– Мне уже приходилось работать в таких условиях.

Мистер Арчер кивнул.

– На пятьдесят девятом и шестьдесят третьем этажах у нас посты круглосуточной охраны. В случае чего-либо действительно чрезвычайного обращайтесь к ним при помощи камеры на двери. У нас заготовлены планы действий и предписания на случай пожара или каких-либо иных экстренных случаев. – Он немного поколебался. – Имеются некоторые опасения, что участники шоу могут со временем проявить… излишнюю возбудимость.

Клэр нахмурилась.

– Я работаю на реалити-шоу вот уже десять лет. Однажды мне довелось присутствовать при том, как пьяный участник шоу спрыгнул с яхты и попытался доплыть до острова, расположенного в пяти милях от нас. А когда мы снимали на Амазонке, одного мужика хватил инфаркт. Мне уже приходилось иметь дело с излишне возбудимыми и неуравновешенными людьми. Видела я и драки, и употребление наркотиков… и имела дело с полицией в одиннадцати странах мира.

Мистер Арчер окинул ее оценивающим взглядом:

– Миз Зальцбург хочет убедиться, что вы понимаете, на что подписываетесь.

– Я понимаю, – сказала Клэр.

Не похоже, чтобы у нее был выбор. Слова «ПОСЛЕДНЕЕ НАПОМИНАНИЕ» в бумаге, полученной от коллекторов, по-прежнему стояли у нее перед глазами.

Мистер Арчер забрал у Клэр телефон, ноутбук и электронный планшет, после чего минут двадцать они просидели в неловком молчании. Наконец входная дверь распахнулась. Оба встали.

В фойе появилась красивая женщина примерно того же возраста, что и Клэр. Явно знающая, как представать перед публикой.

Поправив ремешок своей довольно большой дизайнерской сумки, женщина улыбнулась. Идеальные зубы. Идеальные волосы карамельного цвета, собранные в свободный хвост. Она вполне могла бы быть моделью «плюс-сайз», но весь ее облик так и кричал о Старых Деньгах – и с большой буквы «С», и с большой буквы «Д». Это был живой символ какого-то несметного, еще европейского состояния, расхаживающий в сапожках нынешнего модного сезона и превосходно сшитом платье «в рюмочку». Такие проводят осень (нет, не осень – бархатный сезон!) в Лозанне, а лето – на юге Франции.

Улыбка женщины стала еще шире, когда она протянула руку:

– Я Блэр Зальцбург.

Клэр пожала ее.

– Это такая честь для меня познакомиться с вами, миз Зальцбург…

Как и мистер Арчер, миз Зальцбург не стала предлагать обращаться к ней просто по имени. Она обвела Клэр взглядом, которому та не взялась бы дать какое-то определение, хотя явно не радостным – не хватало еще, чтобы хозяйка фирмы с ходу отказалась от ее услуг.

– Я крайне заинтригована концепцией вашего шоу, – сказала Клэр, подпустив в голос восторженного энтузиазма. – Жду не дождусь, когда узнаю подробности.

Миз Зальцбург бросила на мистера Арчера многозначительный взгляд, а затем повелительно махнула обоим рукой на диван. Тетка была явно из тех, кто привык отдавать приказы.

– Спасибо, что содействуете нам с этим проектом, – произнесла она с неким акцентом, выработавшимся за годы мотаний по шарику. – Для меня было большим облегчением узнать, что в нашей команде появился кто-то со столь богатым опытом, как у вас.

Миз Зальцбург сделала паузу.

– Надеюсь, Дэвид уже ввел вас в курс дела.

– Ну, в общем-то да. Хотя… Нет. – Лицо у Клэр вспыхнуло. Про предстоящую работу она по-прежнему практически ничего не знала. – Как я уже сказала, мне хотелось узнать побольше подробностей про ваш проект.

«Или про тебя. Да и вообще про любого, кто вписан в этот твой “Пейбэк”».

Вытащив из сумки увесистый скоросшиватель, миз Зальцбург с преувеличенной аккуратностью выложила его на журнальный столик, даже слегка подровняв.

– Здесь вы найдете профили участников и наши требования по организации съемок. По мере необходимости мы будем и дальше предоставлять информацию, которая может оказаться существенной.

Ах да… Клэр ведь уже больше не исполнительный продюсер… С ней теперь не советовались по вопросам выбора места съемок или кастинга, с психологическими портретами участников тоже не знакомили. Наверное, как раз поэтому они так упорно твердят о мерах безопасности.

Миз Зальцбург положила поверх скоросшивателя еще и толстый конверт:

– Вот планы безопасности. Дэвид уже присылал их вам для ознакомления, но мы на всякий случай сделали копии.

Клэр знала, что в этом конверте целое множество страниц – в первую очередь строительные планы здания с указанием расположения запасных выходов. Инструкции по эксплуатации лифтов, имена и фамилии охранников, график их смен и маршруты передвижения по зданию… На черта ей все это сдалось? Клэр напомнила себе, что это продюсерская компания из новых. Технология производства подобных телепрограмм, видать, еще не до конца у них отработана.

– Да, я их уже изучила. То, что я имела в виду… В чем там сюжет? – произнесла Клэр. – Что вы… гм… Что мы пытаемся показать зрителю?

– Правду, – ответила миз Зальцбург с легкой улыбкой, после чего поднялась с дивана.

– Правду? – повторила за ней Клэр, не в силах скрыть нотки тревоги в своем голосе.

Обычно такие совещания в пять минут ну никак не укладывались. Продюсеры садились тебе на ухо, разглагольствуя о своем видении проекта и высокой роли искусства. Но эти люди уже уходили, так и не сказав толком, чего хотят, в чем нуждаются или чего ожидают.

Блэр Зальцбург направилась к двери.

– Нам не терпится узнать, что у вас из всего этого выйдет. Сейчас мы запрем дверь, и вы сможете приступить к работе.

– Ясно, – отозвалась Клэр, игнорируя неуютное чувство, покалывающее ее изнутри. – Хорошо. Отлично. Спасибо, что предоставили такую возможность.

Дэвид Арчер вышел вслед за своей начальницей, унося с собой телефон Клэр. Это была ее единственная связь с внешним миром. Она проследила, как он скрывается за дверью, после чего послышалась серия громких щелчков и над тем местом, где на двери была установлена камера, загорелся маленький красный огонек.

Клэр была заперта в этой квартире на следующие семь недель.

Старт дан.

Вернувшись на диван, Клэр глянула было на конверт, озаглавленный «Планы безопасности», но все-таки взяла со стола папку с рабочими материалами, на лицевой стороне которой черным маркером, изящным почерком было написано ее имя. Открыла ее и перебрала в руках шесть толстых золотистых конвертов. Все они были надписаны.

60А – Общественница

60B – Футбольный Папаша

61A – Финансистка

61B – Отельер

62A – Шефиня

62B – Доктор

Клэр поняла, что все участники поименованы игровыми никами в соответствии с их родом занятий, а цифры с буквами – это номера квартир, в которых их разместили. Имелись в папке и два красных конверта. Один был озаглавлен «ПРАВИЛА ИГРЫ», а на другом, потолще, красовалась поспешно накарябанная надпись «КОНЦЕПЦИЯ ПОСТАНОВКИ». Наконец ее пальцы наткнулись на единственный лист гладкой кремовой бумаги