кончик хвоста не дёргался. Глядя на кабана, я спиной зашёл в зимовье, быстро взял топор и вернулся к кабану. Тот не изменил своего положения, я рискнул ударить топором в область шейных позвонков. Если скотина притворяется, убью точно, с перерубленным позвонком дикая свинья бегать не сможет. Но на всякий случай подошёл к кабану со спины, чтобы не попасть под удар копыт или клыков. В этот раз я тоже ударил топором не в полную силу, чтобы не воткнуть лезвие в землю, постепенно учился регулировать свою новую силу.

От первого удара кабан даже не дёрнулся, я поспешил ударить второй раз, чтобы окончательно отрубить свинье голову. Всё, можно его разделывать и начинать коптить мясо на будущее. В жаркую июльскую погоду мясо протухнет за полдня, знаю отлично. Я развёл огонь в коптильне и принялся разделывать свинью. Прикинул объёмы коптильни и принялся её переделывать, иначе всё мясо одновременно не влезет. На все хлопоты ушло больше часа, зато всё мясо поместилось сразу, оставалось притушить огонь, переведя его в густой дым. «Вовремя я купил верёвку, иначе не на чём было повесить добычу», — возникла мысль. Она же нашептала мне, что капроновый шнур может расплавиться. Пришлось подстраховать шнур крепкими прутьями.

Удостоверившись, что с трофеем всё нормально, я занялся уловом. Положил всю рыбу в кастрюлю с рассолом, чтобы она немного просолилась. Коптить её решил после мяса. Так и провёл остаток дня, присматривая за копчением окороков и рыбы. В перерывах успел пообедать и полистать учебник анатомии, прихлёбывая из кружки крепкий чёрный чай. Заварки я не забыл купить, самого дешёвого чая, зато десять пачек. Я не знаток чая, зато в годы работы в уголовном розыске пристрастился к крепкому чаю, почти чифиру. Чай, да ещё без сахара, горький до отвращения, бодрит лучше любого кофе. После ужина закончил все коптильные дела и развешал окорока и рульки на чердаке, вместе со свежекопчёной рыбой.

На ночь не забыл сжечь немного пороха перед зимовьем, чтобы волки с медведями не пришли на запах крови. Но все приметы обещали ночью дождь, потому я не стал закапывать место разделки кабана. Это издалека выдаст, что зимовье жилое. А так редкие грибники не рискнут заходить в запертую избушку. Да и вероятность появления грибников мала, слишком много тут диких зверей. Местные жители если и собирают грибы, то рядом с деревней и группой, часто перекликаясь. Обещанный приметами дождь смоет все следы и запахи крови. Я запер двери в сени изнутри и улёгся спать, предвкушая четыре дня истинного отдыха. Без опасений встретить чужаков или диких зверей. Сегодняшняя встреча с кабаном показала мне истинную нынешнюю силу.

А люди мне не страшны, опыт работы оперативником и огромная физическая сила выручат меня в любых ситуациях. С такими мыслями я заснул, и снилась мне моя прошлая жизнь, где я обмывал своё последнее звание подполковника. Только наряду с коллегами офицерами за столом сидели все сегодняшние знакомые — продавец Надя, учитель биологии Елена и почему-то лаборантка санлаборатории, оставшаяся безымянной. Что мы там делали, не успел посмотреть, во сне только успел гостям водку разлить, как проснулся. Проснулся от чувства опасности, кто-то ходил вокруг зимовья.

Я замер, пытаясь что-то рассмотреть сквозь маленькое окошко, однако, рассвет ещё не наступил, на улице шуршал затянувшийся дождь. Рассмотреть что-то снаружи через застеклённое двойное окно для человека было невозможно. Поэтому я лежал тихо, не делая попыток повернуться. Вслушивался в звуки вокруг избушки, но, увы, сквозь капли дождя, стучавшие по крыше и падавшие на траву, никакие другие звуки не пробивались. Уже собираясь засыпать снова, я услышал негромкое фырканье возле дверей в сени. От сердца отлегло, звуки явно не принадлежали людям.

Ещё раз кто-то фыркнул возле дома, внутренне я перекрестился от своей мысли поджигать порох у избушки. Похоже, зверю не понравился запах сгоревшего пороха, а какому зверю? Медведю, рыси или волкам? Волков в наших местах извели лет двадцать назад, хотя в здешних краях могли и сохраниться. Рысь бы так густо не фыркала, остаётся медведь? Вскоре шум падающей коптильни подтвердил версию о медведе. Зверь явно почуял запах копчёного мяса даже сквозь дождь. Несколько бесконечных минут я прислушивался к шуму разбрасываемых жердей, недовольному ворчанию зверя. Сколько прошло времени, не знаю, разглядеть циферблат часов было невозможно.

Уснуть я не пытался, опасаясь за свою жизнь. Обе двери зимовья, что в сенях, что в избу, медведю были, что называется, на один зуб. Если зверь решит ворваться внутрь, я встать не успею. Повторить фокус с кабаном не получиться, я не знаю, куда бить медведю, чтобы тот умер быстро, без агонии. Да попробуй попади в такой темноте куда нужно. Какой бы силы не был мой удар, при попадании в брюхо или в бок медведь сразу не сдохнет. Успеет отмахнуться лапой с двадцатисантиметровыми когтями. Видал я трофеи знакомых охотников, имею представление. После бесконечного ожидания за окном посветлело, я чуть не перекрестился, хоть смогу увидеть зверя и ударить в голову, если тот ворвётся в домик.

«Надо на ночь ружьё заряженное класть рядом, на подобный случай», — пришла запоздалая мысль в голову. Шум со стороны бывшей коптильни стих неожиданно, видимо, зверь убедился в отсутствии мяса и ушёл. Дождь продолжал стучать по крыше, навевая сон. Увы, уснуть я не смог, как ни пытался. Пришлось встать и первым делом нырнуть под пол за двустволкой. Проверил заряд обоих стволов пулями и вышел в сени. Сквозь щели в стенах из толстых жердей осмотрел максимально возможное окружение. Никакого зверя не увидел. Однако не спешил выходить, зная хитрый и коварный нрав медведей, способных подкараулить охотника в засаде. Тем более, что вылазить под довольно сильный дождь не хотелось абсолютно.

Пришлось распотрошить ещё один патрон и сжечь прямо в сенях горстку пороха, выдувая клубы дыма в щели на улицу. Затем дровами, хранившимися как раз на случай затяжного дождя в сенях, я растопил свою печурку. Позавтракал копчёной рыбкой с чердака и вчерашним чифиром, подогретым на печке. Расстроился отсутствию чистой воды в доме, о ней я забыл, а если придётся сидеть в зимовье пару дней? Ближе к восходу солнца дождь почти сошёл на нет, превратился в мелкую морось. Тут я рискнул выйти, набрать котелок воды и проверить свою морду. Однако ружьё из правой руки не выпустил. Первым делом обошёл избушку кругом, опасаясь наткнуться за медведя в засаде. К счастью, никаких зверей у моего жилища не оказалось, только разломанная коптильня