со мной не так? — Это было потрясающе, — говорит он, переводя дыхание.

Не зная, что сказать, я лгу.

— Да, потрясающе. — Но, честно говоря, я ничего не почувствовала — ни бабочек, ни искры.

— Слушай, я совсем забыл про твой торт у себя дома… может, хочешь заехать сегодня вечером и забрать его? — говорит он, совершенно не тонко намекая.

Я мягко улыбаюсь ему:

— Мне придется отложить это на другой раз. Может, в следующий раз? — говорю я, теребя ключи от машины. Я не идиотка. Я знаю, что он имеет в виду под «заехать к нему домой», и я к этому явно не готова.

— Звучит неплохо, хорошего вечера, Инес. — В этот раз он целует меня в щеку, и я выдавливаю улыбку.

— Пока. — Я открываю дверцу машины, когда он делает шаг назад.

— Я напишу тебе вечером.

— Э-э, конечно, — бормочу я, садясь в машину. Завожу двигатель, машу ему рукой и уезжаю, стону от разочарования.

— О боже! — бормочу я, чувствуя непреодолимое желание удариться головой о руль.

Что мне сделать, чтобы перестать думать о Кингсли? Такое чувство, будто он испортил меня для любого другого мужчины, а ведь он даже не прикасался ко мне, во всяком случае не так.

К тому времени, как я возвращаюсь домой, я ментально выжата. Всю дорогу я провела в раздумьях, как обычно. Осыпав Бо поцелуями и проверив, полны ли его миски с едой и водой, я засовываю остатки ужина в холодильник. Затем направляюсь прямо в комнату Меган, где нахожу ее за столом в очках. Она не любит их носить, но они нужны ей, чтобы хорошо видеть.

— Привет, ну как все прошло? — спрашивает она, разворачиваясь на стуле лицом ко мне.

Я драматично стону и падаю на ее кровать.

— О, настолько плохо, да? — спрашивает она, подходя ко мне и ложась рядом, ее беспокойство очевидно.

— Нет, не то, чтобы... Все шло так хорошо. Мы разговаривали, узнавали друг друга, и мне не было неловко, — объясняю я, глядя в потолок.

— Окей, тогда почему у тебя такой вид, будто это было худшее свидание в жизни? — она внезапно садится, обеспокоенная. — Он сделал что-то, чего ты не хотела?

Я качаю головой и беру ее за руку.

— Нет, Мэг, нет. Он был джентльменом все время. Просто... — я вздыхаю, чувствуя, как тяжесть ситуации давит на меня. — После ужина он поцеловал меня...

— О боже, ну и как? Он хорошо целуется? — Ее волнение ощутимо.

— Я… я не знаю.

— Что значит «ты не знаешь»? — В голосе Меган звучит замешательство.

— Я... я отключилась и начала думать о Кингсли, поэтому даже не помню поцелуя. Господи, что со мной не так? — Мой голос дрожит, и на глаза наворачиваются слезы.

— О, милая, — шепчет Меган, заключая меня в теплые, утешающие объятия.

— Я так сильно хотела, чтобы это свидание получилось, — признаюсь я. — Я думала, может, это поможет мне избавиться от этих чувств. Я ненавижу их. Я чувствую себя такой глупой, желая кого-то, кто снова и снова дает понять, что не чувствует того же.

— Эй, прекрати. Если есть одно, чем ты не являешься, Инес, так это глупой. И сколько раз мне нужно повторять, что Кингсли без ума от тебя? — Я фыркаю на ее слова, хотя начинаю ей верить. — Слушай, кто сказал, что нельзя попробовать с Нейтаном еще раз? Если он тебе нравится, дай себе шанс. Может, в следующий раз поцелуй будет лучше.

— Наверное, — говорю я, вставая с кровати. — У меня есть несколько заданий на понедельник, но, если Нейтан снова пригласит меня, я соглашусь.

— Вот это моя девочка! — подбадривает Меган, заставляя меня рассмеяться.

Я возвращаюсь в свою комнату, а Бо следует за мной. Он устраивается на кровати, пока я сажусь за стол, с головой погружаясь в задания на следующие три часа. Если есть то, на что я всегда могу положиться, так это книги. Учеба — единственное, что меня успокаивает. С каждой перевернутой страницей, с каждой решенной задачей я убегаю от хаоса в собственной голове. Цифры, факты, уравнения — они неизменны. Они не причиняют боли. Они не сбивают с толку. Они просто есть.

Но затем я слышу это:

— Я просто хочу ее увидеть.

Голос Кингсли доносится от входной двери, и, словно метафорические наушники с шумоподавлением, которые были на мне, кто-то резко снимает, и теперь я слышу все. В груди что-то трепещет. Что он делает здесь? Моя рука замирает над конспектами, и внезапно спокойствие, в которое я была закутана, исчезает.

Паника охватывает меня, когда я оглядываю комнату, хотя она безупречна, аккуратна и организована, как всегда. Но потом я смотрю на себя: в пижамных шортах и старой майке без бюстгальтера, с небрежным пучком на голове. Я выгляжу как полное недоразумение. Времени переодеться нет, как и привести себя в порядок. Часть меня хочет спрятаться, притвориться, что я ничего не слышала, но другая — более глубокая и отчаянная — тянется к нему, как бы я ни пыталась бороться. Я чувствую, будто стою на краю бездны, и паника смешивается с чем-то еще — чувством, которому я боюсь дать имя.

Прежде чем успеваю придумать, как быть, слышу голос Меган у двери: теперь он звучит тише.

— Ладно, но, если она не захочет тебя видеть, я вышвырну тебя вон, — говорит она.

Затем следует короткая тишина, за которой слышится стук в мою дверь.

Я прочищаю горло, пытаясь успокоить нервы.

— Войдите, — говорю я, и мой голос слегка дрожит.

Кингсли входит, его присутствие заполняет всю комнату. Он кажется почти мифическим, слишком мощным, чтобы быть реальным. Он бывал в моей комнате раньше, но сейчас все иначе. Я едва одета, а он выглядит... решительным.

5. Кингсли

Искры гнева и притяжения

Когда я захожу в ее комнату, взгляд сразу находит Инес. Она сидит за столом, погруженная в море бумаг и ноутбук. Поднимает на меня глаза. Ее нежные черты — в простой майке и шортах для сна. Наряд повседневный и скромный, но он открывает больше ее тела, чем я когда-либо видел: голые бедра, руки и… На ней что, нет лифчика? Это зрелище застает меня врасплох, и я чувствую прилив жара. Я заставляю себя отвернуться, изо всех сил стараясь сохранить самообладание.

Господи, Кингсли, соберись. Ты пришел поговорить, а не пялиться.

Бо спрыгивает с кровати и бежит ко мне. Я приседаю, чтобы почесать его за ухом и поцеловать в голову.

— Привет, приятель, — говорю я, прежде чем он возвращается на кровать.