Я забрал ее рюкзак и повесил на плечи.

– Это не настоящая кража, если выглядит так, словно ничего не украли.

В ее глазах зажглась маленькая искорка, на мгновение прогнавшая страх.

– У тебя на все есть находчивый ответ, да?

– Должно же быть преимущество в том, что помнишь каждое прочитанное слово. – Я слегка подтолкнул ее и указал на главный вход. – Людвиг отправил мне точные чертежи и планы возможных путей побега. Кроме того, он координирует отключение камер и прикрывает наши спины.

– От одного слова «пути побега» по коже бегут мурашки.

– Эй! – Я медленно встал перед ней и поискал ее взгляд. – Это лишь подстраховка, нам не придется бежать. Не в этот раз.

Ее губы искривились, но потом она тихо вздохнула.

– И я рассказала родителям, что у меня сегодня чайный тур по Темзе.

– Почти то же самое.

Фыркнув, она покачала головой, а потом мы направились к главному входу. Едва мы прошли в музей мимо двух сотрудников в форме, напряжение вернулось. Я буквально чувствовал, как оно волнами исходит от Реми, и не мог не заразиться им. Неважно, как часто я пробирался в музеи и дома, чтобы украсть первые издания для Писателей миров, сердце продолжало бешено стучать. Нервы, слишком быстро проскальзывающие в голове мысли, приносящие с собой ощущение, что вот-вот в любой момент сойду с ума. Никакие тренировки в мире изменить это не могли.

И тем не менее я старался выглядеть спокойным. Ради Реми, ради этой миссии и из-за парня из службы безопасности, который, как мне казалось, наблюдал за нами.

Я невольно схватил Арамену за руку и не удивился, что ее быстрый пульс также легко чувствовался под кожей. Как ни странно, это меня успокоило.

– Там впереди продают билеты, как только получим их, отправимся на выставку.

Реми кивнула.

– Звучит логично.

Прозвучало так, словно мы разыгрывали плохой сценарий, но это было не важно. Я купил нам два входных билета, включающие все доступные для туристов отделы, а потом написал брату, пока Реми сдавала вещи в гардероб.

Зим: Внутри. Можно начинать.

Лу: Все понятно, делаю вас невидимыми.

Зим: Спасибо. Есть новости о Нова?

Лу: Пока что нет. Ни в Париже, нигде. Судя по всему, крысы попрятались.

Я почувствовал слабое облегчение, но по крайней мере происшествий больше не было. Надеюсь.

Зим: Ладно. Держи меня в курсе.

Лу: Bonne chance. Удачи. И привет от Нинетт, сидящей рядом со мной и знающей все еще лучше.

Dieu. Все еще держа телефон в руках, я поднял взгляд, когда Реми подошла ко мне.

– Отдала рюкзак. Кроме… ну, некоторых вещей.

Я забрал дупликатор и засунул вместе с кубиком в карман брюк.

– Merci. Ты готова?

– Не думаю, что к этому можно подготовиться.

Я напряженно подмигнул ей.

– Такого ответа должно хватить.

Закатив глаза, Реми скрестила пальцы, а потом мы последовали за указателями к началу экскурсии. В это время, когда оставалось примерно сорок пять минут до закрытия, людей было мало, что играло нам на руку. В первой комнате мы встретили едва ли трех посетителей, а сотрудники уже были заняты тем, что прибирались и устраняли следы гостей. Реми шла рядом со мной и рассматривала некоторые экспонаты и изображения, посвященные истории книгопечатания, а я мысленно следил за доро́гой. Еще две комнаты, посвященные началу искусства книгопечатания, потом проход, в котором широкая дверь вела в коридор, где рядом с туалетом также находился проход на извилистый первый этаж музея.

– Впереди, – тихо сообщил я Реми и склонился ближе к ней, так что почувствовал ее запах. Сладкие нотки ее шампуня, смешанные с ароматом лета и свежими цветами. Трудно сказать, почему именно сейчас это так бросилось мне в глаза, но этого хватило, чтобы мир на мгновение застыл. Мгновение, которого хватило, чтобы пропустить ответ Реми.

– Прости? – Я выпрямился и погладил кубик в кармане.

Она озадаченно вскинула бровь.

– Я спросила, лучший ли это путь.

Mince, alors, сосредоточься, Зим.

– Да, согласно плану, да.

Она еще мгновение смотрела на меня, а потом толкнула дверь к туалетам. Вот и говори потом «сосредоточься». Покачав головой, я последовал за ней.

Широкий коридор был пустым, за исключением пяти камер, размещенных под потолком. Я решительно направился к двери подвала и повернулся к Реми:

– Думаешь, сможешь открыть?

– С помощью моих странных, но практичных способностей взлома замков? – Ее взгляд, направленный на камеры, вернулся ко мне. – Жужжание достаточно громкое, но… за нами никто не следит?

– Наши люди позаботились об этом, Реми. – По крайней мере в этом я был точно уверен.

Арамена нерешительно кивнула и вытерла ладони о тонкие светлые штаны, а морщинки на ее лбу стали глубже. Мгновение спустя она положила руки на металл.

– Звучит не так, как замо́к в Эдинбурге.

Я облокотился о стену рядом с дверью, чтобы оставить ей место и одновременно присматривать за выходом в коридор.

– Возможно, потому, что он электронный. – Я кивнул в сторону панели – скорее всего для карты-ключа, но Реми не услышала мои слова. Она стояла, опустив веки и положив пальцы на сверкающую поверхность, и словно бы… прислушивалась. В это мгновение мне бы хотелось заглянуть в ее голову, увидеть ее мысли, то, как я вижу написанные слова, и понять, что в ней происходит. За жизнь я раскрыл множество тайн, собрал множество знаний и проглотил больше книг, чем читает большинство людей, и все же некоторые загадки оставались для меня нераскрытыми.

И Реми, ее дар, – были одними из них.

Легкий щелчок вырвал меня из размышлений, а потом я, к своему удивлению, увидел ее кривую ухмылку.

– Думаю, у меня получилось.

Мгновение дольше, чем нужно, я смотрел на ее покрасневшие щеки, а потом повернулся к открытой двери и улыбнулся.

– Действительно. – Я быстро сжал ее плечо, прежде чем мы переступили порог, и нам навстречу пронесся прохладный воздух. С приглушенным стуком дверь за нами закрылась, и мы оказались в полной темноте. Благодаря моим способностям глаза сразу же привыкли к темноте, и я увидел лестницу, ведущую вниз.

– Зим?

– В нескольких метрах впереди есть датчик движения, который должен нас сразу заметить, – так же тихо ответил я и взял ее за руку, инстинктивно протянутую Реми. – Просто оставайся рядом со мной, мы находимся перед длинной лестницей.

Ее хватка стала сильнее, и я заметил, как она кивнула, а потом мы осторожно двинулись в путь. Не прошли мы и трех ступеней, как без предупреждения над нами включился свет. Ругаясь, я несколько раз