в комнате сгустился и начал звенеть в натянутой до предела тишине. Он шагнул внутрь, и даже его плавная, бесшумная походка несла в себе что-то от грации большого хищника. Длинные белоснежные волосы, отливающие серебром, были собраны в низкий хвост. Но его пронзительные синие глаза, глубокие, как ночное небо перед бурей, сейчас были полны тревоги. Бледная полоса шрама на его лице дрогнула, когда взгляд скользнул по её лицу, по сломанному перу, по кляксе на бумаге.

— Что-то с королевой? — Мелисса попыталась скрыть беспокойство под маской равнодушия, но голос предательски дрогнул.

— Мы делаем всё, что возможно, — ответил он, и его низкий, бархатный голос был сдержан, но ясно ощущалась глубокая забота. — Травы пока поддерживают её состояние, но… поддержание Грани отнимает у неё слишком много сил.

Она услышала его слова, и внутри всё похолодело, сжавшись в тугой, тошнотворный комок. Казалось, ещё мгновение, и мир перевернётся.

— Коронация скоро, — её голос, сначала дрогнувший, внезапно обрёл твёрдость, зазвучав чётко и властно. Но в глубине её широко распахнутых глаз всё ещё металась тень недетской тревоги. — Запретите любому пользоваться силой, пока она не наступит. Приостановите все тренировки с использованием хаоса.

На суровом лице мужчины мелькнуло быстрое, почти неуловимое одобрение.

— Верное решение, ваше величество, — произнёс он медленно, и его низкий, хрипловатый голос прозвучал как признание.

Он смотрел на неё не отрываясь, и в его взгляде читалось что-то похожее на отцовскую гордость. Он помнил её совсем крошкой — бесстрашной сорванцом с растрёпанными волосами, вечно карабкающейся куда-то повыше, с глазами, полными уверенности. Теперь же она стояла перед ним, выпрямившись во весь свой невысокий рост, взрослая, сильная женщина, чья осанка до боли в сердце напоминала ему Андрэ.

— Что-то ещё? — её повелительный голос вырвал его из глубин воспоминаний.

Мужчина на мгновение задержал дыхание, его пальцы невольно сжали рукоять меча.

— Вы разрешили приезд делегации из Бермона, — медленно, взвешивая каждое слово, произнёс он.

Мелисса резко вскинула тонкие брови, и на её губах промелькнула сухая усмешка. Ещё одно доказательство тому, что даже у этих древних стен есть уши.

— Да… — она чуть склонила голову набок, обдумывая только что родившийся план. В глубине её глаз, поднявшихся на собеседника, вспыхнул и застыл расчётливый, безжалостный холод. — Я хочу использовать их.

Лестар замер, ждал, что она скажет дальше.

— Мы покажем им, какие мы сильные, — её голос стал тише. — За те несколько дней, что они пробудут здесь, они не должны почувствовать даже тени влияния хаоса. Мы не откроем им нашу истинную цену, явим лишь силу, чтобы у них перехватывало дыхание от страха и уважения. — Она выдержала паузу, и на её губах расцвела насмешливая улыбка, полная холодного торжества. — Мы заставим их подписать договор, а потом используем его как молот, чтобы выковать наше будущее.

Мужчина медленно кивнул.

— Но я не думаю, что они найдут того человека, — наконец произнёс он после паузы.

Мелисса плавно откинулась на высокую спинку кресла, переплетая пальцы на коленях.

— Искать его и не нужно, — её губы изогнулись в тонкой, безжизненной улыбке. — Он сам придёт. Обязательно придёт.

Наставник замер, склонив голову в