— Косолапый, ты же меня сейчас совсем задушишь! — пропищала Ниби, и Орс, громогласно расхохотавшись, выпустил ее из медвежьих объятий.

— Идемте, покажу укромный уголок, где можно спокойно присесть.

В полумраке столового зала, вдали от любопытных взглядов, их ждал столик. Орс усадил дам, подозвал услужливую подавальщицу и, что-то шепнув ей на ухо, вернулся за стол. Встретив вопросительный взгляд Кларенции, Ниби улыбнулась, словно разгадав ее невысказанный вопрос.

— Кларенция, позволь представить — это мой старинный друг, оборотень Орс. Орс, а это моя девочка, Кларенция, с которой я отправилась в клан белых лис в качестве дуэньи. Но, увы, нас оттуда, можно сказать, выставили, после того, как ее муж умер от ран.

— Не о третьем ли сыне Хара ты говоришь, старая подруга? — уточнил Орс.

— О нем самом, Орс. Кларенция родила раньше срока, да еще и девочку. Стали мы им в тягость.

— Радуйся, Кларенция, что все обернулось именно так, — серьезно заметил Орс. — У главы их рода свои причуды. Мог бы оставить тебя в качестве служанки, подкладывать под нужных ему людей, сделать безвольной игрушкой в руках интригана.

— Нянечка мне уже все объяснила! — с благодарностью в голосе ответила Кларенция, бросая теплый взгляд на Ниби.

— А Люк решил не ссориться с родом Валейло и не принял сестру обратно? — поинтересовался оборотень, нахмурив брови.

— Там совсем другая история! — Ниби помрачнела и пересказала монолог Найды, который ей довелось услышать.

Зловещие оттенки лжи и коварства окутывали слова супруги Люка.

— М-да… — пробормотал Орс, задумчиво почесывая подбородок. — И каковы ваши планы?

— Приехали за советом, — с надеждой улыбнулась Ниби.

В этот момент к их столику подскочила подавальщица, ловко балансируя подносом с угощениями. Кларенция невольно восхитилась, как такая хрупкая девушка справляется с такой тяжестью.

Заметив ее взгляд, Орс усмехнулся:

— Девочка — полукровка. Кровь оборотня наделяет ее силой и скоростью, недоступными обычной смертной. Когда твоя дочь вырастет, станет такой же… А мне нужно отлучиться. Поешьте спокойно, о делах поговорим позже.

Еда была простая, но на удивление вкусная. Ароматная гречка по-купечески, наваристый рыбный суп, терпкий взвар из лесных ягод и румяные пироги с капустой — все это утоляло не только голод, но и дарило ощущение домашнего уюта. Учитывая, что в дороге они перебивались чем попало, да и в доме главы рода разносолами не баловали, уставшие путницы с благодарностью набросились на угощение.

Насытившись, женщины откинулись на спинки стульев, блаженно прикрыв глаза. Теплая еда разлилась по телу приятной негой, клонило в сон. Но время не ждало, нужно было думать о ночлеге. Кларенция с удивлением отметила, что Ниби не спешит пригласить их к себе, хотя знала, что у нее есть дом неподалеку от города. Не успела она об этом подумать, как к ним вернулся Орс, а подавальщица проворно унесла грязную посуду.

— Спасибо, Орс. Сколько мы тебе должны?

— Обижаешь, Ниби! Все за счет заведения. Неужели я не могу угостить друзей? — Орс притворно обиделся и укоризненно взглянул на неё.

— Еще раз спасибо от всех нас!

— И даже от малютки? — с доброй усмешкой спросил он.

— Особенно от неё, — рассмеялась Кларенция.

— А теперь о серьезном, Нибиал. Я знаю тебя не первый десяток лет, и прекрасно понимаю, что просто так ты о помощи не попросишь. Значит, стряслось что-то из ряда вон выходящее, с чем ты сама не совладаешь.

— Ты, как всегда, проницателен, медведь. Когда отец Кларенции упросил меня сопровождать его дочь, я долго не раздумывала. Свой дом оставила сыну — к тому времени он уже обзавелся семьей. Ты знаешь, какие у меня были отношения с невесткой, и чтобы никого не стеснять, я решила уйти. А тут просьба Дания Хроста подоспела как нельзя кстати. Кто же мог предположить, что мы там окажемся чужими?!.

— Понимаю… Вам негде жить?

Старушка промолчала, да и что тут скажешь? И так все кристально ясно.

— У меня есть дом на берегу Светлого озера, но он далеко от людских поселений, в глуши. В пяти верстах от него — две деревни, и обе принадлежат оборотням. Я там давно не бываю, можете жить там, сколько душе угодно.

— Неужели то самое Светлое озеро… священное место для каждого оборотня?

— Именно оно. Но после той трагедии оно перестало быть священным. Вся живительная сила покинула его в одну ночь.

— Не думаешь вернуться к своим?

— Нет, Нибиал. Все это давно в прошлом, и бередить старые раны я не хочу, — мрачно ответил он.

— Поверь мне, мальчик мой, счастье ждет тебя впереди! Не смей от него отказываться! Это душа твоей Лалии вернулась к тебе!

Мужчина поднял на нее глаза. Сколько же в них было невысказанной боли, затаенной скорби и глухого отчаяния.

— Ты веришь в это? — хрипло спросил он.

— Я знаю! Пусть она и выглядит иначе, но это по-прежнему твоя Лалия.

— Спасибо тебе… за эти слова.

Еще немного посидев, выслушав наставления Орса и забрав у него ключи, они вновь тронулись в путь. Дорога не заняла много времени: через версту свернули в лес и по проселочной дороге добрались до первого поселения оборотней. В своем зверином обличье они напоминали робких косуль. Страх перед людьми и хищными оборотнями въелся им в кровь, поэтому незваных гостей встретили с опаской.

— Добрый вечер! Нельзя ли у вас приобрести немного провизии? — спросила Ниби, придерживая лошадь.

— Что именно вам нужно? — вперед выступил худощавый кареглазый мужчина, одетый в простую льняную рубаху и штаны.

— Корнеплоды, крупы, молоко, сыр.

— Все это у нас есть. Чем будете расплачиваться?

— Монетами. Сколько с нас?

— Обычно мы принимаем что-то взамен, но монеты тоже подойдут, — ответил мужчина.

Вскоре им вынесли две большие корзины. В одной лежали крупы, свежий сыр и густая домашняя сметана, а во второй — корнеплоды, как хорошо знакомые Клаве, так и совершенно новые для нее. За все старушка отдала десять медных монет.

Едва отъехав на приличное расстояние, Клава повернулась к няне и спросила:

— А мясо у них не продают?

— Ох, Клавдия, да что ты! Они же травоядные, им и в голову не придет мясо есть. Хорошо, что не ляпнула, а то путь в это поселение нам бы заказан был.

— Да сколько же мне еще открытий чудных предстоит, пока я тут корни пущу! — проворчала Клавдия, и в голосе ее сквозило нетерпение.

— Освоишься, милая. Я в тебе кремень вижу, — усмехнулась старушка в ответ.

Второе поселение проехали не останавливаясь, хотя спиной Клавдия ощущала чужие взгляды. Большинство из них были просто любопытными, но попадались и такие, что прожигали насквозь,