– Предупреждал же? Он слабак! Ты если думаешь, что он на тебя похож, потому что тоже внук старого кадана, то сильно ошибаешься! Иолит скорее обоссыт себе ноги, чем решится на что-то стоящее. Да и вообще…

– Пойду! – выпаливаю я, ощущая, как краснею.

– О, видишь, Сфен, а ты говорил, слабак, – ухмыляется Кианит. Он подходит ближе, одобрительно хлопает меня по плечу и идёт дальше, к Великому лесу.

Закат окрашивает горизонт с одной стороны в зловещий кровавый цвет, но в той части, где темнеют стволы исполинских деревьев, небо почти чёрное от надвигающихся туч. Мимо проходят остальные мальчишки, следуя за Кианитом, к Лесу, а я всё ещё не решаюсь сделать шаг вперёд. Этим пользуется Сфен. Он толкает меня плечом, а затем и один из его дружков. Завершает всё Эвклаз, ловко делая мне подсечку.

Я падаю, обидно ударяясь задницей, но никто не оборачивается, кроме подпевал Сфена. Их хихиканье наполняет пространство, как и негромкие комплименты Эвклазу. Я же сглатываю вязкую от волнения слюну и вскакиваю.

Раз уж сверстники собственного руада не принимают меня, почему бы не попытаться поладить с другими? Но тогда нужно доказать всем, что я не трус. И главное – доказать это себе самому.

Приходится сорваться на бег, чтобы нагнать группу «исследователей». Сфен вынужденно сохраняет вооружённый нейтралитет: гневно косится на меня, но помалкивает. Местные подростки поглядывают на меня с ленивым интересом, но без ажиотажа.

– Так, западные дети тепла, слушайте внимательно, – начинает Кианит. – Духи к Иным не липнут, но могут полюбопытствовать и подойти. Не лапайте их лишний раз. Ваши тела хоть и не подойдут на роль их сосудов, но вполне подойдут для того, чтобы растерзать вашу плоть. И, если кто-то не в курсе, у духов своя магия и она влияет не только на лес, делая его по-настоящему Великим, но влияет и на нас. Гарантии, что вы потом залечите раны, через которые духи пропустят свою энергию, вам никто не даст, усекли?

Единственный раз, когда мы со Сфеном оказываемся солидарны – сейчас, когда угукаем в унисон.

– А мы вернёмся потом? – уточняю я.

– А ты тут жить остаться хочешь, что ли? – хмыкает Кианит.

– Нет, но есть же Завеса. Это ведь магический щит, который отделяет Лес от нас… Обратно он пропустит?

Местные посмеиваются, и я тушуюсь, опуская голову и рассматривая мыски своих кед.

– Завеса защищает только от духов, и это их она не пускает, остальные могут свободно передвигаться, – поясняет Кианит.

– А то, что мы на территорию Республики заходим? Это же другое государство и…

– Ой, блять, заткнись! – не выдерживает Сфен. – Хватит нудеть, умник ёбаный!

– Вот-вот, расслабься, Иолит, – Кианит оборачивается на ходу, выцепляя меня взглядом, – это просто экскурсия. Вошли и вышли. Давай, приключение на двадцать минут. Нас и не заметит никто.

Я киваю ему, вновь ощущая жар смущения у лица. «Зря сомнения вслух высказываю, надо делать вид, что храбрый и всё остальное», – напоминаю я самому себе, вновь сходясь на том, что надо бы показать свою смелость. Поэтому обгоняю Сфена и решительно иду вперёд.

Мы достигаем первых деревьев, но Кианит сообщает, что это не самая граница, и она дальше. Магический щит невидим для человеческого глаза, эльфийский же улавливая лёгкий перелив, как у мыльного пузыря, так что нам всем точно известно, в какой момент лес становится Лесом. Понять это можно и по другим признакам, например, по тому, насколько стало холодно, и, разумеется, по тому, насколько высокие тут деревья.

Даже задрав голову, я не могу разглядеть их полностью. Издали они казались мрачными, но в самом Лесу они непередаваемо жуткие. Словно всё здесь создано только как декорации для ужасов. Ветви поскрипывают, а некоторые шевелятся, сухой валежник ломается под ногами, ветер шуршит опавшей листвой, которой точно не должно быть посреди лета. Однако тут свои правила, продиктованные давящей атмосферой магии духов. Я чувствую чужую неестественную энергию, и холодок пробегает по позвоночнику, похожий на ледяные пальцы мертвеца.

– Бу! – Внезапный вскрик Сфена прямо в ухо заставляет дёрнуться в сторону.

Подлец заливисто смеётся, когда я плечом ударяюсь об огромный ствол дерева, а затем отскакиваю уже от него, потому что кора задвигалась, как сотни маленьких насекомых.

– Развлекаетесь? – хмыкает один из местных подростков. – Правильно, надо же приманить духов.

Сфен стихает, а я изо всех сил стараюсь сдерживать панику. К счастью, все из моего руада выглядят потерянными, и у каждого в глазах застывает ворох опасений. Так что одиноким я себя не чувствую.

– Духи любопытны, – подхватывает Кианит. – Главное, не лапайте их и не бегите, а то они сочтут вас своей добычей. Смотрите!

Все поворачивают головы туда, куда указывает палец Кианита. В глубине Леса, там, где сгущается тьма, заметны сияющие белым глаза. Чужая магия вибрирует в воздухе, отдавая в костях и… вынуждая собственную энергию резонировать в такт.

– Дышите, дети запада, – хихикает кто-то за спиной Кианита.

Все местные наблюдают за нами со снисходительными усмешками. Мы же даже не скрываем тревогу и любопытство. Духи тем временем приближаются. Они движутся почти бесшумно. Разные животные, ставшие их пристанищем, окружают нас. Среди них и олени, и медведи, и тигры, и барсуки, и множество других видов хищных и травоядных. Все они даже дышат в унисон, хотя напоминают жертвы таксидермии.

– Это нормально? – Эвклаз испуганно оборачивается.

– Вполне. Они просто посмотрят и уйдут, – пожимает плечами местный. – Мы иногда сюда пробираемся, но они не трогают, пока их не тронут. Будь мы людьми, они бы сожрали нас, но мы Иные, так что в безопасности.

– Мнимой, – добавляю я, облизывая пересохшие губы. – Они же могут напасть, если им взбредёт это в голову.

– Ага, ты так думаешь, потому что ты ссыкло! – заявляет кто-то из дружков Сфена.

– А то вы не боитесь, – бурчу я.

– С чего бы? Мы не слабаки, как ты! – морщится Сфен.

– Ну подойди, вон кабана погладь, раз смелый такой!

– Сам иди!

– И ты ещё будешь мне говорить что-то про трусость? – ухмыляюсь я нагло. – Ты сам запуган до усрачки! Беги к мамочке.

– Не смей болтать про мою маму!

– Ты же болтаешь про мою!

Наша перепалка отвлекает всех от