заведение цирюльника – «он не отхватит вам голову вместе с бородой и не опустошит карман».

– И помни, Антон, – сказал Кор, – это мелкая дружеская услуга, а не плата за вчерашний добрый поступок. Я по-прежнему твой должник.

Антошка обещал запомнить. Предложил остановиться, посидеть и пообедать. Они вышли на площадь, полную харчевен.

Кор и здесь проявил придирчивость.

– Сюда мы не пойдём, здесь подают мясо морской свиньи (Антон переспросил и понял, что это дельфин). Сюда тем более, здесь часто трутся «псы». О, вот хорошее место!

Место оказалось приятным: под навесом, с лёгким ветерком. Хозяин, увидев большую компанию, подбежал к гостям, начал предлагать «царские блюда». Переговоры вёл Кор. Хозяин кивал, улыбался, чуть вздыхал, как и полагается доброму человеку, решившему сплутовать по мелочи, но неудачно.

Прошло немного времени, и на столе появилась различная снедь: жареная свинина и курятина, большая корзина хлеба, таз, наполненный жареной рыбой, кувшины с вином. Был ранний вечер, хозяин и слуга не отвлекались на других посетителей.

Кроме вина на столе появился и кувшин с водой – пусть варвары разбавляют так, как считают нужным. Антошка посоветовал Уто разбавить на три четверти; уж очень коварен «виноградный мёд». Кор лишь чуть-чуть подкрасил воду в тяжёлой глиняной кружке.

– Роман советовал никогда не пить на рынке. Напьёшься, уснёшь, не знаешь, где проснёшься. Может быть, на псарне.

– Кор, расскажи, как ты поссорился с псами, гонявшимися за тобою вчера, – попросил Антон.

– Мы спасли на Амастридском рынке рабыню-христианку, – начал рассказ Кор, разламывая курицу. – Девушку, когда она была ещё ребёнком, схватили арабы. Войско василевса отбило её, но жадный наёмник, – Кор с извинением глянул на сотрапезников, не обидел ли, – жадный наёмник продал её работорговцу. А тот, не посмотрев, что она рождена свободной, выставил пленницу на торг. Девушка обращалась к страже, но подкупленные псы только скалили зубы. Мать несчастной приплыла в Константинополь, чтобы добиться справедливости, но у неё не хватило денег для судьи. Девушку могли купить и увезти из города. Роман, узнав об этом, помог ей бежать. Конечно, Роман придумал, но всё сделал я. Девушка укрылась в церкви святого Николая, пока Роман не нашёл в архиве записи о том, что она свободнорождённая. Работорговец понёс урон в тридцать номисм, подкупил стражу, и она теперь ищет меня повсюду.

– И это на всю жизнь?

– Нет, через два месяца забудет. Но пока лучше не попадаться.

– Много ли денег приносит твоему хозяину защита бедняков? – спросил Антон.

– Одни убытки. Но ему иногда приходится защищать и несчастных богачей. Это прибыльно.

– Разве богачи могут быть несчастными? – удивился Антошка.

– Могут, – подтвердил Кор. Его явно не учили в детстве, что нельзя есть и говорить одновременно. Поэтому Кор уплетал курятину, откусывал хлеб, сыпал в рот оливки и при этом вполне связно разговаривал.

– Богачи-торговцы живут лучше бедняков, но несчастны по-своему. Если они не вступили в корпорацию, то не могут торговать на центральной улице. Есть товары, которые может делать и продавать лишь тот, кто состоит в корпорации: шёлк, свечи, благовония, любые вещи из золота и серебра. Кстати, Романа изгнали из корпорации адвокатов-нотариев, и теперь я сам ищу для него клиентов.

Кор покончил с курицей, добрался до жареного поросёнка и принялся за него так, будто весь день грёб в ладье.

– Но состоять в корпорации нелегко, особенно ремесленникам. Ты не можешь нанять больше двух работников. Если ты хлебопёк, то не можешь копить муку, а если портной – иметь лишний рулон ткани. Ты торгуешь по указанной цене, ты не можешь сделать многого, ты прекратишь торговлю в указанное время. Товары, сделанные ремесленником, должны храниться на складе эпарха и поступать в продажу только с его клеймом. Даже лавка не принадлежит торговцу, его могут изгнать из неё за серьёзную провинность. Возьмём этот несчастный шёлковый платок. Коконы шелкопрядов имеют право привезти в город только торговцы-метаксопрокаты. Они должны продать коконы маленькими долями другим торговцам, а те продадут её картариям – ремесленникам, которые размотают коконы. Ты думаешь, картарии отнесут пряжу на рынок? Нет, они продадут её тем же метаксопрокатам, а они – ткачам-серикариям. Но и ткачи не имеют права шить одежду из ткани или хотя бы продавать ткань. Они обязаны продать шёлк вестиопратам, а уж те продадут шёлк.

Антошка не очень хорошо разбирался в экономике и запутался в непривычных словах. Но всё равно ощутил непомерно тяжёлую надстройку.

– И всё это не просто так. При каждой продаже эпарху будет уплачен налог в одну восьмушку. Теперь ты понял, почему торговцам шёлком выгодно обманывать даже под угрозой плети? И за каждой сделкой смотрят псы эпарха явно или тайно. Они должны соблюдать выгоду василевса и народа, но думают лишь о своём кармане. Торгаши тоже обманывают народ, но они хотя бы могут разориться. А сборщик налогов, если не смог прижать богача, будет терзать бедняка.

При этих словах Кор закончил обгрызать останки поросёнка и пригляделся к столу: что ещё можно съесть?

– Скажи, почему здесь так не любят иноземцев? – спросил Уто. – Когда мы шли, я не раз слышал недобрый шёпот за спиной.

Антошка перевёл вопрос и добавил от себя – сам не раз слышал.

– В этом тоже виноваты законы, – вздохнул Кор. – Вы ведь приплыли торговать. Вы можете остаться в городе на три или даже на шесть месяцев – как василевс договорился с вашим царём. Вы заплатите меньший налог, чем подданный василевса, вас кормят за счёт правителя, вам дадут хлеба на обратную дорогу. Тот, кто приплыл с товаром из провинции, имеет право пробыть в городе только один месяц. В последний день слуги эпарха заставят купца распродать товар по дешёвке и уплыть восвояси под угрозой штрафа и бритья головы. Несомненно, вам вслед шипели купцы-провинциалы.

– Но это же несправедливо! – воскликнул Антошка. – Почему василевс не защищает своих подданных?

– Император любит народ и защищает его, – грустно сказал Кор. – Он устанавливает цену на хлеб, его вес и другие меры. Он следит за тем, чтобы никто не обманывал народ. Но хорошо живётся от этого лишь тем, кто поставлен следить за порядком. Даже если торговец не продал, а бедняк не купил, в карманах псов всегда будут деньги.

В харчевню вошли двое посетителей. Один узнал Кора, приветливо поздоровался, но, заметив воинов-варваров, предпочёл пойти на поиски другого заведения.

– Впрочем, – улыбнулся Кор, – деньги всегда будут и у таких хитрецов, как я. От одного почтенного навклира – капитана торгового судна – я недавно получил номисму за кошку.

Антон заинтересовался.

– Наши законы охватывают всё. К примеру, если на корабле не было кошки, а товар хоть чуть-чуть подпорчен крысами, владелец подаёт в суд. Навклиру Стефану