И еще: сойдет ли ваша пуповинная кровь за кровь мифического существа? Если да, то какую цену мне придется заплатить за одну-единственную каплю?'

Изначально Клейна так и подмывало спросить, каким чудом Уиллу Осептину удается сохранять рассудок, ведь в казенных архивах Церквей черным по белому значилось: никаких открытых культов, бьющих поклоны «Змею Судьбы», в природе не существует. Однако юноша всё же прикусил язык, до смерти боясь, что этот нерожденный младенец в своей излюбленной издевательской манере ляпнет: «А с чего ты вообще взял, что я в своем уме?»

Ляпни он такое, и сыщику пришлось бы ломать голову: откровенная ли это издевка или леденящая душу правда.

«Хм, пускай официальных сект „Змея Судьбы“ и не водится, но во многих глухих уголках люди по старинке молятся всяким „божкам удачи“… Кто знает, может, это и есть те самые бесчисленные маски Уилла Осептина или Уробороса…» — беззвучно пробурчав это себе под нос, Клейн до предела выжал таланты «Клоуна», дабы ювелирно сложить хрупкого журавлика обратно, после чего надежно упрятал оригами под подушку.

Покончив с хлопотами, он наконец-то выкроил минутку, чтобы подбить собственный финансовый баланс.

«17046 фунтов, пять золотых монет вкупе с жалкими грошами в виде трех сулей и восьми пенсов… Располагай я в придачу особняком, загородным поместьем да акциями пары-тройки компаний, с такой бездной свободной наличности меня бы без разговоров записали в ряды баклундских богачей… До истинных толстосумов, чьи капиталы переваливают за миллионы фунтов, мне, конечно, еще расти и расти…» Клейн разрывался между щенячьим восторгом от тяжести кошелька и горьким осознанием того, что над ним всё еще висят долги, да и впереди маячили астрономические траты ради поддержания фасада респектабельного джентльмена.

Сделав глоток чистой воды, он рухнул на кровать, натянул теплое, невесомое одеяло и плавно соскользнул в объятия грез.

Сквозь мутную, зыбкую пелену сна рассудок Клейна внезапно обрел кристальную ясность, и взору предстала бескрайняя, выжженная черная пустошь.

Привычным маршрутом добравшись до монументального мрачного шпиля в самом сердце равнины и продравшись сквозь абсурдную, хаотичную планировку, он углубился в недра башни. Как и всегда, пол здесь устилал веер из карт Таро.

Вот только на земляном бугорке, окаймленном картами, на сей раз не вспыхнуло ни единого серебристого слова.

«Уилл Осептин проигнорировал вопросы… Тогда на кой дьявол меня вообще сюда затащили?» Не успел Клейн озадачиться, как из густых теней плавно выкатилась абсолютно черная детская коляска. Внутри нее, укутанный в серебристый шелк, лежал младенец, чье лицо разглядеть было попросту невозможно!

— … Господин «Змей Судьбы»? — с вежливой, но предельной осторожностью позвал Клейн.

В ту же секунду младенец звонким, чистым голоском отозвался:

— С какой стати ты так уверен, что я — господин?

«Разве это не очевидно по твоему имени? К чему придираться к мелочам⁈» — мысленно огрызнулся Клейн, однако беспечный тон собеседника заставил его заметно расслабиться:

— В таком случае, как мне к вам обращаться?

Уилл Осептин в теле младенца издал задумчивое хмыканье, после чего с явной досадой протянул:

— Я еще не определился…

— Знаешь ли… ах да, откуда тебе знать. Всякий раз, запуская цикл перерождения, я отчаянно пытаюсь внести в свой образ свежие краски, дабы удержать рассудок в узде. В конце концов, ребенок должен быть ребенком.

Услышав это, Клейн почувствовал, как сердце тревожно екнуло:

— Неужто именно в этом и кроется козырь Пути «Монстра» — так вы сохраняете рассудок и даете отпор безумию?

Младенец в черной коляске ответил с нескрываемой, беззаботной легкостью:

— В самую точку. Каждое перерождение начисто вымывает накопившуюся скверну. Вот только без жесткой опоры на веру паствы долго продержаться на первой ступени мне не по зубам.

— Хе-хе, а ты, погляжу, оброс солидным багажом знаний по сравнению с нашими прошлыми встречами.

«Значит, помимо „якорей“ веры, существуют и другие методы борьбы с потерей контроля… Впрочем, „перерождение“ — это эксклюзивная монополия „Змея Судьбы“ первой Последовательности из ветви „Монстра“, остальным такое не провернуть… А та вечная амнезия мистера Азика с последующим возвращением памяти — уж не преследует ли она те же самые цели?» — глубокомысленно кивнув, Клейн не стал терять драгоценное время и спросил в лоб:

— У меня есть веские основания полагать, что Уроборос натравил на вас ищеек из ордена Авроры.

Уилл Осептин пренебрежительно фыркнул:

— Мы с Ним рубимся в эти прятки уже целую вечность, и в этом ремесле Он откровенно плавает. Сразу видно — тяжелое детство. Каждое Его перерождение проходит под боком у «Истинного Творца», напрочь лишая Его шанса вкусить прелести разных возрастов и окрепнуть умом. Из-за этого Его порой накрывает тотальным, глухим безумием… Впрочем, Ему на это глубоко плевать.

— Я уже отрядил Ричарда, чтобы тот с помощью «Кости Вероятностей» наследил в нужных местах. Эта хитрость собьет Уробороса со следа, и Он совсем скоро вновь уберется из Баклунда несолоно хлебавши.

«Стало быть, шанс пустить мистера Икс в расход всё еще в силе… Что ж, перед атакой непременно раскину карты над серой мглой…» — благоразумно свернув эту тему, Клейн перешел к следующему вопросу:

— Вам ведомо, как выковать амулет из «Червя Времени»?

Младенец в коляске проигнорировал прямой ответ, ударив встречным вопросом:

— Ты выклянчил этого «Червя Времени» у Паллеса Сороастра?

— А вы откуда знаете? — опешив на пару секунд, выпалил Клейн.

Его изумила вовсе не осведомленность о природе артефакта — полубогов из Пути «Мародера», способных лепить из таких тварей своих клонов, можно было пересчитать по пальцам. Поразило другое: почему «Ртутный Змей» даже не заикнулся о «Богохульнике» Амоне, который тоже изрядно наследил своими «Червями»!

Уилл Осептин издал тихий смешок:

— Этот Паллес Сороастр нынче не в лучшей форме, угнездился в теле твоего бывшего сослуживца. Ах да, твой приятель как раз рыл землю носом в поисках Шерлока Мориарти и посреди ночи вломился ко мне в дом.

— Я мигом почуял неладное и подкинул ему щепотку фатального невезения, чтобы он нос к носу столкнулся с залегшими в Баклунде полубогами. И стоило ему оказаться на волосок от гибели, как Паллес Сороастр вышел из тени. Ха-ха, по правде говоря, мог бы и не напрягаться. Это была банальная шутка. В критический момент я бы всё равно щедро одарил твоего приятеля запредельной удачей.

«Леонард разыскивает Шерлока Мориарти? А того самого старца в его голове, оказывается, величают Паллес Сороастр…» — Клейн сурово сдвинул брови, решительно не понимая, где именно дала течь его конспирация.

Уилл Осептин