Скальпель против вампиров

Глава 1

Отрицание

— Опять меня убили, — первое, что пришло хирургу в голову, когда он пришел с в себя, — что же мне так не везет. Купчины видно не смирились со сгнившими во время карантина мясом и рыбой. А что же стало с Дуняшей и Алиной? Живы ли они?

Но если меня убили, то почему я думаю? Как там сказано французским философом, математиком и физиком Рене Декартом, который сформулировал этот принцип в тысяча шестьсот тридцать седьмом году в своей работе «Рассуждение о методе»: «Я мыслю, следовательно, я существую» (Cogito, ergo sum). И что это значит? Я выжил? Почему так темно? Я снова лежу в морге? Это уже тенденция какая-то!

— Если ты, убогий, закончил рефлексировать, объясни кто ты такой и откуда тут взялся, — услышал профессор металлический сухой голос.

— Вы мне не тыкайте! И что значит убогий! Ты сам, кто такой? Я между прочим, профессор и доктор медицинских наук! Хирург! — возмутился попаданец.

— Судя по твоему поведению, дипломы ты купил в подземном переходе! — едко заявил ему тот же голос.

— Это почему? — растерялся хирург.

— Потому что тупой. Открой глаза, идиот! — потребовал голос.

Борис Борисович, хирург профессор, доктор медицинских наук, он же Иван Петрович, уездный лекарь-прогрессист, он же попаданец, открыл глаза и обнаружил себя сидящим за столом на котором стоял открытый ноутбук. Ничего не поняв, он осмотрелся вокруг. Концом девятнадцатого века тут и не пахло. Даже наоборот, все напоминало двадцать первый век.

Его тело сидело на современном эргономичном кресле, за современным лабораторным столом в огромной современной лаборатории. Хотя он был хирургом, но вдруг для себя понял, что он знает предназначение огромного количества приборов, которыми был забита, нет не комната, а огромный зал. Это было оборудование для проведения генетических анализов и генно-молекулярного инжиниринга. Тут был полный комплекс современного лабораторного оборудования, от систем для выделения нуклеиновых кислот и секвенаторов нового поколения (NGS) до амплификаторов, инвертированных микроскопов и биореакторов для культивирования клеток.

Он узнал автоматические станции выделения ДНК/РНК, которые ускоряли очистку образцов. Спектрофотометры и флуориметры, необходимые для измерения концентрации и чистоту нуклеиновых кислот. Центрифуги и вертексы для разделения смеси на фракции и перемешивания растворы.

В отельном углу он увидел все необходимое для амплификации и детекции образцов. Это были ПЦР-амплификаторов (в реальном времени), которые копируют и умножают участки ДНК. Системы капиллярного, электрофореза электрофореза в пластинах, которыми проводят классическое секвенирование и анализ фрагментов. Там же стояли трансиллюминаторы и приборы для гель-документация, с помощью которых визуализируют результаты электрофореза.

Для секвенирование (чтение генома), стояли секвенаторы нового поколения (NGS), которые читают массивные объемы генетических данных. Там же были нанопоровые секвенаторы: позволяют читать длинные молекулы ДНК в реальном времени.

Отдельное место занимала аппаратура для генной инженерии и редактирования. К ним относились электропораторы и микроинъекторы, с их помощью вводят чужеродную ДНК или CRISPR-системы в клетки.

Ну и дополняли картину ламинарные шкафы и боксы биобезопасности, которые обеспечивают стерильную работу с биоматериалом. СО2-инкубаторы и биореакторы, для выращивают клеточные культуры и микроорганизмы. А также прочее воспитательное лабораторное оборудование: холодильники, пипетки, центрифуги, термостаты, лабораторные шкафы забитые лабораторной посудой и реактивами.

— Нет! Это не морг, и даже не моя амбулатория в Покровске! — вынес свое заключение профессор.

— Какая глубокая мысль, Капитан Очевидность! Она поражает своей проницательностью и наблюдательностью! — саркастически ответил Голос.

— И это совсем другое, не мое тело, — осматривая свои руки, а потом всмотревшись в отражение в стоящем на столе зеркале констатировал попаданец.

— Разумеется, потому что — это, мое тело! — сухо ответил Голос, — кто ты я понял, но как ты сюда попал?

— Так же, как я попал в тело лекаря, убили меня, — угрюмо ответил Борис Борисович, — я теперь, что? До конца времен буду как блоха скакать из одного тела в другое?

— Что значит попал? — удивился Голос, — ты, дух неприкаянный и неуспокоенный, не просто попал в мое тело, ты перехватил управление моим телом. Немедленно верни его обратно мне!

— Ничего я не перехватывал! Не знаю я ничего. Когда я попал в то тело, там в голове никого не было, — отрезал хирург, — может быть Вы представитесь?

Профессор заметил на столе пустой шпиц и резиновый жгут, а на своей левой руке в области локтевого сгиба след от укола.

— Ясно! — вздохнул опытный врач, — я попал в торчка-наркошу. Видно он ширнулся, схватил передоз, и двинул кони! Вот свезло так свезло! У него наверное и болячек целая куча, начиная с цирроза печени и заканчивая СПИДом! А я в него мертвого и попал. Но почему он в моей голове сидит до сих пор, если он помер? Это какое-то неправильное попаданство! Это меня боженька покарал, за то, что я больницу ту проклятую сжег! Вот и делай после этого добрые дела!

— Это моя голова! Ты веришь в Бога? — удивился Голос, а потом с интересом спросил, — а в больнице которую ты сжег, много было погибших?

— Это сложный вопрос. Одни верят в то, что Бог есть, другие верят, что Бога нет. И то и другое недоказуемо! — ответил знаменитой киноцитатой хирург, — Не сосчитать сколько живых душ я загубил! Одних тараканов тысяч сто! А вшей и клопов без счета! — вздохнул хирург, — вот тараканий бог меня и закинул в тело химика-кислотника! Отомстил, гад!

— Юморист! — констатировал Голос, — то есть мое тело это не первое, куда тебя забросило? Сколько лет живу, а про такое слышу первый раз.

— Да сколько ты живешь? — ответил профессор, которому надоело выкать хамоватому незнакомцу, — судя по лицу тебе лет тридцать-тридцать пять.

Тот тихонько ехидно захихикал.

— Я сказал что-то смешное? — нахмурился попаданец.

— Ты не врач, ты самозванец! — убежденно произнес Голос, — лже-врач аферист!

— Это почему? — оскорбился таким заявлением Борис Борисович.

— Потому, что ты не заметил, что это тело — мертвое! — уже расхохотался Голос.

— Что значит мертвое? — удивился хирург.

— Ну-ка, доктор кислых щей, назови мне признаки живого тела! — потребовал Голос.

— Сам ты дурак! — усмехнулся врач, решивший бить