ног до головы. — О боже, я вижу, почему Алекс так в тебя влюблена.

Легкий румянец проступил на его щеках: — Она тоже очень тепло о вас отзывалась.

— Рада это слышать. — Она наклонилась ближе. — Мне нравится улыбка на твоем лице. Она делает тебя еще красивее, чем обычно.

— Мне она тоже нравится.

— И внутри ты тоже прекрасна.

— Может, однажды вы расскажете мне пару историй об Алекс в детстве? — попросил Нокс.

— Она все еще юна, но да, сэр. У меня есть истории.

— Алекс сказала, что вы здесь всю ее жизнь?

— Это правда, — ответила Джейн. — В основном потому, что я стара, как мир. Кажется, мы с братом были здесь еще до сотворения времени.

— Ваш брат? — переспросил Нокс.

— Да, мой брат Брэнтли. Он возил Монтегю еще до того, как я начала менять пеленки.

Я покачала головой: — Когда я была маленькой и узнала фамилию Джейн, я думала, что они женаты.

Смех Джейн наполнил комнату теплом. Я могла бы слушать его вечно. — Нет такого мужчины, который справился бы с этим, — она провела рукой по своей фигуре.

Я рассмеялась: — Продолжай искать. Есть еще хорошие варианты.

— Да, дитя, пожалуй, ты нашла себе одного. К тому же, мы с Брэнтли никогда не были близки.

— Но вы работали вместе... вечно? — удивился Нокс.

— Это место огромное. Мы пришли сюда одновременно, потому что наши родители работали на мистера Чарльза и мисс Оливию.

Мой тон стал серьезным, когда я оглядела пустое фойе, задержав взгляд на коридоре, ведущем в кабинет Алтона. — Скажите мне снова, что его здесь нет.

— Нет, мэм. Он на работе. Я знаю по телефону Брэнтли, что мистер Фицджеральд весь день не покидал офис Montague Corporation. А когда он здесь, он либо заперт в кабинете, либо у себя наверху.

— Спасибо, что помогаете нам. Мы скоро вернемся в Нью-Йорк. — Я взяла Джейн за руку. — Что вы собираетесь делать?

Она пожала плечами: — А что я могу?

— Поезжайте в Нью-Йорк. Мама была бы счастлива, если бы вы были с ней, я тоже.

— Мне бы это понравилось. И я бы хотела, чтобы мисс Аделаида тоже вернулась домой. Это ее дом. Твой.

Я глубоко вздохнула, осматривая мраморный пол, большую лестницу и витиеватое освещение. Здесь больше не было так страшно, но это место не наполняло меня тем теплом, которое я чувствовала в Рай. Я снова повернулась к Джейн. В ее взгляде было то самое тепло, чувство дома. Я улыбнулась. — Кто знает? Может быть, когда-нибудь.

Я снова взяла Нокса за руку. — Раз уж мы здесь, позволь показать тебе мою комнату.

Он приподнял брови: — Ты же знаешь, что в машине нас ждут люди.

— Двое людей. Едва ли это толпа. К тому же, когда тебя волновали Делорис или Клейтон? — я потянула его за руку к лестнице. Никогда не думала, что приведу Нокса в поместье Монтегю. Никогда не хотела смешивать свои миры, но с его рукой в своей ступеньки казались не такими пугающими. Двери больше не были стражами, требующими повиновения. Замочные скважины — порталами с глазами, следящими за каждым движением. Коридор был просто коридором.

Я открыла дверь в свою комнату.

— Очень по-девчачьи, — сказал он, оглядывая рюши.

Я поспешила к кровати и подпрыгнула на краю: — Это так. Цветочные обои и кровать с балдахином.

Нокс сел рядом: — Мне нравится.

— Правда?

— Мне нравится узнавать о тебе больше. — Он провел рукой по гладкому деревянному столбику, поддерживающему балдахин. — И мне нравится, что мы могли бы сделать с этими стойками.

Жар разлился не только по щекам — внутри все скрутилось, ноги непроизвольно сжались. — В машине люди, помнишь?

Он наклонился, толкая меня на матрас: — Просто представь, как ты привязана к этим столбам, твои ноги широко разведены, а сексуальная грудь так уязвима...

— Нокс?

Он провел пальцем вдоль выреза моего платья к груди и обвел кругом мой сосок под тканью. Его улыбка стала шире: — Твои соски твердые от одной мысли об этом. Подумай, что бы я мог с ними сделать, если бы мы сняли это платье?

Он был прав.

— И не только они твердые, — он потянулся к подолу моей юбки. — Давай, принцесса, пошалим в твоей спальне.

— Я...

— Что у тебя тут есть, чем я мог бы связать твои...

Стук в дверной косяк прервал его вопрос.

— Прошу прощения.

Мои щеки вспыхнули, когда мы с Ноксом повернулись к двери, где стояла улыбающаяся Джейн. — Э-э, да?

— Звонили с ворот.

Я села, а Нокс вскочил на ноги.

— Это не мистер Фицджеральд.

— Брайс? — я вздрогнула при одном упоминании его имени.

— Нет, мэм. Это миссис Спенсер. — Когда я прищурилась, Джейн продолжила: — Это ваш дом. Вы не должны позволять этой женщине вытеснить вас.

— Я знаю, но с меня хватит конфронтации на сегодня.

— Тогда вам лучше идти. — Она протянула руку с двумя небольшими папками. — Вот ваши с мамой паспорта. Надеюсь, я увижу ее до того, как она уедет далеко. Я никогда не была в Нью-Йорке.

Нокс протянул руку: — Мисс Джейн, нам нужно это исправить в самое ближайшее время.

Она кивнула: — Думаю, мне бы это понравилось, мистер Демитри.

Я встала и разгладила юбку: — Маме это тоже бы понравилось. Спасибо, Джейн.

— Вам спасибо. Я знала, что вы ее спасете. Я молилась об этом.

— Я была не одна, — я взглянула на Нокса.

— Спасибо вам обоим, — сказала она. Ее большие карие глаза заблестели от непрошеных слез.

Я обняла ее: — Поехали с нами. Сейчас. Ничто вас не держит.

Джейн похлопала меня по спине: — Откуда тебе знать? Оказывается, я очень занятая женщина. У меня дела. Помнишь, я управляющая домом? Что, по-твоему, будет с этим местом, если я просто сбегу? А когда вы с мисс Аделаидой вернетесь, тут будет бардак. Я не могу этого допустить.

— Я люблю вас, — сказала я, целуя ее в щеку, прежде чем мы с Ноксом поспешили вниз по лестнице к машине. Когда мы забирались на заднее сиденье внедорожника, в круговой подъезд свернул черный седан.