тканью, был расстелен простой деревянный стол, весь усыпанный сверкающими украшениями. Браслеты, ожерелья, изящные колье искрились и переливались в бледном утреннем свете, словно россыпь замерзших звёзд. Он отделился от остальных и направился к лавке, словно повинуясь незримому зову. Вокруг толпились люди, каждый пытался рассмотреть искусную работу местных мастеров. На большинстве украшений был выбит или вырезан один и тот же узнаваемый символ: крошечная, изящная белая птичка с гордо расправленными крыльями — герб королевства. Дыхание замедлилось, стало почти неслышным, когда он рассматривал тончайшую, ювелирную работу. Всё было красиво, искусно, но один неброский, почти скромный браслет остановил на себе его взгляд и не отпускал. Плетёный из мягкой, тёмной кожи, почти невесомый, с крохотной серебряной птичкой, свободно болтающейся на нём. Он вдруг вспомнил, как Мелисса вцепилась в запястье одного из его рыцарей, только чтобы рассмотреть поближе подобный браслет. Почти не дыша, Адриан потянулся к нему и взял в ладонь. Кожа была на удивление мягкой и тёплой, а серебряная птичка отозвалась тихим, нежным звоном.

— Хороший выбор, — раздался спокойный голос прямо перед ним.

Адриан поднял взгляд. Продавец, мужчина лет сорока с густой, чёрной бородой, в которой, словно крошечные звёздочки, застряли снежинки, смотрел на него глазами человека, искренне любящего своё ремесло.

— Сколько?

— Два медных, — ответил мастер без тени сомнения или жадности.

Дёшево. Почти обидно дёшево, промелькнуло в голове, пока он опускал руку в карман. У них с Брайаном было припасено золото и серебро на любые непредвиденные нужды, но здесь это казалось неуместным.

— А вы можете сделать гравировку? — спросил он, и собственное сердце отозвалось на этот вопрос учащённым, гулким стуком где-то глубоко в груди.

Продавец на мгновение задумался, потёр подбородок, затем уверенно кивнул.

— Конечно. Это обойдётся чуть дороже. Ещё одно медное.

— Я заплачу.

Адриан наклонился к мужчине. Губы едва шевелились, когда он прошептал несколько коротких слов. Продавец снова кивнул, уже без лишних вопросов, и скрылся в глубине лавки, за занавеской из грубой ткани. Тишину, длившуюся всего несколько мгновений, нарушил знакомый голос у самого плеча:

— Что купил?

Он вздрогнул, резко обернувшись. Рядом, лениво прислонившись к стойке, стоял Брайан. Взгляд рассеянно блуждал по рассыпанным на прилавке сверкающим безделушкам, но в зелёных глазах плескалась знакомая полуулыбка, скрывавшая куда больше, чем просто праздное любопытство.

— Браслет.

— Себе? — не отступал он, прищурившись с преувеличенным подозрением.

— Нет.

— Кому-то особенному? — и тут же, будто сговорившись, в разговор вклинилась Талли. В этот момент они с Брайаном и правда были удивительно похожи — два любопытных сорванца с одинаковыми, озорными ухмылками.

Адриан лишь покачал головой, стараясь сохранить невозмутимое выражение лица, и решительно перевёл тему:

— Вы так друг другу подходите, даже жутко.

Девушка вспыхнула, словно кто-то прикоснулся к её щекам раскалённым железом. Глаза широко распахнулись от смущения, и она быстро, почти испуганно, отвернулась. Брайан же в ответ лишь сильнее, увереннее сжал её пальцы в своей ладони, не собираясь отпускать.

Продавец вернулся как раз в этот момент, прервав неловкую паузу. В его руках лежала та самая маленькая, кожаная драгоценность — браслет, на серебряной