с девушкой, которая украла его сердце и не хочет его возвращать.

— Больше не буду с тобой целоваться, — отвернулась в сторону Катя. — Ты слишком травмоопасен, на моих губах не останется живого места, как и на теле.

— А на теле то где? — удивился Кирилл, пытаясь вспомнить, что было несколько часов назад.

А было все прекрасно и сладко. До сих пор щеки краснеют, вспомнить, что вытворяла Катя в его комнате. Кирилл даже представить не мог, что Катя в сексе, практически богиня. Или он так хотел думать?

— Может тебе ещё показать? — возмутилась Катя, поджимая губы и скрещивая руки на груди.

— Можно и показать, — Кирилл прикусил мочку уха, придержав девушку за плечи, а то она дернулась в сторону. — Я зацелую каждую твою ранку на теле, чтобы быстрее все прошло.

Дыхание участилось, внизу живота все скрутилось в узел. Катя не знала, куда себя деть от возбуждения. Ей хотелось принадлежать Кириллу полностью, чтобы он действительно целовал каждый сантиметр ее тела, любил всю и сразу. Настолько яркие ощущения, что Кате пришлось покачать головой и оттолкнуть парня.

— Скоро родители придут, так что закругляйся, — шикнула на парня Катя, вставая с дивана.

— А могут и не придти, — поиграл бровями Кирилл, намекая явно кое-что поинтереснее.

— Мне ещё нужно с ними серьезно поговорить, так что в другой раз.

— О чем хочешь с нами поговорить?

Резко обернувшись, Катя увидела родителей на пороге гостиной. Они смотрели на них ничего не предвещающими взглядами. Возможно, они уже все знают, а может просто устали.

Глава 26

— Мам, пап, привет, — Кирилл стоял за спиной у Кати, пытаясь понять, слышали или нет родители их разговор. — Вы сегодня рано.

— Да вот, решили приехать раньше с работы, чтобы всей семьёй поужинать, — ответила женщина. — У нас к вам тоже есть разговор.

— Дома будем ужинать или в ресторане? — спросил Кирилл.

Дома они редко ужинают, чаще завтракают. Поэтому ребята сильно удивились предложению вместе поужинать.

— Дома, я заказала доставку, — ответила мама, проходя на кухню. — Давно вместе не ужинали.

— Это точно, — покивал головой Кирилл, не знаю, куда деть свои руки.

— Я пойду переоденусь, — пробормотала Катя и ретировалась на второй этаж.

Ей было неуютно и совестно перед людьми, которые вырастили ее. Она называет их мамой и папой, а сейчас нужно будет сказать, что Катя все знает. Что не имеет смысла скрывать от нее правду, и стоит всё рассказать. Вот только как собраться с мыслями? Как унять дрожь в теле?

Переодевшись, Катя спустилась вниз, как на эшафот. Внутри все тряслось. Неизвестность убивала.

За время, пока Катя переодевалась и собиралась с мыслями, успела приехать доставка. На столе стояли тарелки с едой, от которой шел пар. Родители сидели на одной половине стола, а Кирилл на другой. Ждали только Катю.

Девушка присела рядом с Кириллом и уставилась на свои вспотевшие и дрожащие ладони. Во рту все пересохло.

— Сперва поужинаем или сразу перейдем к разговору? — поинтересовалась женщина, беря в руки вилку и ножик.

— Я все знаю, — выпалила Катя и приложила ладони ко рту.

Мама и папа переглянулись взволнованно, каждый подумал о том, что же дети знают?

— И что ты знаешь? — осторожно поинтересовался мужчина.

— Я знаю, что я не ваша родная дочь, — тихо ответила Катя, опустив глаза вниз.

Воцарилась тишина, которую нарушал стук часов и дыхание присутствующих.

— Простите, — прошептала Катя, окончательно поникнув.

В уголках глаз стало собираться слёзы, готовые сорваться вниз.

— Ты не должна извиняться, — покачала головой женщина. — Это мы должны просить у тебя прощения, что раньше не сказали об этом. Прости нас.

— Мы до последнего хотели сохранить все в тайне, а ты оказалась умной и узнала всё сама, — грустно усмехнулся мужчина, ослабляя галстук, который давил на горло. — Твоя мать жива, работает секретарем в крупной компании, ты всегда можешь попросить о встречи с ней.

— Если захочешь, — добавила женщина.

— Я не хочу с такой матерью общаться, — покачала головой Катя. — Она предала меня и я никогда не не прощу. За столько лет она ни разу о себе не дала знать, а сейчас я должна начать с ней общаться? Нет, этого не будет. Как и с родным отцом, я не хочу общаться. Они для меня чужие люди.

— Ты знаешь кто твой отец? — удивился Николай.

— У нас в классе недавно появился новенький, — начала рассказывать Катя. — Как-то так получилось, что он подошёл ко мне несколько дней назад и сказал, что я его сводная сестра. Я конечно не поверила в это. Мы сделали тест ДНК.

Колесниковы смотрели на Катю и ждали ее ответ. Они были удивлены и до последнего надеялись, что настоящие родители никогда не дадут знать о себе. А тут все получилось по-другому.

— Тест оказался положительным, — закончила Катя.

— И как зовут этого новенького? — спросила женщина, делая несколько глотков простой воды.

— Елисей Васильев.

Николай округлил глаза, а его жена выплюнула воду на Кирилла.

— Ну спасибо, — недовольно сказал стряхивая капли с лица и одежды.

— Прости.

— Это сын того самого Васильева, у которого своя сеть гостиниц? — переспросил Николай.

— Он самый, — подтвердил Кирилл, салфетками вытирая воду. — И скажу сразу, ему такая дочь не нужна.

— Да, этот Васильев даже знать не хочет меня, — кивнула Катя.

— И мы с Катей встречаемся, — сказал Кирилл.

— Что???

Колесниковы удивлённо уставились на парня. Катя хотела прибить его, уже даже потянулась рукой, но Кирилл уверенно посмотрел на родителей.

— Тем более мы не брат с сестрой, можем встречаться.

— Ох, что-то мне не хорошо, — простонала женщина, хватаясь за сердце.

— Дорогая.

— Мам.

— У вас все серьезно? — мама посмотрела на сына.

Кирилл не задумываясь, согласно кивнул. Он считал, что у них с Катей все серьезно и в будущем, возможно, дело дойдет