Смотрю на часы специально, чтобы убедиться в масштабах собственной глупости. 27 минут я стою у окна и пялюсь на чужую женщину. Я — больной. Я невменяемый. Потому что мне кажется, будто прошло от силы две.

Она с сыном играет в мяч на лужайке перед своим домом. А я, как приклеенный, стою у окна на втором этаже.

Забываюсь, прислоняюсь лбом к стеклу, припечатав штору. Ну, что в ней такого? Просто женщина. Замужняя. Отстраненная. Не отвечающая на мои осторожные подкаты. Иногда мне кажется, что она даже не знает, как я выгляжу — ни разу не посмотрела мне в лицо.

Да, я — скотина, которая смеет подкатывать к соседке, у которой есть муж. Но мне не стыдно. Я не хочу этого. Я словно под гипнозом нахожусь, когда она на расстоянии пары метров. Я, как собака, принюхиваюсь, пытаясь различить запах ее духов. И иногда мне кажется, что я его чувствую, несмотря на тот факт, что ни разу не приближался к ней ближе, чем на пару метров.

Я запрещаю себе подходить к ней, но каждое долбанное утро выхожу из дома именно в тот момент, когда она ведет в детский сад сына. И пусть только кто-нибудь скажет мне, что я специально поджидаю, когда она выйдет! Это — совпадение. Но совпадение повторяющееся с заметным постоянством...

Волосы заплетены в косу. Коса толстая, русая, бьет по плечам, когда Саша бежит за мячиком. Она смеется. Ей идет улыбка. Улыбка делает её всегда грустное, озабоченное, испуганное лицо другим — открытым, дерзким. Так и кажется, что у нее глаза искрятся, что они излучают свет. Я силился вспомнить, какого они у моей соседки цвета, но не мог — я попросту никогда их цвет не видел. Потому что она ни разу не посмотрела на меня.

Мальчик бросает мяч матери. Мяч ударяется о столбик, на котором висят качели и падает в маленький прудик, подняв столб брызг. Оба хохочут и вытирают с лиц воду. Потом по-очереди достают метлой мяч из пруда. Жесты у них одинаковые. Да и вообще, похожи очень — сразу видно, что родные — светлокожие, русоволосые, голубоглазые, наверное... Вот об отце мальчика так не скажешь... У него явно есть восточная кровь. Вспомнишь его и он появится...

Сосед заехал во двор, вышел из машины и направился к своей семье. Руслан был мне неприятен.

Мы жили в домах-близнецах в самом престижном районе города. Наши дома, пожалуй, отличались лишь обустройством двора, да высотой забора. У соседей он был так высок, что с дороги во дворе ничего видно не было. И разглядеть Сашу с сыном я мог только из окон второго этажа.

Мне иногда казалось, что у Руслана всегда какие-то проблемы — хмурое, немного надменное выражение никогда не сходило с его лица. Шуток он не понимал совершенно — пару раз я пытался по-соседски завязать знакомство. Но не удалось.

Можно было уходить — смотреть на нее, когда она рядом с мужем, я не мог. Уже давно. Потому что ревновал. Чужую жену ревновал к её же собственному мужу! И я уже начал поворачиваться от окна, как увидел краем глаза какое-то странное движение там, у соседей во дворе!

...Поворачиваюсь обратно и вижу, как тот самый желтый с синими полосками мяч падает на крышу дорогущему внедорожнику Руслана. Мальчишка тут же убегает к дому, со страхом оглядываясь на Руслана. Отец что-то кричит и срывается вслед. Саша хватает его за руку. И он наотмашь бьёт её по лицу!

Они напряжённо замирают друг против друга. Он нависает горою, давит массой и силой. Она, маленькая и вся сжавшаяся в комочек, прижимает руку к щеке и, выставив ладошку между ним и собою, что-то быстро-быстро говорит ему! И смотрит куда-то в землю, как если бы для нее то, что сейчас произошло норма! Ведь иначе — ругалась бы, злилась и смотрела ему в глаза!

"Это не моё дело. Это — чужая семья. Это не моя женщина!" — Всё это мысленно я говорю себе, но чуть ли не бегом несусь во двор! За забором тишина. В дом ушли. Сами разберуться! Не моё дело — бессмысленно уговариваю себя. Но ноги сами несут меня к соседям.

Звоню в ворота. Домофон отвечает рыком Руслана:

— Да!

— Э, Руслан, это ваш сосед Вадим. Мне нужно с вами поговорить.

Колеблется. Но отказать не может, знает, кто мой отец и где работаю я сам. И я это понимаю.

— Проходи!

Щелчком с двери снимается блокировка. Иду по красивой вымощенной дорожке. Всё здесь у них во дворе не так, как у меня — здесь ухоженно, стильно, здесь чувствуется женская рука... Она здесь сама всё делает — за полгода жизни рядом я успел рассмотреть это. А он, вместо того, чтобы такую женщину на руках носить, лупит её и, похоже, сына тоже! Сука! Как же сдержаться и не урыть его на месте? За нападение в его доме меня даже моя контора не спасёт... Тем более, что у него камеры по всём углам! Что ж он такой бдительный, мЛя!

Мне очень-очень нужна ваша поддержка! Без неё нет вдохновения, без неё нет смысла писать! Рада каждому сердечку, подаренному книге.

3 глава. Вадим

В прихожей меня вдруг встречает она! Я не ожидал, был уверен, что Руслан выйдет сам.

Быстро сканирую глазами. Волосы слева выпущены из косы и прикрывают лицо с той стороны, куда пришёлся удар. Но я знаю, куда смотреть. Я вижу — Сашина левая щека покраснела — по ней он ударил. Она смущённо улыбается и, как обычно, не поднимает глаз.

— Что вы хотели? — спрашивает, разглядывая мои кроссовки.

— Саша! — зову, пытаясь заставить посмотреть на себя.

И она, немного посомневавшись, поднимает взгляд! Вопрос так и остаётся не высказанным — я попросту забываю, что хотел! У неё глаза потрясающие — необычные, чуть к вискам приподнятые уголки и цвет такой, насыщенно синий, не голубой даже... Стою, как идиот, открыв рот.

— Э-э, — силится она вспомнить моё имя, видимо. — В-вадим?

Да, все-таки помнит! И это глупо, но меня отчего-то этот факт радует. Она знает, как меня зовут. Такая ерунда, а я расклеился от счастья как придурок!

— Да, я — Вадим, ваш сосед.

— Что вы хотели? — она косит себе за спину, туда, где слышны голоса Руслана и мальчика, потом переминается с ноги на ногу, и я замечаю сбоку на комоде огромный очень красивый торт,