– Подвели дворяне. Не могли придумать ничего получше? – фыркнула Лиза.

Ник молчал, пораженный догадкой. Если Алан решит сбежать, то погибнут они оба. Он должен вручить свою жизнь в руки старому демону и надеяться, что тот не надумает покончить жизнь самоубийством, лишь бы не возвращаться в собор.

– Надеюсь, вам не взбредет в голову помереть, – буркнул Ник.

– Надейся, малыш, – подмигнул ему Алан. – Всегда славился своей непредсказуемостью.

Ник на секунду зажмурился, представляя, как с удовольствием ломает нос Кириллу. И Алану. Жить с демоном под одной крышей! Да еще и в его доме! Ни за что!

Глава 12. Два кровавых ошейника

Ник никогда не мечтал стать звездой. Не пел в расческу перед зеркалом, не учился играть на гитаре, не сочинял стихи и даже не особо-то любил выкладывать фото в «Связи». Он считал себя самым обычным человеком, но дождливым пятничным вечером превратился в звезду Первого отдела. Еще бы, кто не захотел бы посмотреть на дурачка, согласившегося привязать к себе демона? Демона, от чьего желания жить отныне будет зависеть и жизнь Ника. Как он докатился до этого?

Когда-то Ника считали идиотом, который по пьяной глупости сжег собственный дом. Сейчас же он стал идиотом, который сжег свой дом, а потом согласился на сомнительную сделку, чтобы наконец принести пользу и вернуть утраченное достоинство.

Утаить от Первого отдела грядущий ритуал оказалось невозможно. Алану предстояло появляться в Управлении, и это нужно было как-то объяснять операм, чтобы те при первой же встрече не всадили в него магазин заговоренных пуль. В четверг Кирилл принял решение провести совещание и сообщить о сомнительном плане по выслеживанию Елены Кёлер и ее подельников. Каждый из оперов счел своим долгом покрутить пальцем у виска. Только Руслан, как и положено заму, поддержал идею. Обозвал ее дебильной, но от этого гениальной в своем риске. Родин за это назвал его вылизывателем начальственных задниц и чудом не схлопотал блокнотом в глаз. Реакция спасла потомка огненного змея от позора и подпорченной мордашки.

Чем меньше времени оставалось до вечера пятницы, тем больше волновался Ник. Он старательно загружал себя работой, провожал Лизу до дома, подвозил Кирилла, который принципиально не стал просить у отца машину, но ночью оставался один на один с невеселыми мыслями. И каждая вопила: «Что же ты творишь, идиот?! Ты не настолько любишь Круг, не так горишь идеей, как Кирилл! Зачем тебе это?!» Однако он отважно гнал от себя страх и малодушие. Ник слишком долго не приносил пользы, натворил много глупостей, искупался в дерьме. Весь Круг только порадуется, если Кирилл в нем разочаруется. Ник хотел доказать, что достоин своего места, и потому сжимал зубы в ожидании расстрельного приговора.

Пятничный день прошел как в тумане. Он без интереса слушал о пригласительных на благотворительный вечер, которые достал для них Верещагин. Достал при условии, что Варя пойдет туда вместе с Кириллом в качестве будущей супруги. В другое время Ник ухмыльнулся бы кислой роже друга, когда тот говорил о Варваре, но сегодня страх перед грядущим перебил желание язвить.

Когда часы показали шесть, Кирилл вызвал Ника к себе в кабинет. За ним хвостиком поспешила Лиза, захватив увесистый пакет с одеждой. В среду она не поленилась съездить (вернее, заставить Ника свозить ее) в «Мертвую воду», чтобы забрать оттуда что-то из вещей Алана. Тогда Ник впервые всерьез задался вопросом, где же демон жил до заключения. Лиза не знала, где, но точно помнила, что не в клубе. Алан предпочитал уединение и обустроил себе защищенную норку вдали от чужих глаз.

Вещей Алана в «Мертвой воде» не было – Эмиль все уничтожил, чтобы замести следы его связи с клубом. Оборотень подумал-подумал и решил одолжить наставнику свою одежду. Навскидку он был одного роста с Аланом, но шире в плечах, да и в целом крепче. Черный спортивный костюм наверняка повиснет на демоне, как на вешалке в шкафу. Когда Эмиль и Лиза выбирали кроссовки для Алана, Ник не выдержал и сквозь ехидный смешок напомнил:

– Лизавета, он порвет эти несчастные кроссы когтями. Щипцы возьми с собой, пусть пострижет их сначала.

Лиза хлопнула себя по лбу и с благодарностью ему подмигнула. Ник пожалел о сказанном в ту же секунду. Надо было промолчать и потом от души поржать над цоканьем когтей по каменному полу, когда Алан не смог бы влезть в кроссовки. А выходило, будто он позаботился о демоне. Черт!

О резинке для волос Алана Лиза догадалась сама – на этот раз Ник молчал. Он не переставая напоминал себе, что делает все это, чтобы поймать крысу, которая завелась в Круге. Страдает для общего блага. Настоящий мученик.

В кабинете Кирилла их ждала улыбчивая Нина Ивановна – тот самый специалист по ритуалам. Внучка ведьмы, которая будто знала о колдовстве все и даже чуть больше. Она задумчиво перелистывала исписанный вдоль и поперек блокнот, то и дело заправляя за ухо непослушную прядь, выпавшую из густой русой косы. Кирилл переживал так, будто это его вот-вот прикуют к демону. Безусловно, переживал глубоко внутри и внешне казался неприступной глыбой льда, но Ник слишком хорошо знал признаки его нервозности.

Кирилл сухо кивнул Лизе в знак приветствия. Сегодня он приехал в Управление на такси и ни разу не зашел в их кабинет. После понедельничного визита Варвары их странная, едва заметная, но все же химия почти сошла на нет. Оба общались друг с другом сдержанно и немногословно, даже находясь в одной машине. Похоже, перепалка с сестрой здорово разозлила Лизу, а Кирилл… Да черт знает, что там в его мозговом болоте творилось! Нику хватало своих переживаний.

– Ждем кого-то еще? – нервозно спросила Лиза, когда они расселись за столом, напротив Нины Ивановны.

Кирилл ответил, даже не взглянув на нее:

– Главу Управления. Он поедет с нами, чтобы лично проконтролировать ритуал.

Не доверял никому из них. В этом весь Алексей Воронцов – ни во что не ставил как собственного сына, так и всех вокруг. Почему он вообще дал добро на их рискованный план? Не мог же этот суровый человек поверить в эту откровенно дерьмовую идею, как Руслан!

По прошествии пяти минут дверь распахнулась, и на пороге возник Алексей Воронцов собственной персоной. Властность и превосходство исходили от него почти осязаемыми волнами. Глава Управления был по обыкновению одет в дорогущий, но