еще больше сокрушительной мощи. Старец с хищным упоением почувствовал, как колоссальный остров сознания аристократки содрогается до самого основания.

Это кричало лишь об одном: еще секунда — и он окончательно, безраздельно завладеет её душой!

И в это самое, висящее на волоске мгновение его слух внезапно резануло древнее, до одури архаичное и гортанное слово:

— Судьба!

В материальном мире Хевен Рамбис ошарашенно вскинул голову. Перед его взором предстала пугающая картина: кристально-изумрудные глаза Одри на глазах наливались ослепительным, гипнотическим и чарующим золотым сиянием.

Глава 1050

Виртуозный гипноз

Пока раскатистое эхо слова на древнем гермесе билось о стены, пространство вокруг Одри и Хевена Рамбиса синхронно померкло.

Казалось, некий незримый прохожий на миг заслонил собой ближайшее окно, а затем стремительно удалился прочь.

Едва свет вернулся, в иллюзорном мире произошла пугающая метаморфоза: тот самый остров сознания, наглухо укрытый ревущим «Ментальным штормом», теперь принадлежал не Одри, а Хевену Рамбису. И наоборот: тем, кто властно вторгся в чужое ментальное тело, стал не старец, а сама юная аристократка.

Амулет «Похититель судеб»!

Этот талисман, выкованный из «Червя Времени» Амона и пропитанный божественной мощью господина «Шута», даровал власть умыкнуть грядущую участь жертвы, насильно поменяв её местами с собственным, краткосрочным будущим!

Именно этим артефактом Герман Воробей расплатился с ней за спасение рухнувшего рассудка Хейзел. Пустив его в ход, Одри виртуозно перебросила на плечи Хевена Рамбиса ту самую фатальную участь, где её ментальный барьер с треском разлетался, а душа порабощалась. Взамен же она вырвала у полубога его триумф: власть повелевать «Ментальным штормом», взламывать врата чужого ментального тела и беспрепятственно вживлять в разум любые нужные установки.

В одночасье расклад сил перевернулся с ног на голову. Балансирующая на самом краю гибельной пропасти девушка единым махом захватила абсолютное, безоговорочное превосходство.

Разумеется, этот триумф был лишь мимолетной отсрочкой.

Положа руку на сердце, не прокручивай Одри в уме последние пару дней сценарии собственного спасения на случай подобной катастрофы, она бы ни за что не вспомнила про «Похитителя судеб». А вспомнив — неминуемо бы опоздала. И сейчас, словно повинуясь давно заученной партитуре, она титаническим усилием воли подавила изумление от мощи амулета. Молниеносно оценив обстановку и оседлав полученную фору, аристократка обрушила на врага ревущий «Ментальный шторм», густо замешанный на гипнозе, одним сокрушительным ударом выбив двери в чертоги разума Хевена Рамбиса.

Старец вмиг остолбенел. Он застыл на месте с остекленевшим взглядом, уподобившись заурядному смертному, что имел неосторожность утонуть в бездонных золотистых глазах Одри и пасть жертвой её чар.

Воистину, в это самое мгновение он — могущественный полубог Пути «Зрителя» — оказался порабощен жалкой девчонкой шестой Последовательности.

И теперь, даже когда песок в часах «Похитителя судеб» иссякнет, этот свершившийся факт уже не стереть!

Впрочем, Одри кристально ясно осознавала: ей удалось лишь приоткрыть врата его рассудка и накинуть первичную удавку контроля, сыграв его же собственным оружием через мистический талисман. Вздумай она копнуть глубже, разум полубога неминуемо взбунтуется, а подавить столь чудовищное сопротивление с её-то куцым рангом — задача абсолютно невыполнимая.

Более того, она спинным мозгом чуяла, как в самых темных глубинах его подсознания уже зреет яростный бунт. В материальном же мире на лице Рамбиса то тут, то там начала проступать омерзительная, пепельно-серая чешуя.

«Еще пара мгновений, и он грубой силой сбросит эти ментальные кандалы…» — ослепительной вспышкой пронеслось в сознании юной аристократки.

Её взгляд тут же метнулся к голове старца. В эту секунду девушка до смерти пожалела, что не прихватила с собой крупнокалиберный револьвер. Будь у неё ствол, она бы без малейших колебаний всадила в этот череп весь барабан, попытавшись оборвать жизнь ублюдка прямо на месте.

Но тут память услужливо подкинула ей мысль о собственной «Драконьей чешуе». Одри резонно рассудила: у Хевена Рамбиса такая броня стопроцентно имеется, причем на порядок прочнее и толще. Обычной пулей её ни за что не пробить, да и львиная доля артефактов низших и средних эшелонов тут спасовала бы!

А если не пустить его в расход с одного удара, боль неминуемо вырвет полубога из оцепенения, позволив ему сбросить контроль.

Не располагая должным убойным арсеналом, девушка отбросила любые сомнения и молниеносно выковала иной план:

«Загипнотизировать!»

«Он сам непревзойденный мастер в этом деле, а значит, слепо верит в свою феноменальную сопротивляемость. Спорю на что угодно, дополнительных амулетов от ментальных атак у него при себе нет… Но заставлять его плясать под мою дудку вразрез с его собственными желаниями категорически нельзя. С такой чудовищной разницей в мощи его подсознание разобьет мой морок в щепки…» — эти мысли вихрем пронеслись в голове Одри. Слегка облизнув пересохшие губы, она тщательно взвесила слова и начала:

Титаническим усилием воли сохраняя абсолютную, безупречную невозмутимость, она вперила взор прямо в глаза Хевена Рамбиса и промурлыкала самым мягким, обволакивающим тоном:

— Ступай в особняк Глейнта и подыщи себе укромное местечко. Ровно через четверть часа найдешь меня в саду…

Внедрение этой установки прошло гладко, не встретив глухой стены отторжения. В конце концов, сегодня старец и впрямь нагрянул с одной-единственной целью — навестить Одри, да и рандеву планировалось именно в резиденции виконта. Девушка лишь ювелирно подкорректировала сроки и сместила декорации. Подобная мелочь ни на йоту не шла вразрез с фундаментальными намерениями полубога, отчего гипноз лег безупречно, не спровоцировав бунта.

— Хорошо… — деревянным, эхом отдающимся голосом отозвался Хевен Рамбис.

Одри даже не позволила себе выдохнуть. Взбодрив рассудок, она продолжила неотрывно сверлить взглядом собеседника, воркуя всё тем же ласковым тоном:

— Наша встреча состоится лишь через четверть часа, а значит, сегодня мы с тобой еще не пересекались.

— А раз не пересекались, то и всего этого спектакля попросту не было. Эти воспоминания канут в небытие.

Поскольку Рамбис уже благополучно проглотил первую наживку, этот приказ идеально лег в выстроенную логическую цепочку. Инстинктивное сопротивление шевельнулось, но оказалось слишком вялым и стремительно растаяло без следа в золотисто-сияющих, бездонных и пленительных глазах девушки.

— Истинно так, сегодня мы еще не пересекались, ровным счетом ничего не было… — с легкой, затуманенной прострацией на лице повторил Хевен Рамбис. Впрочем, пепельно-серой чешуи на его коже заметно прибавилось.

Успешно провернув этот критический маневр, Одри титаническим усилием воли подавила порыв с облегчением прижать руку к груди. Взяв секунду на раздумья, она добавила:

— Услышав мою песню, ты обретешь абсолютный, безмятежный покой.

Изначально она порывалась приправить гипноз толикой очарования, вот только с досадой осознала, что напрочь не умеет