— Я принес книги! — объявил он, показывая стопку мне. — Карион сказал, что хочет погулять по темному лесу и кого-нибудь убить. Странный парень. — Терас покачал головой с комическим сожалением. — А вот я с удовольствием составлю вам компанию, если можно? Соскучился по интеллектуальным беседам.

Я обернулась, чтобы посмотреть на Леаму. Та лишь дернула плечиками, давая понять, что ей все равно. В ее глазах читалось тихое любопытство.

Я сильнее распахнула дверь и произнесла с улыбкой:

— Проходи, конечно!

Терас, будто его и ждали, воодушевленно зашагал в центр комнаты и, недолго думая, устроился прямо на полу, скрестив ноги. Он протянул мне книги.

— Держи. Карион велел передать, что если на одной странице появится хоть одно пятнышко, он твои внутренности на гарнир подаст. Но он всегда так шутит. Почти всегда.

Я приняла стопку и, пристроившись поудобнее на своем ложе, стала рассматривать «трофеи». Две книги выглядели серьезно: «Магия и её виды: от первозданной энергии до применения видами» и 'Основание Дворов и их правители". Переплеты были потертыми, страницы пожелтевшими — видно, их часто брали в руки.

И тут мой взгляд упал на третью книгу. Она была тоньше, а ее обложка из мягкой кожи украшена причудливым тиснением, изображавшим танцующих фей и бегущих оленей. Я прочла название: «Сказки Амираниума».

Я немного удивилась.

— Сказки Амираниума? Карион… что-то напутал? — пробормотала я, перелистывая страницы с красивыми, хоть и выцветшими иллюстрациями.

Терас усмехнулся.

— Не-а. Он ничего не путает. Говорит, что мифы и сказки — та же история, только приукрашенная. И что иногда в них скрыто больше правды, чем в сухих хрониках. Сам он их, между прочим, обожает.

Это открытие заставило меня взглянуть на старшего Ищейку в новом свете. Убийца с темной энергией и когтями, читающий на ночь сказки о феях? Мир переворачивался с ног на голову.

Решив начать с основ, я взяла первую книгу — о магии.

— Хорошо, — сказала я, устраиваясь поудобнее. Леама притихла, с интересом глядя на меня. — Давайте начнем с этого.

Я открыла тяжелый переплет и начала читать вслух, впервые за долгое время чувствуя не страх, а жгучее, ненасытное любопытство.

— «Глава первая. Истоки. Магия не является порождением живых существ. Она — фундаментальная сила мироздания, подобная гравитации или времени. Все сущее пропитано ею, от камня под ногами до мысли в голове…»

Мой голос, звучавший чуть громче шепота, заполнял тишину комнаты, и слова, которые я произносила, казалось, оживали в воздухе, складываясь в грандиозную картину мироздания.

— «…Магия не создается, она лишь преобразуется. Первые существа, обладавшие сознанием, способным не просто излучать, но и формировать эту энергию, были эльфы. Согласно древнейшим легендам, задолго до основания Дворов, они были рождены из Слез Луны, упавших в священный источник, сокрытый в глубинах самого сердца Амираниума — озера Элэндриль».

Я перевернула страницу, и мои глаза расширились от изумления. Иллюстрация изображала подводный грот, в центре которого бил кристально чистый ключ, источающий ослепительное сияние. Вокруг него танцевали первые, еще бестелесные, сияющие сущности.

— «Этот источник, наделил первых эльфов невиданной силой. Именно она позволила им, объединившись, создать великие Дворы, дабы упорядочить хаос магии и обрести свой путь. Двор Воды, где эльфы научились дышать в морской пучине и на суше, повелевая течениями. Двор Земли, чьи дети черпали силу из соков самой природы, взращивая леса и полезные растения. Двор Огня, где первозданная мощь изливалась из раскаленных недр вулканов. Двор Солнца, воздвигший энергетический колодец, впитывающий и накапливающий животворящую энергию светила. Двор Воздуха, позже прозванный Двором Неба, где обрели дом древние каулы — крылатые существа, парящие в облаках. Двор Ночи, где почитали таинство тьмы и лунный свет. Двор Звезд, чьи жители благоговели перед светом каждой далекой звезды и читали по ним судьбы. И, наконец, Двор Ведьм, где сильнейшие из них, ведомые Первой Ведьмой, искали знания во всех проявлениях силы, не ограничиваясь одним путем».

Я оторвалась от книги, пытаясь осмыслить этот огромный, сложный мир.

— Дворов так много… — прошептала я.

Терас, сидевший на полу и слушавший с закрытыми глазами, улыбнулся, не открывая их.

— Да-да, Ведьмочка. Как и видов магии. Посмотри в оглавлении, там есть и про нас.

Я вернулась к началу книги и пробежалась пальцем по оглавлению. И правда, среди глав о стихийной магии, пророчествах и заклинаниях, нашлась та, что я искала: «Ищейки». Сердце забилось чаще. Я перелистнула на нужную страницу и снова начала читать вслух, но теперь голос мой звучал более настороженно.

— «Ищейки — древние защитники Амираниума, благословленные самим Источником. Появились вместе с первыми эльфами, созданные для поддержания баланса в мире. Их предназначение — истребление темных духов, порождений хаоса. Могут изменять внешность, отращивая когти и длинные клыки. Силой мысли пробуждают в себе резервную магию, однако полное превращение в сверхмощное существо доступно лишь при обретении истинной пары. Во время такого превращения плохо контролируют агрессию, и лишь истинная пара способна уравновесить их темную сторону».

Я округлила глаза и повернулась к Терасу, отложив книгу.

— Вы… плохо контролируете себя? — спросила я прямо, чувствуя, как по спине пробегает холодок.

Терас как можно более мило и безобидно улыбнулся мне, но в его глазах мелькнула хитрая искорка.

— Ну, не прям чтобы «не контролируем»… Но под горячую руку, а точнее, под наши когти, лучше не попадаться. Не переживайте, ни у кого из нас еще нет истинной пары, поэтому мы еще не вошли в полную силу. Пока что мы всего лишь… очень опасные ребята.

Я задумалась, вглядываясь в его юное, беззаботное лицо, за которым скрывался столетний убийца.

— А в кого вы превратитесь? Я так понимаю, то, что показал Карион за столом, это не предел?

Терас снова улыбнулся, но на сей раз его улыбка была полна дикого, первобытного восторга.

— Ооо, нет! Это так, наше обычное «рабочее» состояние. Когда Ищейка обретает истинную пару, то наша сила множится в сотни раз! Мы можем видоизменять себя полностью. Наш отец, например, становился огромным белым медведем. Его шкура была настолько прочной, что ее не мог пронзить даже зачарованный меч, а когти и зубы — такими острыми, что он рвал врагов на лету.

По моей коже пробежали мурашки, когда я представила себе эту картину. Огромный зверь, воплощение ярости, сметающий все на своем пути. И эти трое были его сыновьями.

Решив сменить тему с их свирепого потенциала на что-то более личное, я спросила: