— Как вы будете голосовать? — спросила я.

Джеймс выгнул бровь:

— Знаешь, я когда-то хотел, чтобы супы вышли в мир людей, но то, что я увидел сейчас — это чистый гребаный хаос. Лично я не хочу разгребать человеческое дерьмо. Может, однажды они и созреют, но не сегодня. Людям пока не нужно о нас знать.

— Ага, никакое количество лишних сисек и задниц этого не стоит, — добавил Джеймс с совершенно серьезным видом.

Я ударила его по руке:

— Серьезно? Будто тебе это когда-то мешало, даже когда люди о нас не знали.

Он пожал плечами, не споря.

Следующие двадцать минут пролетели незаметно. Мы устроились поближе к сцене. Хорошо, что сцена была размером с пол-футбольного поля, потому что когда туда поднялся Коннор и другие лидеры стай, городов и тюремных поселений, количество собравшихся было огромным.

Луи стоял впереди. Похоже, он закончил индивидуальные беседы. Рядом с ним стояли четверо Компассов, и мне нравилось, как естественно и спокойно они держались вместе. Между этими пятью чувствовалось такое доверие и семейная связь, что я не могла оторвать глаз от Луи, пока он оглядывал толпу.

— У тебя слюни текут, — ухмыльнулся Полли, прислонившись к столбу. — Никогда не думал, что увижу нашу Лиз в роли влюбленной по уши девчонки.

Я бросила на него презрительный взгляд:

— Влюбленной по уши? Серьезно?

Он пожал плечами:

— Если этот одержимый взгляд тебе впору…

Спорить было трудно. Я действительно была одержима Луи. Хотя я ни за что не призналась бы в этом фиолетоглазому магу. Словно услышав меня, он впился в меня взглядом, и я почувствовала этот взор до самых кончиков пальцев. На миг мои ноги сами понесли меня к нему, и только остатки здравого смысла заставили меня остановиться. Сейчас было не время лезть на сцену.

Он подошел к краю, и я клянусь, половина присутствующих женщин смотрела на него с тем же выражением, что и я.

— Популярный парень, — хохотнул Джеймс, но тут же осекся, заметив мой взгляд.

Луи замер на краю сцены и протянул мне руку. Толпа заволновалась, все пытались понять, кому он это предлагает. Несколько женщин даже подались вперед, как фанатки на концерте.

Я покачала головой. Часть меня хотела остаться на месте, но другая отчаянно нуждалась в близости к нему. Обычно я не выставляла свою силу напоказ, но в этот раз я позволила ей немного просочиться наружу, мягко раздвигая супов, чтобы пробраться к своей паре.

На лицах вокруг читались гнев, замешательство и шок: все гадали, кто я такая, черт возьми.

— Элизабет. — Знакомый колдун кивнул мне, и я ответила ему улыбкой.

— Фрэнк, сколько лет…

Фрэнк был из нашего родного города. Моего и Луи.

Как только он произнес мое имя, по толпе пополз шепоток. Мало кто знал меня в лицо, но многие слышали, что где-то обретается могущественная ведьма по имени Элизабет.

Я умела игнорировать сплетни, поэтому просто шла вперед. Тело обдало жаром от того, что внимание Луи не пошатнулось ни на секунду. Внутри всё ныло от желания, которое могло унять только его прикосновение.

Подойдя к сцене, я посмотрела на него снизу вверх, и прежде чем я успела сообразить, как подняться, его магия окутала меня. Я взмыла в воздух и приземлилась прямо в его объятия.

— Публично заявляешь на меня права, да? — спросила я, прижимаясь к нему.

Толпа на миг затихла, а затем взорвалась шумом. Ведьмы визжали, оборотни выли, а вампиры улюлюкали — озабоченные гады.

Луи было на всё это плевать. Он просто крепко обнял меня и поцеловал так, что у меня искры из глаз посыпались. Великие боги… этот маг умел целоваться.

Он был чертовски хорош во всем. Самоуверенный засранец.

Глава 21

ЛУИ

Я никогда не задумывался, почему не проявлял такой собственнической страсти к Регине, хотя всегда знал, что это — неотъемлемая часть моего характера. Я просто списывал всё на занятость: тогда у меня было гораздо больше обязанностей перед сверхъестественным сообществом, и я считал, что нам обоим лучше, если я не буду следить за каждым её шагом. Но Ти…

Она открыла мне правду. Регина владела моей любовью, но у Ти были моя любовь, мое сердце и моя душа. Даже когда я должен был вправлять мозги тем туголобым идиотам, собравшимся на сцене, я ловил себя на том, что выискиваю её взглядом, завороженно наблюдая, как она смеется со своими друзьями. К счастью, эта троица восприняла мое предупреждение всерьез и держалась на приличном расстоянии от моей пары, что помогало мне сдерживать тьму.

Когда Коннор присоединился к нам на сцене, Ти и остальные двое подошли ближе. Наши узы натянулись у меня в груди, и я понял, что больше не вынесу этой дистанции. Она была мне нужна. Мне нужно было, чтобы весь мир знал: она неприкосновенна. Абсолютно. На этот раз моя сила стала настоящим подспорьем. Немногие могли бросить мне вызов и победить, и ради своей девочки я бы уничтожил их не раздумывая.

Сама она этого будто не замечала, но супы вокруг не сводили с неё глаз. Её красота — особенная, неповторимая — в сочетании с её мощью манила их, как мотыльков на огонь. Она сияла внутренним светом и силой, которые редко встретишь даже среди сильнейших.

Подойдя к самому краю сцены, я понимал, что привлекаю внимание, но мне было плевать. Пришло время нашему миру всё узнать. Я протянул ей руку, и она, не колеблясь, пошла ко мне. Под сценой собралась небольшая толпа, но я даже не взглянул на них, используя магию, чтобы поднять её к себе.

— Публично заявляешь на меня права, да? — сказала она, и её полные розовые губы изогнулись в улыбке, преображая всё лицо. Улыбка превращала её из просто красивой женщины в ошеломляющую.

Я не смог сдержаться. Хотя я знал, что она, скорее всего, терпеть не может подобные публичные жесты, я обязан был её поцеловать. Дело было не только в «заявлении прав», мне жизненно необходимо было почувствовать её вкус. Это желание крепло с каждым шагом, который мы делали навстречу друг другу в нашей связи. Мы разобрались с прошлым, признались в чувствах и приняли нашу любовь.

Узы были магией превыше любой другой магии, и они отзывались мощным гулом. Я уже вовсю благодарил богов за этот второй шанс.

Ти спокойно стояла в моих объятиях, а я, наслаждаясь моментом, краем глаза следил, нет ли опасности.

— Луи! — окликнул меня Джестал, колдун из