определенности. Чтобы я призналась, что мы теперь вместе. Но тут у меня был ступор, словно заслон. И я чувствовала, что это его злит, но он держался, каждый раз доказывая, что с ним мне будет хорошо. Я старалась верить, но часть меня просто не хотела опять наступить на те же грабли.

— Я боюсь. Слышишь, боюсь, — тихо говорю я.

— Чего ты боишься?

— Что все станет как прежде, — сглатываю. — Что я опять стану куклой, без голоса, без собственных желаний.

— Этого не будет, — качает он головой. — Я изменился и понял свою ошибку. Понял, что был слеп. Я изменился, только для тебя…

Мне хочется верить в его слова, ведь он предельно серьезен. Но, возможно, должно пройти время, чтобы я убедилась в этом окончательно, а пока у нас непонятные отношения. Но мы довольствуемся тем, что мы есть друг у друга. Влад научил меня отвечать на его поцелуи с той же жадностью, и наши ласки стали более откровенными, но не пересекли ту самую черту. Влад словно показывает, что будет, если я соглашусь, как показывают демоверсию игры перед покупкой…

А еще я часто вспоминаю видеообращение своего отца. Когда он говорил о моей маме… Возможно, тогда я не хотела знать о ней что-либо, но сейчас с каждым днем хочу все сильней. Смотрю на белый лист с ее адресом. Она живет в другом городе. Несколько сотен километров, и я увижу женщину, которая родила меня. А вдруг она не захочет меня видеть? Ведь я ее прошлое, не самое лучшее. Ее бросил мужчина, в которого она, скорее всего, была влюблена… Стоит ли ворошить прошлое ради того, чтобы просто увидеться?

Я думала об этом всю следующую неделю и поняла одно: если не сделаю, если не увижу, то буду жалеть, всегда.

— Я хочу поехать к своей матери, — одним утром говорю я Владу.

Мы сидим за кухонным столом и завтракаем.

— Хорошо, но ты уверена, что хочешь ее знать? Она не искала тебя, — говорит Влад серьезно. Скорее всего, он тоже за то, чтобы не ворошить прошлое.

— Я хочу просто посмотреть на нее, возможно поговорить, но если она сделает вид, что не знает меня, то мы сразу же уедем. Мой отец говорил, что мы похожи и что у нее есть дети. Возможно, она и правда не захочет меня видеть. Если это так, то и мы не станем ее тревожить, — решительно говорю я. Мне кажется, это самый верный вариант, который может быть. Тут все будет зависеть от нее.

— Хорошо, — Влад только кивает.

Решаем съездить к ней на выходных. До города ехать четыре часа, поэтому встаю еще засветло, чтобы уже к утру отправиться в путь. Почему то в душе у меня волнение. Я даже не знаю, что может там быть. Обдумываю все варианты развития событий. Чем ближе мы, тем сильнее я начинаю волноваться. Стараюсь не показывать это Владу, пряча руки в карманы и делая вид, что у меня не кружится голова и что мне хватает воздуха. Но он словно чувствует это — резко останавливается у обочины.

— Что-то случилось? — продолжаю делать вид, что все хорошо.

Мои панические атаки теперь происходят очень редко, но сегодня они решили опять напомнить о себе. Влад ничего не говорит, а притягивает меня к себе на колени, лицом к лицу.

— Кукла, если ты сейчас не успокоишься, мы никуда не поедем! — твердо и довольно понятно.

— Как ты?..

— Чувствую, — резко отвечает.

— Прости, просто не знаю даже, чего ожидать, мне страшно… — говорю о своих переживаниях.

— Ничего не будет, — он берет мое лицо в свои горячие руки, вынуждая смотреть только на него. — Ты сама сказала, если она сделает вид, что не узнала тебя, мы уедем, если подойдет, ты спросишь то, что хочешь узнать. Или просто помолчите, — уже более весело.

И я тоже начинаю улыбаться.

— В любом случае тебе нечего переживать, это прошлое. Ты просто хочешь узнать его, и это понятно. Тебе нужно думать о будущем, о нас…

Он прав, это мое прошлое. Как будет, так будет. Я успокаиваюсь в его руках, и мы едем дальше.

Дом моей матери находится в частном секторе. Едем по указанному адресу. Тут много домов, но нет охраны, как там, где я жила раньше, и единственная защита от непредвиденных гостей — это забор.

Мы останавливаемся около небольшого, но очень уютного двухэтажного дома. Ничего особенного, но я чувствую здесь заботливую руку хозяев: аккуратно подстриженные газоны, декоративные камни и даже пруд.

— По карте — тут, — говорит мне Влад. Скорее всего, да. — Кукла, если что — мы уезжаем.

— Я поняла, — киваю, улыбаясь ему. — Мы же договорились.

Выходим из машины и идем к калитке. Она кажется закрытой, но как только Каменский тянет ее на себя, она поддается.

Мой пульс зашкаливает, дорожка, ведущая к дому, кажется мне бесконечной. Но вот мы у двери. Влад нажимает на звонок, и мы ждем. Слышится шум, а потом женский голос, от которого у меня замирает сердце. Дверь открывает женщина, а я не могу оторвать от нее взгляд. Вот она, моя мама. Очень похожая на меня, те же волосы и фигура, только, возможно, глаза у меня в отца. Она красивая, и даже очень.

— Здравствуйте! А вы кто? — спрашивает она, сначала смотря на Влада, а потом видит меня и застывает. Сразу же понимая, кто перед ней.

В ее глазах многое, чувства и мысли, и я даже не успеваю прочитать их.

— Здравствуй, мама… — первая нарушаю я наше молчание.

— Здравствуй, доченька, — ошарашенно произносит она.

А потом слышится громкий топот и в прихожую выбегают два подростка. Они очень похожи, скорее всего близнецы.

— Мам, а это кто? — спрашивает один из них, внимательно смотря на меня, а не на Влада. Наверное, замечая сходство.

— Это…

Глава 24

— Это мои знакомые, — женщина потрепала сыновей по макушкам. — Вы можете пока поиграть в своих комнатах, а мы поговорим тут.