ты разочаровалась в жизни. — Он сжал мою правую руку обеими своими и прижался лбом к нашим ладоням.

Я подняла левую руку и положила ее ему на макушку, мое тело ослабло, а разбитое сердце разрывалось на части при звуке плача Хантера.

Наконец, он поднял на меня налитые кровью глаза.

— Ты моя единственная семья, Уиллоу. Я тебя люблю. Неужели я ничего для тебя не значу? — На последнем предложении его голос дрогнул.

— Конечно, значишь. — всхлипнула я. — Я тоже тебя люблю. Ты мой брат-близнец.

— Тогда как ты можешь предпочесть Соло мне? Он бы отнял у тебя все. Разве ты не видишь, какой он эгоист? Соло на тебя наплевать. Он заботится только о себе.

Я облизнула губы и прикусила их, сдвинув брови.

— Я никогда не хотела никому причинить боль. И меньше всего тебе. Ты ведь это знаешь, верно?

Хантер снова опустил голову.

— Я не могу потерять тебя.

Меня переполнял стыд за то, что я причинила боль своему брату.

— Прости, Хантер.

— Почему ты не видишь, что убегать с ним было неправильно?

— Я не хотела никого обидеть, — повторила я.

— Но ты сделала это, Уиллоу. Ты причинила боль мне и себе. Мне сказали, что у тебя посттравматическое стрессовое расстройство, ты знала об этом?

— Нет.

— Вот почему ты так растеряна из-за того, что произошло. Это и твои чувства к Соло. Ты не видишь его таким, какой он есть. Ни один порядочный человек не стал бы подвергать тебя такой опасности.

— Соло не хотел причинить мне боль.

— Не упоминай его имени. Я ненавижу его, и ты тоже должна его ненавидеть. Это из-за него ты здесь, на больничной койке, подключенная к трубкам для кормления. — Он указал пальцем. — Что случилось с той счастливой, великолепной девушкой, которую я когда-то знал? Я расскажу тебе, что произошло. Он сделал это!

Я вздохнула и закрыла глаза.

— После того, что он с тобой сделал, у него не осталось ни одного друга в Северных землях, и я сомневаюсь, что у него есть большое будущее. Мы не терпим мужчин, которые похищают женщин.

— Перестань говорить, что он похитил меня. И даже если это так, Хантер, что тогда с Магни? Ты ведь знаешь, что он похитил Афину, не так ли?

— Да.

— Тогда почему его за это не убили? Насколько я знаю, у него все еще осталось много друзей в Северных землях.

— Это другое дело. Магни пытался вернуть Лауру.

— Ты хочешь сказать, что его отчаянный поступок любви можно простить, а Соло — нет?

Хантер подвинулся на краешек стула.

— Магни и волоска на голове Афины не тронул. Может, он и напугал ее, но он оберегал ее. Ты была на волосок от смерти. — Он понизил голос и взмолился: — Почему ты не хочешь признать, что он причинил тебе боль? Ты настолько травмирована, что не можешь воспринимать реальность? Посмотри на себя… — он указал на мою сломанную руку.

Я знала, что он прав.

— Но он никогда не хотел причинить мне боль.

— Мне все равно. Тебе повезло, что ты жива. Признай это.

Я слегка кивнула, что показалось мне огромным предательством.

— Я знаю.

Хантер крепче сжал мою руку, его встревоженный взгляд остановился на мне.

— Они сказали мне, что ты не ешь, и я умолял их позволить мне навестить тебя. Я пообещал, что смогу заставить тебя снова есть. Пожалуйста, позволь мне доказать, что я прав. Если ты это сделаешь, они, возможно, позволят мне остаться подольше.

— Но ты пропустишь школу.

Глаза Хантера увлажнились от слез.

— Мне плевать на школу. Я хочу быть здесь, с тобой, и убедиться, что ты снова станешь здоровой и сильной. Ты мой близнец.

Я тихо прошептала

— Спасибо.

Он вытер лицо и сделал глубокий вдох, чтобы успокоиться, прежде чем поднять с пола свой рюкзак.

— Итак, скажи мне, что бы ты хотела съесть в первую очередь? — Из его сумки появилась коробка с шоколадным тортом и еще одна с сэндвичем.

— Что в сэндвиче?

— Не уверен, но это вегетарианское блюдо.

Я указала на шоколадный торт.

— Дай-ка я попробую.

Хантер с нетерпением принялся открывать коробку.

— Вот, держи.

Я отломила кусочек пальцами и поднесла его ко рту.

— Ммм… вкусно, — солгала я, чтобы доставить ему удовольствие. На самом деле вкус был невкусный, и я не была уверена, то ли из-за торта, то ли из-за того, что мои вкусовые рецепторы перестали работать.

— Да? Тебе нравится?

— Угу. — Я взяла еще, желая хоть немного загладить боль, которую причинила Хантеру. — Ты знаешь, что случилось с Соло?

Он нахмурился и посмотрел на сэндвич.

— Я избил его, вот что произошло.

Моя рука застыла в воздухе, и у меня вырвался тихий вздох.

— Он пришел объясниться, но я не хочу слушать ничего из того, что он хочет сказать. Если бы Магни и Боулдер не разняли нас, я бы убил его.

Мои глаза расширились от шока.

— Ты пытался убить Соло?

— Да. Я напал на него, как только увидел.

— Но вы были лучшими друзьями.

Хантер прищурился.

— Соломон мертв для меня, и лучше бы ему также умереть для тебя.

Я отвернулась.

— Уиллоу. Мне жаль, если это слишком жестоко для тебя, но он заслуживает смерти за то, что сделал с тобой.

Повернув голову, я посмотрела прямо на своего брата.

— Если ты убьешь Соло, ты для меня покойник.

Голова Хантера дернулась назад, и на несколько секунд он был обескуражен.

— Я бы сказала Соло то же самое, — сказала я. — Если бы он убил тебя, я бы никогда больше с ним не разговаривала.

Опустив глаза и прочистив горло, Хантер тихо проговорил:

— Справедливо. Я знаю, ты не любишь насилие, но, чтобы все было ясно, если он приблизится к тебе, я сделаю все, что в моих силах, чтобы защитить тебя от него, в том числе убью его.

— Что, если я не хочу, чтобы меня защищали от него?

— Уиллоу. — У моего брата вырвался глубокий вздох. — Что нужно сделать, чтобы ты поняла, что Соло нехороший человек? Ты должна отказаться от него. Ты и так была близка к смерти, когда была с ним.

Я не могла этого отрицать.

— Съешь еще немного. — Хантер подвинул шоколадный торт повыше на кровати. — Для меня.

— Только если ты пообещаешь, что не будешь преследовать Соло.

— Я дам тебе слово, но только если ты снова начнешь есть и жить.

— Это тяжело.

— Я знаю. Но чем сильнее ты становишься, тем больше понимаешь, что тебе повезло сбежать от него. Соло никогда не любил