— Надеюсь, да. Она устала и неважно выглядит, пусть отоспится денек.

— Понял…

Егор уходит, а я направляюсь на пары. Вечером мы с Вероникой думаем, что же ей делать дальше. Тему денег не обсуждаем, но решаем, что на работу она так же будет ходить, у нее хороший график, который не мешает учебе. Девушка хочет съездить к себе домой, но я не даю ей это сделать. Я вижу, как Веронике тяжело. Она переживает за брата и хочет узнать, все ли с ним хорошо, но, поехав к нему, она подвергнет себя опасности. Лучше им не видеться. С вещами все обстоит лучше, у нас и правда одинаковые размеры, поэтому проблем не возникло. Девушка, конечно, сначала запротестовала и не соглашалась брать мои вещи, но потом поняла, что ей практически не в чем завтра идти в университет.

Егор, как я и просила, не приставал к девушке, делал вид, что ее вообще нет.

На следующий день поздно вечером меня ждал сюрприз. Приятный сюрприз. Который я ждала только через две недели, но он решил по-своему.

— Ангел, а вот и я! — передо мной стоит Филипп собственной персоной с огромным букетом белых роз.

Но, самое главное, он тут. Рядом со мной. Как же я скучала!

— Филипп! — почти визжу я и крепко обнимаю его, вдыхая родной запах.

Только сейчас понимаю, что я очень соскучилась по нему. Мне не хватало его улыбки, его смеха. Мне хорошо и спокойно с ним.

— Теперь всегда с тобой, моя малышка…

Глава 9

— Где ты остановился? — спрашиваю я, ставя огромный букет в ведро с водой. К сожалению я не нашла ни одной вазы, способной вместить такой букет. Поэтому воспользовалась ведром.

— Пока у родителей, но хотел бы переехать к тебе… — говорит он, а я напрягаюсь.

Меня не должно это пугать, мы скоро станем мужем и женой, и это будет обыденностью, он всегда будет рядом, но сейчас я опять не могу преодолеть этот барьер.

— Понимаешь, я живу не одна… — начинаю я, оборачиваясь и смотря на него.

— А с кем? — как-то холодно спрашивает он.

Филипп бывает разным, и это я поняла уже давно. Для близких он мил и весел, но на работе безжалостен и хладнокровен. Ведь там не нужны эмоции — только холодный расчет. И сейчас я вижу как раз такого Филиппа.

— С одной девушкой, моей студенткой, — объясняю я, чтобы он не подумал ничего такого. — У нее очень тяжелые жизненные обстоятельства…

И я начинаю рассказывать всю ситуацию. Филипп только внимательно слушает, иногда задает уточняющие вопросы. И я правда чувствую себя словно на допросе.

— Я бы мог помочь, но, понимаешь, тогда повяжут ее брата, а возможно, и ее пришьют к делу. Ты знаешь, какие у нас законы и честный и гуманный суд, — естественно, последнее было сказано с сарказмом.

Киваю, конечно же я понимаю.

— Я не прошу тебя помогать, просто говорю, что живу не одна, чтобы ты знал, — подхожу к нему.

— Понятно, опять избегаешь меня, — усмехается он, обнимая меня и притягивая к себе на колени. Вроде это было сказано не в упрек, но я знаю, что для него это важно. Сама себя уговариваю, но пока не могу пересилить. Может, после свадьбы получится… Тогда уже я приму всю ситуацию.

— Прости, — только говорю я, отводя взгляд от его лица.

Хочется ударить себя по голове. Почему я такая? Почему не могу преодолеть эту черту? Ведь мы уже давно знакомы и скоро он станет моим мужем. Почему я не могу это сделать? И ответа я так и не нахожу, или знаю, но не хочу признаваться даже себе.

— Прощу, но только за поцелуй, — хрипло отвечает он. — Я соскучился.

И он тянется к моим губам. Сначала мягко, а затем более настойчиво вжимая меня в свое тело. Хочется отдаться, показать, что я тоже горю. Но правда в том, что я холодна при этом, словно статуя, во мне нет той одержимости, которую ощущает он. Конечно, я стараюсь не показывать этого, сама жмусь к нему. Но понимаю для себя, что просто играю эту роль. Чтобы не обидеть, не показать своих истинных чувств. Филипп многое для меня сделал, был одним из тех людей, кто протянул мне руку помощи, когда я очень нуждалась в этом. Поэтому я должна отплатить ему тем же. Не отталкивать, а принять. И я принимаю. Делаю вид, что принимаю. Но при этом ничего не чувствую.

Холодная кукла! С красивой оболочкой, но фарфоровой душой. Мы даже не замечаем, как в квартире появляется Вероника. Она тихо проходит на кухню, но при виде нас сразу же останавливается.

— Ой, простите, — говорит она, стараясь не смотреть на нас.

Словно застала нас за чем-то неприличным, хотя почти так и есть.

— Ничего страшного… — тоже начинаю стесняться, высвобождаясь из объятий Филиппа.

Все же девушка — моя студентка, хоть она и понимает разницу между преподавателем и соседкой и пока не нарушает границ.

— Вероника, познакомься, это мой жених, Филипп, — оборачиваюсь к мужчине. — А это моя студентка, о которой я тебе говорила. Вероника.

Филипп встает, улыбаясь девушке. Кивая.

— Рад познакомиться.

— Взаимно, — краснеет Вероника, стараясь не смотреть на Филиппа. — Я пойду, не буду мешать, просто хотела воды взять…

Она не дает мне ничего сказать и скрывается в своей комнате. Пожимаю плечами, мол, такое вот знакомство.

— Ладно, я пошел, мне нужно еще съездить кое-куда и уладить дела, — Филипп идет в прихожую, начиная одеваться.

Провожаю его, стоя рядом. Он все же не удерживается и опять притягивает меня к себе. Целуя. Не сопротивляюсь, но в один момент вспоминаю горячие губы Влада, его напор и то, как горячо становилось во всем теле от его близости.

«Нет! Зачем я это вспоминаю? Об этом, наоборот, как можно скорее нужно забыть. Я не должна их сравнивать. Филипп — мой жених. Это неправильно».

Все эти