по команде подбежал к ней. Рыжий, с порванным ухом, он сразу запрыгнул передними лапами ей на колени, и Вергара едва успела поднять нож повыше, чтобы псина не напоролась. Черт, а это бы смогло ненадолго отвлечь ее от Матео.

– Привет, малыш, – сразу засюсюкала Вергара и свободной рукой потрепала пса за ухо. – Ты такой хороший мальчик, да? Ты славный малыш? А плохим дядям, которые тебя обижали, уже отрезали яйца. Да, отрезали, мой сладкий. Так вот, о чем я? – Она мягко спустила пса на пол и продолжила чесать его за ухом. – А, агрессия. Прикинь, они говорят, что у этих булок агрессия в крови, какой бред, а? У нас вот в крови убивать себе подобных, так значит, каждого надо бояться, сажать на цепь и надевать намордники? Нет, не пойми меня неправильно, с некоторыми людьми я бы с радостью так и поступила. – Она развела руками, и псина, похоже, приняла это за сигнал к игре, тявкнула и попыталась снова запрыгнуть на руки. Вергара передала тесак кому-то из своих людей и продолжила, будто ее не отвлекали, но говорила теперь, обращаясь только к рыжему стаффу:

– Я одно время боялась каждого, кто не из моей семьи.

А Матео все гадал, какого черта здесь началась исповедь.

– Каждого мужчину, женщину, копа, посыльного, официанта в придорожной кафешке, прикинь. Любой может быть опасен, нас так абуэла учила. Со временем я кое-что поняла. Ты никогда не знаешь, чего ждать от людей. Любой может оказаться подосланным агентом. Или солдатом из другого картеля. Или старым врагом твоей семьи. – Она указала на Матео, будто тот служил подтверждением ее слов. – А животные никогда не врут. Они доверчивы и податливы, если ты находишь правильный подход, они могут защитить тебя, а могут драться за тебя – чувствуешь разницу? Их можно заставить кусать, душить, вырывать куски мяса. Видел когда-нибудь эти бои?

Стафф, что так и не слез с нее, теперь тихо заскулил.

– Ой, здоровяк, прости, что напоминаю, да, прости.

Кто-то из ее людей подошел и потянулся к ошейнику пса, но Вергара отмахнулась: «Он не мешает». Со всего ангара к ней подтягивались и другие псы, и теперь Матео понял, что они почти окружили его. Одно слово чокнутой собачницы, один косой взгляд – и они сожрут его на месте.

– А люди не понимают и не ценят чужого доверия, – продолжала она. – Люди лгут себе, лгут близким, лгут тем, кто принял их в собственную семью и кормил со своего стола.

Вергара вдруг повернулась и уставилась на Матео.

– Неужели людям так сложно не предавать тех, кто десятилетиями называл их своим другом? Мм? Матео? Сложно? Сложно было укрывать Агилара?

Все знали: если Вергара привезла тебя в один из своих приютов – никто тебя не найдет.

Глава 2. Рик. Тесак, Генерал и Король

В зале для совещаний калифорнийского офиса ФБР собрались пятеро. Трое гостей из Главного управления внутренней безопасности Франции, а также американские специальные агенты Вулф и Доустен. На лакированный стол перед каждым легли толстые папки, перевязанные так туго, что вот-вот должны были лопнуть. Щелкнул пульт в руке агента Ричарда Вулфа, включился проектор, и на белой стене появился список: «Досье #1–13».

– Тринадцать? – переспросил один из французских гостей с жутким акцентом. Рику Вулфу показалось, что тот даже не старался сделать свою речь хоть сколько-то понятнее. – А почему папок только три?

Гость брезгливо перебрал дела перед собой, разложив их веером по столу. Подавляя раздражение, Рик повернулся к гостям спиной и прикрыл глаза. Половина девятого утра, он уснул около пяти, как только вернулся домой с бестолкового рейда. А тут эти со своим срочным совещанием…

– Давайте отложим вопросы, пока я не закончу. – Рукой с пультом Рик указал на экран.

– Здесь не полная информация, – уже затараторил Доустен. Его перевели в этот отдел меньше полугода назад, назначили напарником Рика, но так, номинально, и Доустен все еще пытался выслужиться. – Мы собрали только то, что вам потребуется узнать сейчас. К тому же о некоторых вы и сами знаете. Как о мисс Ирэн… Ирэн…

– Барреси, – подсказал один из французских агентов.

Рик снова щелкнул пультом, раскрылось первое досье, по экрану растеклись черно-белые фотографии людей и локаций, красные стрелки вели от одного лица к другому, под блоками фото значились краткие подписи.

– Итак, – сказал Рик, скрестив руки, и сел на подоконник, чтобы видеть и экран, и гостей за переговорным столом. – Сейчас это самые крупные игроки на поле. Часть из них унаследовали свой бизнес от отцов и матерей, часть – от мужей. Кого-то мы еще не считаем главой своей преступной семьи, но это вопрос времени. Вот, к примеру, мисс Аврора де Кастелло. Кодовое имя – Малавита[1]. – На экране увеличилась фотография темноволосой молодой девушки с надменным лицом. Рядом всплыло второе изображение – седовласого лысеющего мужчины, на которого девица была чем-то похожа. – Наследница итальянской мафиозной семьи де Кастелло. Пока всем руководит ее отец Антонио по прозвищу Ре[2], но Аврору негласно считают его заменой.

– Девушку? – переспросил тот же болтливый агент.

Рик уже слышал предостаточно подобных насмешливых вопросов. И находил после предостаточно тел тех, кто также не воспринял этих девушек всерьез.

– Не дайте им обмануть себя. Если я начну рассказывать вам про каждую из этих Принцесс и про то, как они заслужили здесь свое место, мы просидим до ночи воскресенья, – уже с куда более заметным раздражением ответил Рик и кашлянул, прочищая горло. – Есть игроки и более опасные, такие как, например, мисс Вирджиния Сноу. Кодовое имя – Снежка.

Новое фото на экране – девушка около тридцати с короткими темными волосами и в твидовом пиджаке. Обычная британская аристократка, решил бы непосвященный, поэтому Рик без пауз продолжил:

– Ее отец пропал без вести, ее мачеха подверглась нескольким покушениям и сейчас находится под программой защиты свидетелей. Но никому до сих пор не удалось поймать младшую Сноу за руку. Весь ее бизнес законен, а все трупы… Таинственным образом исчезают, как и ниточки, ведущие к мисс Сноу. И у нас здесь тринадцать таких юных леди, на которых при встрече вы бы ни за что не подумали, что они стоят во главе преступных организаций.

Рик вынул из-под стола еще две коробки с делами и поочередно плюхнул их на стол. Французские коллеги отстранились и таращились теперь на папки, подняв брови в удивлении. Эти талмуды сюда с утра приволок агент Доустен, и Рик не хотел