пока он перебросит меня в приложение, транслировавшее видео с камер наблюдения вокруг дома Моралесов, я увидел, как экран разделился на шесть квадратов.

Сегодня днем, пока Джексон был отвлечен объяснениями их распорядка, я внедрил небольшой чип в их систему безопасности, чтобы получать оповещения о любом движении на территории в те часы, когда охрана спала или не патрулировала периметр активно.

У них стояла надежная система, но я никогда никому не доверял до конца, если не приложил к этому руку сам.

Я вывел на экран записи с камер и стал переключаться между ними, разыскивая источник, потревоживший мою систему.

Я уже собирался отложить телефон, решив, что тревогу подняло какое-нибудь животное, как заметил на экране вспышку, пропавшую так же быстро, как и появилась.

Что за...

Зная, что мне не показалось, я отмотал запись назад и нажал на паузу в тот момент, когда тень чего-то снова метнулась в углу экрана. Едва заметная фигура прижалась к стене, прежде чем исчезнуть в слепой зоне.

На участке и правда имелась, слепая зона — как раз там, где стоял гостевой домик. Именно там, где предстояло жить мне.

Я приблизил изображение нарушителя, и, хотя лицо было почти не разглядеть под капюшоном, я сразу узнал ее.

В кадре мелькнул бок жены Моралеса.

Что она забыла там в такое время? И главное — какого хрена избегает камер?

Я перевел взгляд на лежащие передо мной бумаги, пробегая глазами по строчкам и останавливаясь на фотографии Оливии, чтобы убедиться, что зрение мне не изменяет. Первое предположение подтвердилось.

Пожалуй, следить за ней придется не только из соображений безопасности.

Оливия Моралес превращалась в загадку, которую мне было бы чертовски интересно разгадать.

9. София

Я дописывала последние строчки кода, когда из-за горизонта показалось солнце. Тонкие лучи пробивались сквозь щели в шторах и освещали деревянный пол. По телу пробежала дрожь: холодный пот покрывал кожу остатками ночного дождя.

Я поднесла руку к виску, массируя слабую пульсацию в черепе, а затем потянулась, чтобы размять затекшую за ночь спину после долгого сидения перед монитором.

Убедившись, что все сделано безупречно, я нажала Enter. Экран погас, после чего по нему побежали ряды цифр, уничтожая любые улики на жестком диске как раз перед полным выключением системы.

Подхватив со стола телефон, я натянула свою уже высохшую толстовку, надевая ее через голову, и меня окатил запах дождя. Воздух на улице все еще был холодным, но, к счастью, дождя не наблюдалось.

Направившись к машине с пистолетом в руке, я ощущала, как усиливается ветер. Я уселась за руль, бросила оружие обратно в бардачок и тронулась с места, держа курс на точку сброса.

Вернувшись в город, я припарковалась на проселочной дороге, оставив ключи прямо под сиденьем, и направилась к третьему стволу дерева слева, где меня ждал одноразовый телефон. Достав пластиковый пакет, спрятанный в старой звериной норе, я поспешила обратно к шоссе.

Рассчитывая на то, что для кого-либо еще было еще слишком рано, я пробежала трусцой последние пять миль, отделявшие меня от дома.

Через полчаса голова нестерпимо пульсировала в такт каждому удару ног об асфальт. Несмотря на все принудительные тренировки, которым подверг меня Тео, я все равно ненавидела бегать. Но я не могла вернуться на машине к старому амбару — это было бы слишком рискованно, и я не могла позволить себе попасться.

Добравшись до нашего района, я вытащила телефон и посмотрела на время.

Блять.

Парни скоро должны были начать обход, и мне нужно было оказаться на месте до прихода утренней смены. Я прибавила шагу, завернув за угол нашей улицы, и убедилась, что добралась до дома раньше, чем кто-нибудь заметил меня и начал задавать вопросы.

Я ввела код ворот, быстро закрыв их за собой, а затем побежала трусцой по подъездной дорожке и остановилась на полпути. Капли пота катились по моему лбу, а ноги горели. Жестокая судорога свела мне левый бок, заставив упереться руками в колени. Я зажмурилась, пытаясь перетерпеть ее.

— Миссис Моралес, — раздался грубый голос, заставивший меня вздрогнуть. — Могу я спросить, что вы делаете на улице в такую рань?

Я отскочила назад, резко повернув голову на источник звука, и прижала руку к горлу. Я медленно подняла голову, приподнимая веки, чтобы встретиться взглядом с обладателем голоса. Меня захлестнула паника, и я с трудом сглотнула в пересохшем горле, столкнувшись лицом к лицу с самим Тео.

Debes estar bromeando.10 Что он здесь делает в такую рань?

На нем был черный свитер, облегавший грудь, а темно-серые брюки подчеркивали контуры бедер. Его густые темные кудри были растрепаны, словно он то и дело запускал в них пальцы.

Dios mío.11 Почему он должен был выглядеть именно так?

С силой проведя ладонями по лицу, я тяжело выдохнула:

— Просто бегала. А ты что здесь делаешь?

— Я здесь работаю. Вам не следует выходить одной, — сказал он с укором.

— Со мной все в порядке, — сухо ответила я.

— Миссис Моралес, вам следует серьезнее относиться к своей безопасности.

Я пристально посмотрела на него.

— Кто сказал, что я не отношусь? — ответила я, и легкое раздражение закралось на край моего терпения, когда я прошла мимо него, направляясь к парадной двери.

Я вошла в дом, Тео следовал за мной по пятам. Я прошла под аркой и зашагала по коридору, ведущему в заднюю часть дома. Меня охватило облегчение, когда я вошла на кухню и обнаружила ее пустой.

Я глянула на часы над плитой. До того, как Джексон и остальной персонал придут на утренний инструктаж за завтраком, еще оставалось время.

Массажируя одной рукой поясницу, я пересекла комнату к шкафчику рядом с плитой и встала на цыпочки, чтобы дотянуться до ибупрофена на верхней полке.

Прежде чем я успела схватить его, тепло его груди прижалось к моей спине, когда он навис надо мной.

— Держите, — сказал он, доставая баночку для меня.

От его близости мое сердце застучало в груди. Я прикусила губу, чтобы сдержать сбившееся дыхание. Наши пальцы соприкоснулись, когда я забрала баночку из его руки, крепко сжав ее и заставляя бешено колотящееся сердце успокоиться.

Он задержался едва ли на секунду дольше и отступил назад, но присутствие его тела все еще ощущалось рядом с моим.

Отогнав это чувство, я закрыла дверцу шкафчика и обернулась, обнаружив его прислонившимся к холодильнику с бутылкой воды в руке.

— Я могла бы сделать это сама. —