— Прощай, Атлас, — я опускаю руку и отступаю на шаг.

Он на долю секунды закрывает глаза, и я вижу боль, проступившую в морщинах на его лице, затем он качает головой.

— Документы на столе. Это все твое, — Атлас смотрит на ключи в моей руке и выходит. После того, как он уходит, мне удается сделать глубокий вдох, о котором я и не подозревала, а вместе с ним и тревогу.

— Это был твой парень, верно? — спрашивает Марисса. — Я слышала, он отдал фирму тебе за какую-то смешную цену. Девочка, у тебя, должно быть, какая-то волшебная киска, — Марисса смеется.

Я  нет.

Смех быстро замирает у нее на губах.

— Может, нам стоит сделать объявление, когда все будет готово? — она смотрит на меня. — Теперь все готово, да?

— Все готово, — с трудом выдавливаю я.

Я просто не знаю, что имею в виду.

День в буквальном смысле хаотичен. Все изменилось, и нет никакого порядка. Я не понимаю, как они умудряются отправлять какие-то чертовы заказы. Большинство из них опаздывают, некоторые не выполняют заказы, и поступает так много жалоб, что я не знаю, с чего начать. Как будто всем, кто здесь работает, стало все равно. Я не возвращаюсь домой до подней ночи после того, как все уходят. Я не могу подвести это заведение, теперь оно мое. Я планирую сделать эту компанию лучшей. Обслуживание клиентов будет нашим главным приоритетом, нашей заботой номер один.

Когда Хлоя владела фирмой, все сводилось к доходу и ни к чему больше.

Да, я хочу зарабатывать деньги, но мне также нужно управлять компанией. И я даю девочкам понять, что сегодня мы не потерпим никаких поблажек. Это должно сработать, и я знаю, как добиться успеха, мне придется приложить немало усилий, но это то, в чем я хороша.

В конце концов, приходит Тина, и я впускаю ее только потому, что она приносит мне еду. У меня просто нет времени на пустую болтовню. Она смотрит по сторонам, улыбается и говорит, пока я размышляю о том, что мне нужно изменить и починить.

— Ты справишься! Ты справишься, — заверяет она, когда я провожаю ее до двери. — Теперь тебе нужно купить машину. Ты уверена, что я не могу отвезти тебя домой? — спрашивает она.

— Нет, я вызову такси. Возможно, на следующей неделе я поеду и присмотрю что-нибудь. Посмотрим, как пойдут дела, — я пожимаю плечами. Вызов такси не отнимет у меня много денег на банковском счете, но, наверное, мне стоит купить машину, тем более что иногда я знаю, что буду задерживаться допоздна, как сейчас.

— Мне неудобно оставлять тебя здесь так поздно одну.

— Это безопасно, я в безопасности. Все надежно заперто. Обещаю, — заверяю я ее.

Единственная проблема в том, что в прошлый раз, когда я думала, что здесь я в безопасности, люди Атласа похитили меня. Но теперь я стала более наблюдательной и менее доверчивой. Поэтому я заперла дверь, увидев, как она садится в машину и направляется обратно в офис.

Я работаю до тех пор, пока почти в полночь не звонит мой сотовый. У меня болят глаза, и я знаю, что завтра мне придется вернуться и повторить все сначала.

Может быть, мне стоит поставить кровать в одной из задних комнат.

Я улыбаюсь, выключая компьютер и закрывая свой кабинет. Я оставила на столе Мариссы записку о том, что, по моим ожиданиям, она будет делать завтра на случай, если мне понадобится поспать немного дольше. Что, с большой долей вероятности, произойдет к тому времени, когда я вернусь домой, приму душ и наконец-то лягу спать. Я завидую тем людям, которые, коснувшись головой подушки, мгновенно отключаются.

Я слышу гудок и понимаю, что приехало такси, поэтому выхожу и запираю входную дверь. Когда я поворачиваюсь, чтобы пройти к такси, кто-то встает передо мной, загораживая обзор, и все, что я вижу — это черная рубашка.

— Мисс, — это единственное слово, которое он произносит, прежде чем что-то закрывает мне рот, и я сопротивляюсь. Мои пальцы цепляются за его руку, держащую ткань, прикрывающую мой рот. Я пинаю все, до чего могу дотянуться, чего оказывается немного, но в какой-то момент я слышу, как он ругается. Однако вскоре мои веки отяжелели, а тело начало оседать.

Блядь.

Только не снова.

Глава 15

Теодора

Моя голова раскалывается, а во рту пересохло. Я облизываю губы и поднимаю руку, чтобы дотронуться до лица.

Как мне унять эту боль?

И что, черт возьми, произошло?

О, черт!

Нет, только не это.

Я оглядываю комнату, в которой нахожусь. Мое тело ощущает кровать, на которой я лежу, она большая, и мои пальцы скользят по шелковым простыням. У кровати четыре столбика, и я испытываю огромное облегчение, когда понимаю, что не привязана ни к одному из них. Я сажусь, и с каждым движением в голове стучит все сильнее. Когда я соскальзываю с кровати, мои ноги касаются пола из темного дерева, и прохлада заставляет меня двигаться быстрее. Я вижу большие двойные двери и направляюсь к ним.

Когда я подхожу к дверям, мое тело кажется тяжелым. Взявшись за ручку, я поворачиваю ее, но она не двигается, и что-то внутри меня сжимается от страха. Я пытаюсь снова, но безуспешно. Я давлю на нее плечом в надежде, что она сдвинется с места, хотя бы на мгновение, но ничего не происходит. Кто-то запер меня в этой комнате.

Рукой колочу в дверь, и я кричу. Кричу так громко, надеясь, что кто-нибудь, хоть кто-нибудь, услышит меня и выпустит. Я кричу добрых десять минут, но вскоре  не выдерживаю головной боли и останавливаюсь, сползаю по двери и падаю на пол, уронив голову между ног.

Я остаюсь в таком положении, как мне кажется, целую вечность, пока дверь за моей спиной не распахивается, и я на четвереньках отползаю от нее, глядя вверх, когда кто-то входит. Сначала я вижу только темные ботинки, пока мне удается нетвердо стоять. Когда мой взгляд, наконец, доходит до лица человека, я его не узнаю.