Мы добрались до дома. Вика отправилась на второй этаж, откуда из ванной послышался шум воды.

Ну а я развалился в кресле и вздохнул, всматриваясь в окно. Тоскливо без Карыча. Да и Шустрихи я не вижу. Хотя я видел собственными глазами, как её оперение вспыхнуло.

Ладно. Надо планировать, что делать завтра.

То, что я хотел сделать до открытия клиники, а точнее подтвердить ранг перед московской комиссией, у меня не вышло. Слишком много событий произошло, которые помешали это сделать. Ну а сейчас Лисовский напомнил, что через неделю дедлайн. Будто я без него не знаю.

И что-то мне подсказывало, что в этом случае лучше поторопиться, чтобы Лисовский не придумал очередную пакость.

Отправлюсь завтра.

Зашёл я на сайт записи на идентификатор, заполнил анкету.

«Ваша заявка подана. На рассмотрении» — прочёл я, затем кинул телефон на диван, падая рядом.

Смартфон пиликнул входящим сообщением. Затем заиграла мелодия входящего звонка. Странно, этот номер не записан в мою адресную книгу, но звонок я принял.

— Добрый вечер, Алексей Михайлович, — услышал я радостный мужской голос. — Завтра в девять утра ждём вас в Центральном здании гильдии лекарей.

— Так быстро? — удивился я.

— Комиссия уже собрана, идентификатор настроен, — сообщил оператор. — Уже два дня идут проверки с утра до вечера. Появилось окно на утро, поэтому поставили вас. Если вас не устраивает, то есть свободное окно через три дня, после обеда.

— Нет-нет, как раз всё устраивает, — согласился я.

— Предварительно оплатите госпошлину в размере пятисот рублей и заполните более подробную анкету у нас на сайте, — напоследок сообщил оператор. — Хорошего вечера. Не опаздывайте.

Всё же как вовремя я оставил заявку. Иначе дожидался бы ещё три дня, а там бы ещё что-нибудь произошло по срокам. Не стоит недооценивать Лисовского.

Я отправился в душ, постоял под прохладными струями, затем приготовился ко сну и заметил странный отблеск возле фигурок стражей. Он исходил точно не от них. К тому же я почувствовал чьё-то присутствие на уровне подсознания.

Сонливость как ветром сдуло. Я быстро преодолел расстояние до тумбы, всмотрелся в отблеск, и сердце наполнилось радостью. Он уже потух, зато вспыхнул силуэт Карыча, проступило его призрачное оперение, клюв, как всегда ироничный взгляд.

Затем пернатый материализовался.

— Прилично им досталось, — глубокомысленно изрёк питомец, затем весело взглянул на меня.

— Ты жив! — воскликнул я, подхватывая его на руки.

— Да куда ж я денусь-то, Лёха! — звонко засмеялся Карыч. — Ну не дави так, а то я опять отправлюсь на тот свет.

Я отпустил пернатого, и он перелетел на моё плечо.

— Ты просто не представляешь, где я был! — воскликнул он. — Я ж упал в болото и очутился в Ровене. Прикинь⁈ Но именно на Диком острове. Так мы называем отдалённое место, где водятся хищные слизни, призраки, выпивающие астральные оболочки, и прочая агрессивная тупая хрень.

— Как ты выбрался? — подбодрил я задумавшегося питомца вопросом.

— Да повезло. Скажем так, — прощебетал пернатый. — Успел свалить оттуда, когда меня уже пытался проглотить один очень наглый слизняк. Добрался до дворца Гроха. Но там, кстати, не было странника… Прошмыгнул мимо двух грифонов и виверн и умудрился немного испить нектара из Сердца мира. Боги, как же я возрадовался своему оживлению!

— А ты стал живее, — заметил я. — И более сильным, что ли.

— Посидишь в этой дыре — не так обрадуешься возвращению, — сладко причмокнул Карыч. — Мне больше здешние грачихи по душе. А вот по силе ты прав. Я зачерпнул не только энергию, их-хи-хи. И ещё парочку хитрых заклинаний.

Затем Карыч замер, будто в неживую фигурку превратился.

— Что случилось? — спросил я, поглядывая на него.

— Оп-пачки, а вот этого я от него никак не ожидал, — защебетал он. — Ты смотри, что происходит!

Питомец махнул крылом, и впереди меня вспыхнул астральный экран. Я заметил… Патрика! Он стоял на стремянке, оглядывался, будто прятался от кого-то и кряхтел, копошась над фонарём у входа в дом.

Я выскочил из дома, когда Патрик сворачивал стремянку.

— А ну-ка постой, — остановил я его, но садовник лишь кивнул и отправился в сторону сада. — Стой, а не-то хуже будет! Усыплю, и уже по-другому поговорим.

Патрик замедлился, затем положил сложенную стремянку на газон и что-то выкинул из кармана в заросли, сорвался на бег в сторону гостевого дома.

— Олег, задержи этого засранца! — крикнул я здоровяку, который показался во дворе.

Пулю не нужно было долго уговаривать. Натренированный нашими пробежками, он догнал садовника за домом, сделал подсечку, повалив на землю.

Подбегая, я увидел в руке Патрика миниатюрный разрядник.

— Тр-р-р-р, — затрещали электрода, касаясь шеи здоровяка.

— Ах ты говнюк! — выплюнул Пуля, содрогаясь, но пробил двоечкой по челюсти садовника, отключая его.

Я подскочил к вырубленному работнику, который уже зашевелился, пришёл в себя и дёрнулся.

— Куда? — зарычал Пуля, обхватывая его тощую шею могучей рукой и прижимая к земле. — Лежать!

— Алексей Михайлоувич, эт не то, что вы подумать, — побледнел британец.

— Говори всё, что задумал, или кто надоумил, — процедил я, приседая на корточки возле него. — И что выбросил в кусты.

— Мне нужен мани, много денег на билет в Британия, — признался с горечью в голосе Патрик. — Я скучать по родина. А тут ещё серьёзные пипл. Люди с такими деньгами…

— Кто нанял? — задал я следующий вопрос, прожигая его взглядом.

— Служба императора, вэри серьёзный люди, — забормотал садовник.

В итоге я вытащил из него всё что можно. Харитон Иваныч не унимается. Засёк вспышку активности и решил, значит, обложить меня следящими жучками.

— Ты снимешь всё, что прицепил, — сообщил я ему. — А потом вон из моего поместья. Увижу ещё раз — Олег тебе шею свернёт как цыплёнку.

— Ещё как сверну, ага, — многообещающе оскалился здоровяк.

Патрик закивал, вскочил и под присмотром Пули потопал в сторону фамильного дома.

— Шевели культяпками, продажная шкура, — подтолкнул его в спину здоровяк. — У тебя есть полчаса, чтобы снять всё это барахло.

Что ж, теперь надо быть с этими товарищами осторожней. Они не могут допрашивать меня, потому что я аристократ, да ещё и с хорошими связями. Слежка обломалась. Какой будет их следующий ход?

Они