завтрака к ней пришел советник Дэин и объявил, что отныне будет помогать ей освоиться при дворе. Также ей было предложено посещать занятия у королевского мастера над летописями, чтобы изучать историю Акроса и Эфрии, а заодно получить доступ к библиотеке. Эви даже обрадовалась, что ей будет чем отвлечься и занять мысли. Все лучше, чем думать об Эроне и ее дальнейшей участи.

Выслушав первую короткую, но скучную ознакомительную лекцию о том, как устроен Акрос – пять королевств, где Эфрия самая северная, – Эви воспользовалась возможностью и первым делом нашла легенду о деве Айвэр. Старый мастер Лэ́ндон был недоволен таким неприлично легкомысленным, как он выразился, отношением к учебе и долго распинался о том, как учил два поколения истинных наследников и «кхм… и тех, кто стал ими по воле богов», но Эви пропустила тираду мимо ушей.

Книга ее захватила, хотя в ней было немало незнакомых слов и терминов. К следующему занятию Эви сделала пометки и засыпала вопросами старого летописца, который сразу же сменил гнев на милость, назвав ее любопытство похвальной любознательностью, и разрешил брать другие книги. История об Элли была третьей по счету, но Эви все никак не могла ее дочитать, то и дело отвлекаясь на посторонние тревожные мысли.

Почему Эрон не появляется и перепоручил ее советникам и мастерам? Он что-то задумал или просто потерял к ней интерес?

Ожидание затягивалось, делая ее нервозной. Каждый день она ловила себя на том, что во время трапезы на террасе посматривает в сторону его покоев, а перед отходом ко сну прислушивается, не раздадутся ли за дверью шаги. Неопределенность мешала здраво мыслить, и Эви боялась, что снова сорвется, не разобравшись. Ей нужно было держать себя в руках.

– Госпожа.

Эви повернулась, заволновавшись при виде запыхавшейся Морэн.

– Я встретила его высочество. – Девушка нервно потерла обруч на шее, будто он превратился в удавку.

Кажется, Эрон нервировал ее рабынь так же, как ее саму. После той ночи они не спрашивали, что произошло, им достаточно было осколков на полу, ее мрачного вида и заплаканного лица, но принц и до этого многим внушал страх.

– Что он сказал? – севшим голосом спросила она.

– Он велел передать, что хочет видеть вас после вечерней трапезы. – Рабыня замялась и опустила глаза. – Он сказал, что это важно.

Эви закусила губу. Значит, отказ не принимался.

– Я поняла тебя, Морэн, – спустя несколько ударов сердца ответила она, и рабыня с явным облегчением выдохнула.

Подобрав со скамьи книгу и позволив Морэн нести корзинку, Эви спокойным прогулочным шагом двинулась к замку. Спину она держала ровно, как истинная дочь конунга, и смотрела прямо перед собой.

* * *

Вечер был ветреным, и небо налилось серо-синей тяжестью густых туч, надвигающихся с моря. Воздух стал прохладным и влажным, а волны, скользящие в сторону берега, покрылись кружевом белой пены. В другой день Эви захотела бы провести больше времени на обрыве – ей всегда нравилось смотреть на шторм, – но в этот раз ее мысли и дела были заняты Эроном.

После обеда она пообещала себе не волноваться, но то и дело вскакивала и начинала ходить по комнате. Просто не получалось усидеть на месте. Ее волнение передалось и Морэн с Линэль. Они никак не могли заплести ей волосы и подобрать подходящий наряд на вечер, ругаясь и сваливая вину друг на друга, поэтому Эви отправила их выполнять ненужные поручения и собралась сама.

Она выбрала простое жемчужно-серое одеяние с поясом из перламутровых пластин и заплела волосы в любимую косу, украсив ее тонкими серебряными нитями, но даже это привычное занятие не принесло успокоения. Время тянулось ужасно медленно, и в животе скручивался тугой комок тревоги.

Ужин принесли в ее комнату. Эви мужественно проглотила несколько кусочков запеченной птицы в кисло-сладком соусе, но аппетита не было, поэтому в конце концов она отложила вилку и встала. За окнами уже вовсю накрапывало, и Эви бы порадовалась долгожданному дождю, если бы он не запер ее в комнате. Не хватало еще промокнуть.

Поняв, что снова ходит из угла в угол, она решительно остановилась, а затем, раскинув руки, упала на постель, наплевав на мнущуюся одежду. Она так злилась на Эрона и на себя и так хотела быстрее покончить с предстоящим разговором, что даже начала считать минуты до встречи.

Когда в комнату заглянула Линэль, Эви дошла до восемнадцатой. Спокойно встав с постели, она резким движением расправила юбку и без промедления вышла.

– Добрый вечер, маэле, – сказал он.

Эрон был одет во все черное, только золотая вышивка на плечах говорила о его положении. В мягком свете свечей их контраст почему-то казался особенно разительным. Сильнее, чем под ярким солнцем у обрыва.

– Добрый вечер, маэль. – Эви не замешкалась ни на секунду, и голос не дрогнул.

Она повторяла про себя это ненавистное слово, пока принимала ванну, одевалась и расчесывала волосы.

«Маэль-маэль-маэль… Чтоб ты подавился! Это для меня не значило ровным счетом ничего».

Эрон словно и не заметил язвительной интонации в ее голосе. Может, виной был шум дождя, что уже барабанил по окнам, террасе и перилам. Крупные капли ударялись о стекла, разбиваясь о них, а затем сползали дорожками вниз, и принц перевел свой взгляд с нее на мутную серую тьму. Его черный силуэт четко выделялся в полумраке, и Эви все-таки засмотрелась на его отражение в стекле – он был высоким, с широкими плечами. Волосы слегка вились и падали на лоб, смягчая жесткое выражение лица.

– Садись. Я позвал тебя, чтобы сообщить новость, – сказал он, когда за Линэль закрылась дверь. – Стрикстер из Инии сегодня прилетел. Твоя сестра благополучно добралась.

Эрон обернулся, его взгляд был непроницаем, а на лице застыла печать усталости.

– Как… как она? – Упав в ближайшее кресло, Эви была готова ловить каждое слово, забыв об обиде. – С ней все в порядке?

– Говорят, она произвела настоящий фурор, как мы и ожидали. Принц инийский и его отец в восторге от, – он хмыкнул, – подарка.

Подарка. Как чаша холодной воды в лицо. Едва расслабившиеся плечи снова окаменели. Эви медленно вдохнула.

– Благодарю, маэль. – Ее губы скривились в подобии улыбки. – Рада слышать.

Эрон, кажется, не понял свою ошибку, или ему было все равно.

Он помолчал немного и уже суше добавил:

– Если вопросов больше не будет, поговорим о тебе. Я слышал, ты делаешь успехи в обучении. Мастер Лэндон хорошо о тебе отзывается. Он хочет записать твои рассказы о Севере и просил на это разрешение.

– Как пожелаете, маэль.

Мастер Лэндон явно