читать меня, как одну из своих книг, детка.

— Такой самоуверенный, а ведь я только что видела твою фотографию в костюме маленького Бо-Пипа.

Его смех — низкий и затягивающий.

— Я был блондином, и моя мама думала, что у нее будет девочка.

Я хихикаю, затем снова поворачиваюсь к его наградам.

— Ты действительно хорош, да? Награды едва помещаются.

— Ты только сейчас это поняла? — его легкая уверенность заставляет меня тянуться к нему. — Знаешь, что еще я умею делать? — он тянет меня за руку, и я падаю к нему на колени. — Целовать тебя.

Его рот скользит по моей шее, и у меня перехватывает дыхание.

— Это был просто твой способ затащить меня в свою постель, не так ли?

Темная усмешка Эйдена только разжигает мою кожу. Он тянет меня к себе на колени, и когда его губы касаются моих, телефон вибрирует.

— Нам пора идти, — неожиданно говорит он, сдвигая меня со своих колен.

Я не успеваю задать вопрос, потому что он уже спускается по лестнице с нашими сумками. Эйден протягивает мне куртку, и я с вопросительным взглядом натягиваю ее.

— Мы еще приедем, — говорит он, обнимая бабушку и дедушку.

Меня тоже обнимают, и Эдит протягивает мне банку печенья.

— Если ты еще раз приедешь, то получишь еще больше.

— Подкупаешь ее печеньем? Это гениально, Эдит, — говорит Эрик.

Они машут нам, когда мы выезжаем на дорогу, и Эйден переплетает свою руку с моей.

— Ты им нравишься.

— Они мне нравятся, — говорю я, когда он выезжает на автостраду. — Куда мы едем? Я думала, мы останемся еще на день.

— У меня будут безостановочные игры, когда мы вернемся с каникул, и я хочу, чтобы мы провели время вместе. У меня есть на тебя планы, Престон.

— Сексуальные планы? Или ты оставишь меня в лесу, потому что я заперла дверь спальни прошлой ночью?

— За это я перекину тебя через колено.

Мои щеки пылают жаром, когда он бросает на меня взгляд, от которого у меня слабеют колени.

— Черт, тебе это нравится, не так ли?

— Тебе предстоит это выяснить.

Он возвращает взгляд на дорогу.

— Я так и сделаю.

48 | ЭЙДЕН

Саммер плачет уже восемь минут. Когда я заехал на парковку отеля, она была в восторге от того, что ее первоначальные планы на отель сбылись. Но когда мы подъехали, и она увидела лепестки роз и свечи, она начала рыдать. Даже сотрудники отеля, которые разносили шампанское, спрашивали, все ли с ней в порядке.

— Саммер, персонал подумает, что я тебя похитил.

Мы сидим на диване, а она икает, вытирая глаза.

— Извини, я просто очень эмоциональна, хорошо?

— Почему?

— Потому что твои бабушка и дедушка такие милые, а ты делаешь мне такой сюрприз. И давай не будем забывать о домашнем печенье. Неужели она хотела заставить меня рыдать, как ребенка?

— Я обязательно передам ей, что ты их ценишь.

— Я уже написала ей.

Я не могу сдержать улыбку. Конечно, она пишет моей бабушке, встретившись с ней всего один раз.

Я вытираю слезу с ее щеки.

— Детка, единственный раз, когда я хочу видеть слезы в твоих глазах, это когда я задеваю заднюю стенку твоего горла.

— Как романтично, — бормочет она, но ее улыбка сияет.

— Это заставило тебя улыбнуться, не так ли? — ее глаза блестят, и я улыбаюсь.

— Ты смеешься надо мной?

— Нет, но ты очень красиво выглядишь, когда плачешь.

Она отталкивает меня, и когда ее взгляд падает на часы на тумбочке, она задыхается.

— Уже 11:11. Загадай желание!

Ее глаза закрываются, а когда они открываются, улыбка озаряет ее лицо.

— Что ты делаешь? Загадывай желание.

Я моргаю. Я не могу придумать, чего бы я еще хотел. Ни одно желание не всплывает в моем мозгу.

— У меня его нет.

— Конечно, есть. Просто подумай о том, чего ты действительно хочешь. Что угодно. Быстро!

Я замираю на долгий миг и понимаю, почему мои мысли пусты. Причина сидит передо мной с особенной улыбкой и мерцающими глазами. Мне нигде не будет лучше, чем здесь, с ней.

— Саммер, у меня уже есть ты.

Я вижу момент, когда мои слова доходят до нее, и ее глаза снова начинают слезиться.

— Ты такой засранец! — восклицает она, шлепая меня по руке. Только эта девушка могла перейти от рыданий к гневу.

— Какого черта? — я беру ее за руки. — За что?

— За... за то, что ты такой! — надулась она. — Конечно, ты бы сказал что-то подобное. Ты просто должен был быть всем, чего я хотела.

— Я уверен, что встречаться с хоккеистом было последним в твоем списке.

— Как и влюбиться в него, — говорит она, замирая. — Это...

Я целую ее, прежде чем она успевает продолжить.

— Я знаю, — я прижимаюсь лбом к ее лбу, обнимая ее лицо. — Все в порядке. Я знаю.

— Я не...

— Я получил тебя навечно, Саммер. Если эти слова прозвучат завтра или через десять лет, я все равно буду здесь, чтобы услышать их. Я люблю тебя достаточно для нас обоих.

Она покачала головой.

— Нет.

Мое сердце останавливается.

— Что?

— Мне не нужны годы, чтобы понять, что я чувствую к тебе. Я уже знаю, и я хотела, чтобы все было идеально, но потом я просто продолжила говорить и... — она резко останавливается, заметив мое выражение лица, затем берет мои руки в свои. — Я люблю тебя, Эйден.

Слова не успевают прозвучать в моей голове достаточно быстро, чтобы я мог их произнести. Я знаю, что она любит меня, но услышать эти слова — это нечто большее. Моя грудь сжалась, а по венам разлилось спокойствие.

Она делает дрожащий вдох.

— Ты единственный, кого я хочу. Это всегда должен был быть ты, даже если я никогда не думала, что сойдусь с хоккеистом. Я имею в виду, что это был буквально мой последний вариант. Наверное, мне следовало выбрать кого-нибудь другого...

— Ты не выдашь это, Престон, — перебиваю я.

Она зажимает рот и, кажется, перестраивает свои мысли.

— Мне нравится твое терпение и то, что ты до смешного милый и заботливый. То, как ты заставляешь меня чувствовать, что то, чего я хочу, имеет значение. Я чувствую себя потерянной без тебя, Эйден, — она широко улыбается. — Я хочу делать все с тобой, и я хочу, чтобы ты делал все со мной.

Моя улыбка вырывается на свободу.

— Звучит по-собственнически.

— Так и есть, — она бросается обнимать меня за шею.

Я обнимаю ее так крепко, что, кажется, никогда ее не отпущу. Саммер не говорит того,