и на экране монитора вижу, что глупая система разрешила и это. Вот и все, голубая полоска с цистернами через несколько минут должна встретиться с красным квадратиком литерного. Реагировать на последующие системные предупреждения времени не оставалось, поэтому, изменив направление движения ещё и коричневого тяжеловоза, Иоахим подхватив под руку своего покладистого компаньона, потянул того из кабинета. Операция вступала в завершающую фазу. Как говорил инструктор Центра специальных операций, - надо не только удачно начать, главное -успешно закончить.

Два подельника уже подходили к трубе водосборного коллектора, который израильтянин не далее как позавчера наметил себе как путь отхода, когда послышался лязг затвора и громкий оклик - "Стоять! Ни с места. Вы кто такие.., документы?"

      - Ну да, …нам только собеседования со здешним охранником не хватало.

После того, что сейчас произойдет, объяснить, что мы просто вышли прогуляться перед сном, не получится. Не долго думая, диверсант выхватил пистолет и трижды выстрелил в направлении двоих охранников, после чего, низко пригнувшись, потащил за собой безвольного Кузьмича. Промелькнула мысль,

      - Труба должна быть совсем рядом, может и выйдет там спрятаться.

Удивительно, но несмотря на темень, Ефим в кого-то таки попал, что было странным, ведь на полигоне ЧВК упражнение номер два ему никак не давалось. В ответ, послышалась короткая автоматная очередь, и тут же послышался болезненный стон.

      - Эх… видать напарнику не повезло – с огорчением подумал Иоахим - ну что ж, Кузьмич до конца отыграл свою роль, напоследок заслонив товарища от пули. Может, оно и к лучшему, хоть мараться с ним не придется. Тем более, что из него получится отличный кандидат на роль предателя. Да и тащить его за собой теперь не нужно.

Раздалась новая очередь, и от попавших в рельсы пуль полетели искры. Одна из них просвистела настолько близко от уха, что Иоахим почувствовал волну холодного воздуха. Третьей очереди не последовало, её заглушил пронзительный свисток и экстренный скрежет тормозов литерного. Похоже, что именно это и заставило дрогнуть палец единственного, оставшегося на ногах охранника. Тот дёрнулся и лишь чудом не попал в цель с такого близкого расстояния. А буквально через секунду к "литерному" присоединилась и сирена товарняка с цистернами, после чего на станции начался армагеддон, такой каким его и показывают в голливудских боевиках.

Время, словно спрессовалось, и на фоне пламени от первого взрыва израильтянин увидел своего неудавшегося убийцу, который так и застыл, опустив калаш, испуганно таращась в сторону цистерн, которые переворачиваясь, катились прямо на него. Перед глазами, словно вспыхнула красная надпись "EXIT", и Иоахим рыбкой нырнул в темный провал трубы коллектора, распахнувшей перед ним свои гостеприимные объятия.

      - Слишком близко, - пронеслась мысль и тут-же раздался мощный взрыв. Израильского диверсанта свалило с ног, при этом хорошо приложив спиной о бетонную стенку.

Локомотив, а за ним и первые три цистерны с ракетным топливом, лопнули словно бутылка с минералкой, на которую наехал автомобиль, а затем пошла звуковая волна от мощного взрыва. Иоахиму повезло, что все цистерны покатились с насыпи в противоположную от его укрытия сторону. Он никогда не думал, что звук может быть такой силы. Все вокруг словно погрузилось в мешок с ватой, а виновник всего этого на несколько минут выпал из реальности.

Два состава, имея огромную массу и инерцию, даже сойдя с рельс, продолжили своё движение по земле, выворачивая соседние пути и подрезая опоры контактной сети. Если цистерны просто катились и переворачивались, разливая вокруг своё пахучее содержимое, то вагоны с личным составом сто десятой якутской бригады вставали на дыбы, кувыркались или просто скользили на боку. Вот только для "инженера", всё это проходило в абсолютной тишине.

      - Да быть такого не может, у меня что - уши отвалились? - было первое, о чём подумал Иоахим, прийдя в себя.

Судя по всему, этой ночью бог Яхве болел за правильную сторону, потому что первые вагоны с якутскими добровольцами не доскакали до его убежища в трубе каких-то двадцать метров. Цистерны продолжали взрываться и вскоре к этому фейерверку добавились звуки артиллерийской канонады под скрежет металла. Наконец-то огонь добрался до вагонов с боезапасом бригады.

      - Эх, знал бы что все будет именно так, подумал бы о другом пути отступления, или столкнул бы лбами поезда, немного подальше… - с опаской ощупывая свою голову, подумал инженер, - но уж слишком жирная цель была. Шеф будет доволен.

И действительно, теперь можно было с уверенностью сказать, что цель действительно "была", и добровольцам больше не придется мерзнуть в своей Якутии. Бросив взгляд левее от вагонов, Коган разглядел распластавшееся у электроопоры тело охранника. Он с легким сожалением подумал, - а ведь жизнь ему спас тот, кто желал смерти. Ведь именно этот охранник загнал меня в бетонную трубу.

Иоахим, прополз по трубе ещё метров двадцать, после чего осторожно высунул голову, надеясь осмотреться вокруг, но тут же втянул ее в плечи. Буквально в нескольких метрах от него, с ночного неба рухнул покореженный металлический ящик с оборванными проводами. Такая шрапнель продолжала летать ещё минут десять, иногда залетая почти на километр. Сидя в укрытии, израильтянин задумался. Ему показалось, что он услышал лишь два взрыва. Неужели, их умная система все же сообразила, что на путях непорядок, и заблокировала движение прочих составов?

Жаль конечно, что этими двумя все ограничилось, ведь на экранах мониторов Иоахим наблюдал приличный трафик. Но ничего не поделаешь, и того что удалось будет достаточно, чтобы надолго заблокировать работу станции, не говоря уже о потерях в личном составе бригады.

      - Не менее двух рот, - с удовлетворением отметил Коган.

Вот только далее отсиживаться в такой уютной трубе не стоит. Он почувствовал резкий и неприятный запах химикатов, от которого уже начинала кружиться голова. Иоахим поморщился.

- Да, это уже не просто диверсия, а настоящая экологическая катастрофа. После такого и местным жителям мало не покажется.

Да, пора уходить. Сотни тонн ракетного яда, выливавшегося на землю, могли в любой момент заполыхать. Оказаться крылышками, запечёнными на гриле ему не улыбалось, и Иоахим рванул в темноту, подальше от эпицентра.

- Да какие там запеченные крылышки, - пришла на бегу мысль, - здесь и угольков не останется.

А ещё, - подумал он – должна же наконец опомнится охрана станции? Сколько еще эти болваны будут бестолково носится по территории? Вскоре все плотно оцепят