что у нас нет резины для тяжелых колес, способных выдержать болото Пустоши, а гусеницы сожрут слишком много дефицитного литья. Но саму кинематику мы полностью переведем на замкнутый гидропривод. Савелий, твоя задача — отлить шесть цилиндров из нашей новой латуни. Поршни притрите так, чтобы зазор был не больше толщины волоса. В качестве рабочей жидкости пустим то самое тяжелое мана-масло, которое мы отжали на ректификационной колонны из «слез бездны». Оно имеет идеальную вязкость и не замерзает даже при минусовых температурах аномальных холодов.

— А как же управлять этой махиной, Кирилл Андреевич? — подал голос Митька, завороженно разглядывая чертеж кабины с рычагами. — Без рунного сердца маг-оператор не сможет отдать команду машине «иди» или «подними».

— А маг-оператор нам больше и не понадобится, — Кирилл хищно улыбнулся. — Управлять этой машиной будет обычный трезвый рабочий или солдат при помощи механических распределителей и педалей. Один рычаг — давление пошло в левый цилиндр, нога согнулась. Второй рычаг — клапан открылся, нога разогнулась. Кристалл Пустоши мы оставим только на одном месте — на приводе главного шестеренчатого гидронасоса. Он будет тупо крутить вал с постоянной скоростью, создавая давление в системе. А вся мана-проводка… Гришка, бери бобины!

Кирилл вытащил из-под верстака ящик с новой партией синей изоленты Кольцовских.

— Каждый контур, каждую трубку гидросистемы и корпус мана-насоса обмотать нашей магической синей изолентой в три слоя, — приказал инженер. — Серую зону штурмовать будем не заклинаниями защиты, а качественным диэлектриком. Высокочастотная коррозия маны не пройдет сквозь наш полимер!