«Если смотреть в корень, то ваши догадки бьют точно в яблочко…» — мысленно хмыкнув, Клейн с солидарной скорбью в голосе тоже вздохнул:

— Искренне уповаю, что обойдется без трагедий.

Чуть погодя, когда чаепитие было в самом разгаре, сыщик улучил идеальный момент и отлучился в уборную. Там он благополучно переправил выкристаллизовавшуюся из мутировавшего флакона Потустороннюю характеристику «Странствующего в сновидениях» прямиком в кучу оккультного хлама.

Когда светский раут подошел к концу и юноша отправился восвояси на улицу Бёклунд, 160, небеса уже наглухо затянуло густым мраком. Газовые фонари по обочинам зажглись раньше положенного, а по стеклам кареты принялась мерно, убаюкивающе барабанить промозглая морось.

«Ныне весь этот клубок проблем намертво стянут вокруг одного-единственного вопроса: какие именно секреты зарыты в руинах „Кровавого Императора“. Если трем великим Церквям удастся вовремя выпотрошить истину, они смогут наглухо перекрыть кислород грядущим катастрофам», — устремив тяжелый взор на расплывающиеся в дождевой пелене уличные огни, Клейн с головой ушел в препарирование политической обстановки. — 'В обозримом будущем, если только мне не посчастливится взять за жабры Катарину, толку от меня будет кот наплакал. А Богиня тем временем по уши увязла в узурпации и переваривании Уникальности «Смерти», и вряд ли сможет ниспослать божественный отклик нужного, эпохального калибра.

«Дабы разрубить этот гордиев узел, остается либо вытягивать из Священного Собора узконаправленный Запечатанный артефакт „0“ класса, либо уповать на Церкви Бурь и Пара — кто из двух истинных божеств соизволит снизойти до вмешательства… Впрочем, даже реликвии нулевого ранга могут дать осечку, как-никак, на той стороне сцены маячит Король Ангелов. Ко всему прочему, в высших эшелонах этих двух конфессий почти стопроцентно затесались предатели…»

Дистанция между особняками номер тридцать девять и сто шестьдесят была до смешного ничтожной. Сыщик еще даже не успел разложить все мысли по полочкам, как экипаж благополучно затормозил у парадных дверей, вынудив его прервать раздумья и шагнуть под дождь.

Поднявшись на третий этаж и только-только изготовившись сменить промокший наряд, юноша внезапно уловил легкий укол духовной интуиции. Прямо из пустоты абсолютно бесшумно соткалась Рейнетт Тинекер, небрежно удерживающая свои четыре златовласые, красноглазые головы.

— От мисс Шарон? — безошибочно угадав отправителя, Клейн протянул руку и принял письмо.

— Да… — глухо отозвалась одна из голов в руках жуткой посланницы.

Клейн не стал сотрясать воздух лишними расспросами. Сноровисто вскрыв конверт, он развернул лист и обнаружил внутри лишь одну-единственную, бритвенно-лаконичную строчку:

«Выступаем сегодня в десять вечера».

Глава 1058

Инструмент

«Десять часов вечера…» Бросив взгляд на застывшую в ожидании госпожу посланницу, Клейн подошел к письменному столу. Развернув чистый лист, юноша вывел:

— Я буду точно в срок.

— К тому же обстановка в Баклунде нынче накалена до предела, так что будьте предельно осторожны и не перегибайте палку.

Написав это предостережение для Шарон, сыщик сноровисто сложил письмо. Следом он выудил из кармана золотую монету вкупе с прямоугольным «бриллиантом», в чьих гранях непрестанно преломлялся свет.

— Это амулет «Вчерашнее эхо». С его помощью вы сможете на краткий миг зачерпнуть мощь у самой себя из прошлого, — с этими словами он протянул Рейнетт Тинекер все три предмета разом.

Одна из златовласых, красноглазых голов, которые жуткая вестница небрежно удерживала в руке, послушно распахнула пасть и намертво перехватила зубами подношение. Оставшиеся три поочередно разомкнули губы:

— С какой… — Стати… — Мне…

— Считайте это авансом, — с неизменной, мягкой улыбкой отозвался Клейн.

Недавнее предупреждение «волшебного зеркала» Арродеса заставило юношу всерьез призадуматься о том, что не помешает подстелить соломку загодя.

Рейнетт Тинекер больше не стала допытываться. Четыре ослепительно прекрасные девичьи головы синхронно качнулись вверх-вниз, имитируя благодарный кивок.

Вслед за этим посланница шагнула в пустоту, бесследно растворившись в спальне.

Клейн бросил мимолетный взгляд в окно. Небеса уже наглухо затянуло ночным мраком, и на улице монотонно моросил мелкий дождь. Сняв сюртук, сыщик передал его личному камердинеру Энъюни.

…………

Без десяти десять вечера. Район Джовуд, одна из улочек, примыкающих к реке Тассок.

Сквозь типичную для баклундской осени и зимы промозглую изморось в переулок свернул наемный экипаж, неспешно покатив по брусчатке.

Внутри салона Эмлин Уайт, небрежно удерживая в руках цилиндр, устремил свои пронзительно-алые глаза на сидящего напротив бледного молодого человека со слегка растрепанной шевелюрой. Чуть изогнув губы в усмешке, вампир поинтересовался:

— Это здесь?

Марич, чья фигура источала легкую, пугающую призрачность, ответил кивком. Указав на стоящее по диагонали здание с лавкой на первом этаже, он произнес:

— Именно.

— Внизу книжный магазин. Владеет им Чарли Рейк, чистокровный лоэнец. Впрочем, в молодости он успел смотаться на Южный континент, слепо грезя о баснословных барышах. Там-то его и взяла в оборот Школа Розы. Присягнув на верность «Скованному Богу», он вернулся в Баклунд, став их цепным псом. Нынче в его обязанности входит сбор агентурных сводок и подпольная поддержка остальных членов секты. В свое время мы долго висели у него на хвосте, всё порывались пустить его в расход, дабы перерезать им канал связи и хоть немного обезопасить собственные шкуры. Однако в финале всё же взяли эмоции в узду и отступились.

Эмлин с легкой улыбкой отозвался:

— И жизнь железобетонно доказала вашу правоту: порой выдержка приносит куда более сладкие плоды.

— Хех, признаться честно, ваши повадки в корне ломают мои представления о «Мстительных духах» из фракции Умеренности. Я грешным делом полагал, что из вас слова клещами не вытянешь.

Марич искоса мазнул взглядом по сидящему напротив вампиру, который, по слухам, уже выбился в виконты:

— У каждого свой характер. А наша умеренность — это лишь способность держать в узде страсти, грозящие перехлестнуть за край.

— Если я не разжую тебе всё в мельчайших деталях, меня начнет грызть тревога: а вдруг ты ни черта не смыслишь, и это пустит под откос весь наш план? И вот тогда моя жажда удержаться в рамках «умеренности» неминуемо обернется фатальным, чрезмерным порывом.

«Звучит, конечно, до одури глубокомысленно, но мог бы и не тыкать в меня пальцем…» — Эмлин вальяжно откинулся на стенку кареты и бросил собеседнику:

— Вернемся к нашим баранам.

Марич вновь устремил взор в окно:

— В услужении у Рейка числится горничная, родом из долины Пас. Тоже сектантка Школы Розы.

— Вдобавок в двух домах аккурат напротив книжной лавки ютятся неприметная вдовушка и один пропоица. Оба — фанатики «Скованного Бога». В критический час они служат для секты запасными