— Нечего, победа будет за нами.

— С такими темпами вряд-ли, если как под Уманью….

— Нечего, сбежим и к нашим.

— Как ты отсюда собрался бежать?

— Здоровье поправим и сбежим.

— Немцы так кормят что не про побег будет твоя мысль.

— Это мы ещё посмотрим.

Спустя две недели все раны как рукой сняло, к ним зашёл фельдфебель. Это был мужчина средних лет, толстоват, лицо в прыщах, по его голосу было понятно что это ещё то быдло. Он говорил по-немецки, а эти слова переводила молодая переводчица:

" Слушайте сюда русские свиньи. Великая Германия позаботилась о вас, теперь вы должны помочь восстановить свои земли. Отказы не принимаются, в моём списке есть тридцать здоровых человек. Кого я назову — выходим. "

Когда немец закончил — Андрея, Ваню и других повели строем. Этот строй до машины сопровождало семеро солдат СС. Метный подумал: " Ну что, попробуем мои способности, смерть так смерть, не буду трудиться на фашистскую гадину". Потом вспомнилось то жуткое видение с мрачной фигурой. Мелькнула новая мысль: " Идут они организованно, а что если не выйдет, не включиться эта способность? Поддержат ли меня другие пленные? Да и куда бежать, а в ад не охота. Лучше я устрою бунт в лагере, больше толку будет, может и родине пользу какую-то принесу."

Их довели до разбитых грузовиков и показали чтобы пленные садились в кузов. В одной машине было десять пленных и по 2 солдата. Ваня тихо обратился к Андрею:

— Чего не сбежал?

— В лагере сбежим.

— Вдвоём?

— Бунт подымем.

— Думаешь выйдет?

— Увидим.

— Если что я с тобой, но в словах будь поаккуратнее, а то сдаст какая-то сволочь и конец делу.

— Тебе доверяю.

— Ладно, что-то придумаем, главное побыстрее свалить отсюда, ибо потом сил уже не будет.

— Свалим.

На улице было очень поздно, наверное, два часа ночи. Не смотря на август месяц эта ночь была холодной. Солдаты открыли кузов и начали выводить пленных. Лагерь был ужасен, повсюду слышался лай злобных псов, в центре и по бокам стояли вышки с которых ужасно-ярким светом шли лучи которые по определённой траектории освечивали территорию лагеря. Конечно же был и забор обмотанный колючей проволокой, её здесь не пожалели. Трёх метровые, деревянные ворота с верху обмотанные проволокой открыл мрачный немец. Новых гостей повели в лагерь. Оптимизм Андрея спал, он уже начинал понемногу жалеть что не попробовал тогда сбежать. Изучая укрепления лагеря лейтенант подумал: " Да, тут так просто не сбежать, нужно будет подумать и изучить обстановку "

Их вели в мрачный барак чем-то похожий на тот самый кабак в Смоленске где его убили. Барак был забит военнопленными, стояла вонь — такое впечатление как будто что-то гниёт. Андрей залез на твёрдую койку которую даже не застелили, Метный сказал:

" Ну что, давайте знакомиться? Меня зовут Михаил Дубовый." После этих слов новенький пошёл знакомиться с товарищами по несчастью.

Рано утром их разбудили, в барак зашло трое солдат СС:

— Выходим свиньи.

— Ну выходите. — Ответил Андрей и весь барак засмеялся.

К его счастью эти немцы плохо знали русский и ничего не поняли, а от все пленные поняли что с ними оказался далеко не трус. Было где-то четыре утра, военнопленные разбирали лопаты и кирки, их вели на работы в рудники. Повсюду были солдаты СС, Метного поставили работать с мужчиной средних лет, тот был достаточно крепким, но по его работе было видно что он специально пытается делать всё плохо, особо не напрягаясь тогда лейтенант начал разговор:

— Меня к тебе отправили.

— Хватай тележку будешь закидывать уголь.

— Слушай, а как тебя зовут?

— Дима.

— Михаил. — Он потянул руку.

— Приятно. — Новый знакомый пожал руку.

Андрей начал закидывать уголь, когда набралось достаточное количество он потянул её вверх. Но его остановил немец и заговорил на ломанном русском:

— Мало грузить. Грузи больше.

— Чтобы спину сорвать ⁈

Солдат его не понял, но видя непослушание замахнулся прикладом. Вмиг пленный увидел траекторию удара, резко повернул вбок и ударил в челюсть обидчика. Тот упал. Рабочие с удивлением смотрели на него. Андрей знал что очень мало изучено, нету надёжных людей, его едва ли знают, но после такого светит смерть, выбора нет. Тогда лейтенант схватил ружьё и громко начал говорить:

— Товарищи, хватит трудиться на немецкую сволочь! Даёшь свободу! Сколько солдат в карьере.

— Внизу еще два с винтовками и двое с автоматами на выходе. — Ответил Дима.

— Так, тогда я иду на выход, а вы зарубите тех двоих.

Народ молча его слушал, а Метный быстро переодевшись в немца пошёл к выходу.

Двое охранников курили и обсуждали работу своих подопечных. Вдруг они заметили семерых рабочих с кирками. Первый сказал второму:

— Какого чёрта эти идут к нам?

— Не знаю, приготовься стрелять.

Дима громко начал говорить:

— Помогите, там вашего убили!

— Какого чёрта!

Оба немца мигом побежали наверх. Дима из-зо всех сил ударил киркой второго немца и разрубил ему голову, первый не успел развернуться как получил молотом по спине. Дмитрий сказал: " Бунт товарищи! "

Автоматчики увидели своего боевого товарища:

— Ганс, какого чёрта ты оставил их одних? Стоп ты не Ганс.

— Не Ганс — по русски ответил Метный и перерезал глотку немцу, второй замахнулся прикладом, но пленный увернулся и прирезал второго автоматчика. Тогда сказал своим что ждали:

— Трупы спрятать, хватайте автоматы, а я сейчас с вышками разберусь. Меня вроде бы не заметил некто.

— Так точно!

Осмотрев территории он заметил что если захватить одну вышку можно расстрелять другие три. И продолжил разговор:

— Когда я расстреляю вышки вы с автоматами и винтовками бежите на другие шахты и освобождайте товарищей. Только дайте мне автомат.

— Товарищ лейтенант, а вы справитесь?

— Справлюсь, пока вышки не перестреляю и не думайте высовываться!

— А если вас убьют?

— Не сопротивляйтесь, скажите что это всё я один сделал, а вы боялись и остались ждать немцев.

— Но

— Давайте без но.

Андрей пошёл к центральной вышке. Руки дрожали, было страшно, а вдруг не получится? Скольких же людей он отправит в могилу? Поздно думать, жребий брошен. Лейтенант подошел к вышке и попросил жестами в пулемётчика прикурить. Тот махнул рукой. Метный полез на вышку.

Украина, 12 августа 1941 года, Киевский укрепрайон:

Взрывы уже не смолкали почти как месяц. Василий Привонский как и каждое утро пробегал по своим окопам. Взрыв, ещё трое его товарищей погибли. После очередного осмотра своих позиций майор взглянул на зеркало, под глазами были синяки, форма была грязной. Фигура не пострадала, он как