пару долгих секунд, после чего торопливо, до побеления стиснула губы, до смерти боясь проронить восторженный визг и разрушить элегантную стать.

«Сам господин Шут снизошел с небес, дабы лично предостеречь меня! Более того, Он даровал мне священное право взывать к Нему прямо во сне!» Одри, не в силах совладать с бушующими эмоциями, принялась суетливо мерить шагами комнату. В эту самую минуту она железобетонно уверовала в то, что является подлинной, истинной Избранницей божества.

Разумеется, суровый наказ господина Шута накрепко впечатался в её рассудок. Юная леди твердо решила: сперва она выудит все возможные тайны из недр Алхимии Психологии, обрастет фундаментальными знаниями, и лишь во всеоружии, подготовив безупречный плацдарм, вновь ступит на эту зыбкую тропу.

Уголки ее губ медленно поползли вверх. Хаотично, в порыве бьющей через край радости начертив на груди непонятную фигуру, девушка беззвучно прошептала:

— Да пребудет со мной благословение господина Шута~

…………

Тем временем в чертогах над серой мглой Клейн переключил мысли на совершенно иную заботу:

Та самая рыжеволосая Элен, за чью голову отваливают баснословный куш в тысячу фунтов, каким-то непостижимым образом оказалась связана с «Вице-адмиралом Болезнь» Трейси!

«Эта пиратка прибрала к рукам флотилию покойного Килангоса и переименовала флагман в „Черную смерть“. А ведь Килангос в свое время захватил в плен одного толстосума по имени Джимми Нек… Тот купец еще раньше раздобыл часть древних манускриптов, связанных с богом Смерти и извлеченных прямиком из усыпальницы Баламской династии… Эту зацепку мне удалось выудить из памяти „Кошмара“, заточенного в „Ползучем голоде“, и она определенно сослужит добрую службу мистеру Азику. Я и так планировал при случае порыть в этом направлении…» — к поискам рыжеволосой Элен у Клейна прибавился совершенно новый, куда более интригующий мотив.

Изначально сыщик собирался ограничиться лишь услугами волшебного зеркала Арродеса, но теперь вознамерился пустить в ход еще и агентурную сеть прихожан «Морского бога».

«Нисходить с божественными откровениями ради жалкой тысячи фунтов — занятие, несомненно, роняющее статус владыки. Но раз уж в деле замешана фигура калибра пиратского адмирала, то с горем пополам можно напустить туману, чтобы паства узрела в этом некий глубоко затаенный, глобальный замысел…» — Клейн силой мысли соткал из пустоты фотографию рыжеволосой Элен и взмахом руки призвал к себе «Скипетр Морского бога».

Юноша благоразумно отказался от идеи вещать оракул сразу на всех прихожан — подобная массовая рассылка грозила обернуться для его духовности совершенно неподъемным бременем.

Тщательно отсеяв паству, он выбрал лишь верхушку повстанцев: Карата, Эдмонтона и еще нескольких лидеров. На фоне ревущих, вздымающихся до самых небес штормовых волн владыка глухим, вибрирующим басом изрек:

— Отыщите её. Защищайте пуще собственной жизни.

— Остерегайтесь головорезов Трейси.

Не удостаивая смертных никакими лишними пояснениями, Клейн расщепил эту монументальную сцену вкупе с портретом рыжеволосой красавицы на несколько сияющих сгустков и небрежным жестом метнул их прямиком в соответствующие пульсирующие искры.

Глава 573

Суровая реальность учит жизни

Остров Синей Горы, непролазные джунгли. Секретная база Сопротивления.

Карат, прикованный к инвалидному креслу, вскинул лысую голову. Взглянув на льющиеся сквозь проем пещеры солнечные лучи, он не смог скрыть плескавшуюся в глазах искреннюю радость.

Предводитель повстанцев кристально ясно ощущал: с того самого мига, как Господь вновь снизошел на землю и даровал им десять заповедей, всё в корне изменилось. Кровавый хаос остался в прошлом. Теперь божество то и дело ниспосылало своей пастве исполненные мудрости откровения и, опираясь на всеведение, начало активно вмешиваться в расклад сил на морских просторах. Господь явно вознамерился поддержать Сопротивление, желая провести всех жителей архипелага Ротсид по тернистой, тяжкой тропе прямиком к спасительному рассвету.

«Быть может, именно в этом и кроется подлинный смысл возвращения на твердь земную…» — мысленно резюмировал Карат, прокручивая в памяти недавнее божественное откровение. Инвалид предположил, что та самая рыжеволосая Элен — это важнейший рычаг, способный пошатнуть позиции «Вице-адмирала Болезнь» Трейси, перекроить баланс сил в океане и даже разрушить хрупкий паритет между державами. И лишь когда весь мир охватит бушующий хаос, у порабощенных ротсидцев появится реальный шанс вырвать свободу!

Глубоко вздохнув, повстанец сноровисто подготовил алтарь, вознес молитву «Морскому богу» и с поразительной точностью скопировал на бумагу портрет Элен.

Покончив с ритуалом, он на одних инстинктах покосился в сторону, и лицо его исказилось от весьма противоречивых чувств.

Именно там, в соседнем крыле, квартировал верховный жрец Церкви Морского бога вкупе с прочими духовными лидерами, некогда составлявшими верхушку Сопротивления.

И пусть эти старцы не смели перечить божественным приказам, действительно согласившись на грандиозные перемены, во многих мелочах они по-прежнему безнадежно вязли в прошлом. Косные, упрямые, закосневшие в первобытной дикости, они категорически противились переходу к более цивилизованным канонам веры… «Будут и дальше упираться рогом — однажды Господь попросту отвернется от них…» Карат едва удержался от злорадной усмешки, однако вслед за ней душу внезапно затопила щемящая, тяжелая тоска.

…………

Закончив прочесывать мольбы паствы и разослав выборочные отклики, Клейн вернулся в реальный мир. Юноша вознамерился лично выйти на улицы Байама, чтобы взять след рыжеволосой беглянки, а заодно присмотреть подходящую мишень для подлинного «отыгрыша».

Едва его правая рука легла на дверную ручку, как в мозгу внезапно вспыхнула одна до абсурда дерзкая, но вполне выполнимая мысль:

«Моя подлинная цель — вовсе не поиски рыжеволосой Элен. Эта девчонка нужна лишь как предлог, чтобы подобраться к „Вице-адмиралу Болезнь“ Трейси, выведать участь толстосума Джимми Нека и раскопать, куда подевались те древние манускрипты Смерти».

«Проще говоря, мне требуется любая рыжая Элен, способная выманить пиратскую владычицу. А уж фальшивая она будет или настоящая — совершенно не имеет значения».

«Я ведь могу сам нацепить ее личину! Велю Даницу сдать меня „Силачу“ Оззи, тот под шумок сорвет казенный куш, а я преспокойно, без лишних телодвижений, дождусь аудиенции у самой „Девы Болезней“».

«Воистину, дьявольски изящный финт…»

Клейн резко мотнул головой, торопливо подыскивая аргументы, чтобы зарубить эту авантюру на корню:

«Пусть я и „Безликий“, но напяливать женское платье… Нет, к такому жизнь меня еще не готовила!»

«…Погодите-ка, а перешагнуть через подобные моральные барьеры — это случайно не входит в заповеди „отыгрыша“?»

«К тому же я ни черта не знаю о повадках этой бестии. Голая визуальная подделка треснет по швам при первом же контакте с теми, кто знал ее лично. А значит, до самой Трейси мне так и не добраться».

«Да и кто сказал, что заказчиком выступает именно „Вице-адмирал Болезнь“? С тем же успехом это могут быть ее кровные враги».

«Я