— Ага, — обреченно мукнул я.

Я мог бы, конечно, начать строить из себя профессора, способного разделять личное и профессиональное, но блять… Мы оба прекрасно понимали, что я сдамся сразу, стоит только Лере прикусить губку и снизу вверх обиженно посмотреть на меня. В ту же секунду я сделаю всё, чтобы моя малышка улыбнулась, а потом трахну ее.

— А в универе не будет проблем? — тихо спросила девушка.

Легкое напряжение в ее голосе царапнуло по сердцу. Я нашел маленькую ладошку и переплел наши пальцы.

— Вместе мы справимся со всеми проблемами, принцесса, — улыбнулся я, целуя малышку в висок. — Обязательно справимся.

Я не стал ей врать. Непонимание и осуждение среди студентов и преподавателей будет, и от этого никуда не деться. Но, в конце концов, люди поймут, что между нами настоящие чувства, и смирятся с этим. Ну и, конечно, то, что мой отец — ректор — сыграет нам на руку. Нас, как минимум, не отчислят и не уволят. А с остальным мы справимся.

— До сих пор не могу поверить, что мой отец дал тебе шанс, — хихикнула Лера, поднимая на меня глаза. У меня тут же встал.

— Просто он получше узнал меня и понял, что никто не будет любить его дочку так, как я, — хмыкнул я, притягивая девчонку ближе, чтобы поцеловать как следует.

Глаза Леры расширились. Кажется, я только что признался ей в любви. Странно, что я не сделал этого раньше.

— Я люблю тебя, малыш, — нежно улыбнулся я, кайфуя от того, как стремительно розовеют девичьи щечки. — Всем своим тридцатилетним сердцем, телом и душой. Люблю и никуда не отпущу. Так что тебе придется смириться с этим фактом и переехать ко мне, чтобы я смог готовить тебе завтраки и каждое утро, как мальчишка, признаваться в любви.

Даже на защите докторской я не был настолько убедительным. И ни разу в жизни мой голос не дрожал, как сейчас, от переизбытка чувств. Мне действительно была дорога эта девчонка.

— Дурак! — голубые глаза подозрительно сверкнули. — Если я не убежала от тебя в той самой вип-комнате, то и сейчас уже никуда не сбегу!

Мои губы дрогнули.

— Потому что влюбилась в тебя, тридцатилетнего дурака! — всхлипнула малышка, пытаясь отвернуться. От ее искренности меня прошило насквозь.

— Я такой идиот, что не признался раньше, — пробормотал я, обхватывая ладонями порозовевшее личико. Плед мягко скользнул на пол. Между нашими обнаженными телами не осталось никаких преград. Я чувствовал лихорадочное биение маленького сердечка, видел слезы в широко распахнутых небесных глазах, и со мной происходило что-то необыкновенное.

— Я такой идиот… — как заклинание повторил я и накрыл мягкие губы долгим поцелуем.

Я был мастером формулировать мысли — свои и чужие. Но только сейчас я понял, что чувства не подвластны словам. Это что-то бОльшее. Это то, от чего зажигаются звезды и зарождается новая жизнь. Это космос. Необъятный и непостижимый. Он в каждом из нас. И ты чертов счастливчик, если хоть раз в жизни испытал это. Я сорвал джекпот и уже никогда не буду прежним. Потому что встретил, ту, благодаря которой всем нутром ощутил бесконечность и совершенство нашей вселенной. И я не упущу свою принцессу.