— Меня тоже ничего не отвлекает, — отвечаю, пожимая плечами. Чего вообще привязался, непонятно!

Со стороны наш диалог может показаться вполне непринужденным, но у меня в душе скребучие кошки никуда не делись! Мне по-прежнему боязно, я всё также не хочу здесь находиться, и по-прежнему выбора у меня нет.

— Я, конечно, спрашивал у Сулима, чем могу тебя занять. Он сказал — ему всё равно, лишь бы его игрушка не скучала. Но навряд ли ему подобное понравится. Если он это