– Дорога до Сплита занимает два часа, и было бы безопаснее прибыть туда, когда стемнеет. Еще два часа мне потребуется, чтобы вернуться. Бранко не должен знать, что я покидал остров. Если он постучит в мою дверь, хочу быть дома в халате и делать вид, что ничего не произошло.

– Как мы перевезем его обратно на виллу, где он прятался?

– Я с этим разберусь. А вам бы лучше привести себя в божеский вид. Вы же не хотите привлекать внимание?

* * *

Спускаться на пляж с больной ногой оказалось той еще морокой. Пока я добиралась до берега, уровень воды поднялся и теперь доходил мне до колен. Я втиснулась в щель между валунами, достала термос и консервную банку с деньгами. К тому времени, как я вернулась, Драган уже увез Бранко. Дом опустел.

Я направилась в гостевую ванную. Мое гнездышко из пуховых одеял так и лежало внутри, и я почувствовала непреодолимое желание забраться туда, укутаться и уснуть навечно. И все же подошла к раковине и сделала большой глоток воды, стараясь не смотреть на свое отражение. Требовалось изучить остальные документы на флешке, а затем решить, каким образом вернуться в Великобританию, минуя паспортный контроль. Дейзи Де Коста заметит меня в системе – это неизбежно. Что еще хуже, с ее подачи уже будет выдан ордер на мое задержание.

Через несколько лет после смерти моей матери родители Уилла проводили отпуск в Греции – в Исландии тогда как раз произошло извержение вулкана Эйяфьядлайёкудль. Воздушное пространство над Европой закрыли на десять дней, и отец Уилла, который был болен, отчаянно пытался вернуться на родину, в Великобританию, для прохождения химиотерапии. В те дни никто не понимал, когда возобновятся полеты. Однако Джорджу удалось доставить родителей Уилла домой, подняв свои связи среди владельцев яхт – людей странноватых, но, как выяснилось, душевных.

Весь мой план сводился к тому, чтобы спрятаться в доме Хьюго во Франции, и это пугало меня. Что, если мне обратиться к Джорджу? Вдруг он сможет помочь и мне? Джордж практически был отшельником и вел кочевой образ жизни, поэтому большинство людей чувствовали себя рядом с ним не в своей тарелке. Став старше, я тоже перестала его понимать, мне тоже стало с ним некомфортно. Наша ссора произошла из-за сущей ерунды – по крайней мере, мне тогда так казалось. Через несколько месяцев после смерти моей мамы Джордж приехал в Лондон навестить меня, и я заказала билеты на «Лондонский глаз»[19]. Когда мы их забирали, потребовалось предъявить удостоверения личности, но Джордж отказался это делать и заявил, что не собирается показывать документы ради какого-то колеса обозрения. Мы повздорили у всех на виду. Уилл и его сестра Фелисити были этому свидетелями, и я злилась на отчима за то, что он поставил меня в неловкое положение. Думаю, в тот момент мы оба еще не оправились после маминой смерти. И тут я вспомнила, что сказала мама в моем видении: «Найди его! Ищи усерднее!»

Я сбросила мокрую одежду и наполнила ванну. Все тело заныло, когда я погрузилась в горячую воду. Осторожно смыв песок с ран, я осмотрела себя. На руках и правой ноге было очень много синяков и ссадин, но не слишком глубоких. А вот за левую я по-настоящему беспокоилась. Снова возникло ощущение, что я порвала связку под коленом. В такой ситуации единственный способ восстановиться – это вообще не напрягать ногу, а мне пришлось побегать.

Помывшись, я наложила марлевые повязки на наиболее серьезные ссадины, надела теплый флисовый спортивный костюм, толстые носки и кроссовки. Приняла антибиотики и обезболивающее, нашла триммер Уилла и сбрила опаленные волосы. К счастью, выбритое место можно было прикрыть оставшимися волосами. Рюкзак не пострадал, поэтому я просто высушила его изнутри. Упаковала в него смену одежды, две бейсболки: красную с логотипом Coca-Cola и просто черную, а также часы Rolex и запонки в фирменной коробочке на случай, если придется что-нибудь закладывать в ломбарде. Положила зажигалку, кое-какие медицинские принадлежности, термос и консервную банку с деньгами.

Я уже собиралась упаковать ноутбук, как вдруг всплыло воспоминание. Много лет назад, когда у меня только-только появился мобильник, я записала телефонные номера родных и друзей на лист бумаги и отсканировала его. Сейчас, включив компьютер, я принялась просматривать файлы на рабочем столе. Потратила массу времени, листая фотографии в бесконечном лабиринте папок. Наконец нашла в безымянном файле тот самый отсканированный листок со списком телефонных номеров, написанных от руки.

– Какого черта?! – пробормотала я, потому что была уверена, что после смерти Уилла уже искала в ноуте, но ничего не обнаружила. Теперь номер телефона Джорджа оказался четвертым в списке.

Я опустилась на пол, какое-то время бездумно глядя на экран. Переписала номер на листок бумаги и сунула его в термос.

Глава 41

Солнце уже клонилось к горизонту, когда я вышла из дома и в последний раз заперла входную дверь. Когда мне было восемнадцать, муниципальный совет выделил нам небольшой коттедж на окраине Слейтуэйта в Йоркшире, и мама с Джорджем отказались от фургона. Мне нравилось жить в настоящем доме, но вскоре пришлось уехать в Лондон, чтобы поступить в медицинский университет. Было страшно перебираться туда одной, отправляясь фактически в неизвестность. И сейчас, когда я направлялась к воротам, чтобы сесть в машину Драгана, меня охватило то же самое чувство.

Мы молча ехали по грунтовой дороге в сторону церкви, наблюдая вокруг последствия бури: поваленные на полях деревья, размытую дорогу с зияющими ямами и глубокими канавками, полными воды. Мы проехали мимо церкви, шурша автомобильными шинами по брусчатке, и вскоре ее величественный шпиль скрылся из виду.

В воздухе висел легкий туман, темнеющее небо усиливало мою тревогу. Нужная нам вилла находилась недалеко от отеля «Сан-Инн» – это был небольшой фермерский домик на утесе, мимо которого мы всегда проезжали, поднимаясь от пристани. Мы добрались до виллы, где все эти дни скрывался Бранко, почти в сумерках, когда похолодало еще больше. Внутри тоже было холодно и темно. Бранко, накрытый одеялом, все еще спал на диване в гостиной.

Шторы были задернуты, горела лишь маленькая лампа.

Я опустилась на колени рядом с диваном, морщась от боли в ноге, и тут во мне заговорил врач. Я приподняла одеяло, чтобы осмотреть Бранко. Тот лежал на боку, связанный пластиковыми хомутами по рукам и ногам. У Драгана нашелся электронный термометр. Состояние Бранко было в норме, в