— Ничего себе злопамятность! И что же не поделили предки?

— Кто теперь вспомнит? Могу предположить, что деньги, землю или женщину, по отдельности, в любой комбинации или всё вместе.

— И за тысячу лет никто не попытался положить конец этой, мягко говоря, неприязни?

— Пытались. Из последних — отец, но что-то у них с Корвусом пошло не так. Отец был довольно вспыльчив, да и Корвус терпением не отличается. А меня он всерьёз не воспринимает, я для него мальчишка, говорить с которым ниже его достоинства.

— И что же…

Договорить мне не удалось. К нашему столику, плюхнувшись на молниеносно подставленный стул, подсел довольно неприятный развязный тип с наглой ухмылкой и резко контрастирующим с ней холодным расчётливым взглядом.

— В чём дело? — поинтересовалась я тоном, не предвещающим ничего хорошего, однако Родольфус накрыл мою ладонь своей, призывая сохранять молчание.

— Какая неожиданность, — ухмыльнулся тип, проигнорировав меня и в упор глядя на Родольфуса. — Надолго к нам?

— На один вечер, Кори, — спокойно ответил муж.

— Ладно, — кивнул тот. — Но всё-таки стоило предупредить, ты не находишь?

— Мы здесь инкогнито, и я не хотел, чтобы кто-то знал о нашем визите.

Кори демонстративно приподнял брови, однако Родольфус отказался от дальнейших пояснений.

— А где мой младший кузен? — закрутил головой наш непрошеный собеседник.

— Дома. Мы здесь вдвоём, — Родольфус промокнул губы салфеткой и отложил её в сторону.

— Да? — Кори снова изобразил преувеличенное изумление. — Я слышал, что вы не расстаётесь. Нигде и никогда, — последние слова он выделил двусмысленной интонацией.

— Я не коллекционирую слухи, которые обо мне распускают, поэтому могу лишь повторить — мы здесь вдвоём с женой, мой брат остался дома, а мы намерены вернуться, когда закончится празднование.

— Хорошо, — легко согласился Кори, стремительно поднимаясь. — Тогда не буду портить вам вечер. — Bonne année madame, — поклонился он, наконец-то изволив заметить моё присутствие. — Привет кузену. И всё-таки, — добавил он, полуобернувшись, — в следующий раз предупреждай, Родольфус.

— Да, это была моя ошибка, — согласился муж. — С Новым годом, Кори.

Кори усмехнулся, сделал знак своим спутникам и растворился в толпе. Родольфус выдохнул.

— А это кто? — спросила я.

— Сын и наследник Корвуса.

— Кори… Тоже Корвус, будущий Корвус Х?

Родольфус кивнул.

— У них так плохо с фантазией? — фыркнула я.

— Они придерживаются родовых традиций, — Родольфус улыбнулся в ответ. — Вообще-то, он прав. Между нашими семьями есть договорённость не появляться без предупреждения на территории друг друга. Сегодня я её нарушил. Мы легко отделались. У Корвуса, видимо, праздничное настроение, которое он не захотел портить.

Я вспомнила мрачный вид главы французских Лестрейнджей и попыталась представить, как же выглядит его плохое настроение.

Инцидент был забыт. Мы снова наслаждались так редко выпадавшими нам минутами беззаботного счастья.

Когда празднование закончилось, мы покинули ресторан, нашли пустынный переулок и, снова задействовав портал, вернулись в Британию. В Оксфорде сели на полупустой поезд до Ньюбери, добрались до нашего коттеджа и переместились в Лестрейндж-холл.

Праздники прошли, и мы вернулись к подготовке побега. Под тем предлогом, что старушки мне всё рассказали, я сама переговорила с электриками, и скоро в коттедже появилось электричество. Заодно провели телефон-факс. Теперь можно было не опасаться, что пропустим сообщение.

Джоан и Вильгельмина иногда заглядывали на чай и делились местными сплетнями. От них я узнала, что в лесу время от времени рыскают странно одетые, очень грубые и злые люди, которые ищут троих подростков — темноволосого мальчика со шрамом, девочку с тёмно-каштановыми волосами и их рыжего приятеля.

— Говорят, что те откуда-то сбежали и нарушают порядок, — возмущалась Джоан, — а сами ведут себя хуже разбойников! Я сообщила о них в полицию, но вы знаете наших бобби. Только отмахнулись!

«Нету тела — нету дела», понятливо кивнула я, разделяя негодование бабулек.

— Всё бегают за Поттером, — презрительно усмехнулся Родольфус, когда я пересказала ему жалобы старушек. — Все силы Пожирателей брошены на поимку трёх студентов, притом безуспешно. Жалкое зрелище!

И вернулся к роману. Чтобы не ссылаться без конца на творческий кризис, Родольфус иногда набрасывал несколько строк, творчески компилируя Сказки Барда Бидля, старинные предания и сведения из курса истории магии.

В один из февральских дней нам сообщили из агентства, что подходящий нам рейс планируется в конце марта. Родольфус оплатил билеты и мы стали ждать, заполняя время изучением необходимых для жизни среди маглов сведений, знакомством с техникой и вознёй с Рэнди.

Рэндальф уже уверенно вставал на ноги и делал первые шаги, пока ещё держась за руку, хотя по-прежнему предпочитал ползать, притом с такой скоростью, что Флинки еле за ним успевала, играл в простые пальчиковые игры, собирал и разбирал пирамидку, ухаживал за своей «лошадкой», старательно повторял все наши действия — листал книгу, как Родольфус, чиркал по бумаге, как Басти, следом за мной пытался расчёсываться и возиться с цветами, вполне осознанно говорил «папа», «мама», обожал рассматривать картинки в книгах с кем-то из нас.

Лорд не вспоминал о нас, соратники не тревожили, очевидно, Родольфус оказался прав — Мальсибер ни с кем не стал делиться своим открытием. Мы поверили, что самое сложное и страшное осталось позади и расслабились. Как оказалось, слишком рано.

Настал март. Потеплело, ночные заморозки становились всё более редкими, природа пробуждалась к жизни. Пробивалась первая весенняя травка, набухали почки, в воздухе пахло весной. В один из таких дней мы с мужем решили не пользоваться поездом до Оксфорда, а аппарировать, отойдя подальше от коттеджа.

Мы неспешно шли через лес, обсуждая предстоящий отъезд, как вдруг впереди раздался грубый оклик:

— Стоять! Не двигаться, если не хотите попасть в неприятности.

Не сговариваясь, мы рухнули за кучу валежника и поваленных стволов, и вовремя — над головами пролетело несколько красных лучей.

Родольфус схватил меня за руку и попробовал аппарировать, но ничего не вышло.

— Вы окружены, вам не удастся ни аппарировать, ни воспользоваться порталом, выходите по одному, — потребовал другой голос, с надменными и властными интонациями.

Услышав его, Родольфус зло стиснул зубы. Джагсон!

Поняв, что мы не собираемся выполнять их требование, егеря снова осыпали нас заклятиями. Выждав паузу, мы послали в них Редукто и Депульсо Максима.

В рядах противника наступило минутное замешательство, к сожалению, тут же сменившееся ликованием.

— Похоже, поймали серьёзную дичь! — заорал первый голос. — Есть шанс получить неплохие деньги! Оглушите их, кажись, это мальчишка с девкой, второй голос вроде был женский.

На мальчишку с девкой, то бишь Поттера с Грейнджер, мы совсем не походили, но нули в сумме награды способны затмить и не такой разум, как у егерей или Джагсона.

Единственный плюс — Поттера было приказано брать живьём,