слишком понимающей улыбкой, и когда он, наконец, сообразил, о чем шла речь, продвинулась, давая ему сесть рядом.

— Видишь ли, — Ральфи подогнул ногу и, взяв с кровати сигареты, протянул ей. — В Нью-Йорке у меня была очень скучная работа, но я заработал там много денег. Конечно, не столько, сколько впоследствии принесло кино, но на тот момент достаточно, чтобы купить жилье. За эту квартиру хотели по минимуму, и я просто заплатил, не глядя.

Он поднес Алисе зажигалку и кивнул в сторону освещенного дверного проема ванной.

— Спустя несколько месяцев Чарли пришлось… проверить. До меня здесь жил вполне приличный мужик, врач-терапевт. Знаешь, семейная трагедия, каких тысячи: его дочь изнасиловали, девочка покончила с собой. Док пришел с похорон и повесился вон там, — он наклонился чуть ближе, как будто, проследив за его рукой, Алиса действительно могла хоть что-нибудь увидеть. — На водопроводной трубе под потолком.

Запах кожи, духов и пота снова заполнил собой сознание, и Ральф коротко выдохнул, снова садясь прямо.

— Конечно, трубы я давно поменял, но… Слишком часто видится всякое. Я не знаю, что это, но то, что мне мерещилось… На фотографии, которую показывал Чарли, доктор Олсен выглядел так же.

Вода в ванной продолжала шуметь.

Алиса еще раз глубоко затянулась, прежде чем потушить сигарету.

— Тогда тебе действительно нужен риэлтор, — она отставила пепельницу и посмотрела на Ральфи. — Отвезешь меня после домой?

Даже не приглашение, а очевидное предложение, и Ральфи почти улыбнулся.

— Кстати, — шум воды прекратился, и Чарли появился на пороге. — Что насчет экспертизы?

— Ты и это успел растрепать? — вопрос был адресован Ральфи, но раздражения в голосе Алисы не было.

Она начала вставать, и Чарли в два шага пересек комнату, чтобы подать ей руку.

— Ее сделают, но потребуется пара дней, чтобы никто не попал в неприятности из-за этого.

— А антропологический анализ?

— Ты подозреваешь, что миссис Майлз впала в маразм? — Ральфи поднялся сам и зачем-то отряхнул влажные на коленях джинсы.

Мутное воспоминание о мутном сне подкатило к горлу, но он счел за благо от него отмахнуться.

— Я не знаю. Но ты ведь не хуже меня сечешь разницу между «нет родственников» и «родственники, о которых я не знаю»? Если допустить самый невероятный вариант, при котором в семействе Майлзов был еще один Том, но намного старше, да еще и внезапно решивший навестить родню, получится, что система действительно ошиблась.

— Чарли, сколько лет ты прослужил в полиции? — Алиса села на край кровати и подтянула колено к лицу.

— Семь.

— И сколько раз за эти семь лет система ошибалась?

Бейкер хмыкнул, не найдясь с ответом.

— Ладно, черт с ним, — этот разговор перестал нравится Ральфи сразу же и сейчас был вполне подходящий момент, чтобы его прервать. — Сойдет как есть.

— Думаешь, приличному риелтору этого хватит?

— Я найду приличного, — Чарли потянулся за пепельницей и легко, совсем мимолетно, коснулся плеча девушки. — И неплохо было бы, если бы ты написал на меня доверенность, чтобы тебе не пришлось заниматься этим самому.

— Напишу, — Ральф легко пожал плечами, а потом поднялся, чтобы закрыть окно.

Глава 16

Этот визит к Алисе радикально отличался от предыдущего.

Если в прошлый раз все было быстро и исключительно «по делу», то теперь в холодильнике обнаружилась бутылка вина и свежий, заказанный утром в ресторане, мясной пирог.

А еще в этот раз, отдышавшись, Ральфи не счел нужным прятать глаза в потолок.

Алиса отдыхала, вытянувшись рядом поверх покрывала и скрестив ноги, смотреть на которые было намного приятнее, чем на побелку.

— У меня все не идет из головы то, что ты рассказал о своей квартире.

Дым от её сигареты поднимался вверх, сплетаясь в причудливые узоры в луче солнечного света.

На взгляд Ральфи, они вполне могли бы иметь художественную ценность, но с фотоаппаратом он умел обращаться разве что на уровне бестолкового пользователя.

— Если ты видишь такое, это косвенное, но подтверждение тому, что ты не псих и не ловишь глюки.

— Думаешь, такое действительно можно увидеть? — Ральфи приподнялся на локте, разворачиваясь к ней.

Негромкий голос, иронично-недоверчивый тон.

Он привык говорить об этом так, и пока осторожно прощупывал, можно ли, — и стоит ли, — позволять себе с ней больше.

— Все возможно, — Алиса потушила сигарету и тоже повернулась набок, провела кончиками пальцев по его руке. — Ты лучше, чем кто бы то ни было знаешь, что самые интересные сюжета случаются в реальной жизни. Даже самые невероятные.

— Ты действительно веришь, что я видел призрака или какую-то остаточную оболочку души?

Ральфи искренне пытался улыбнуться, демонстрируя безразличие к теме разговора, и выглядел при этом почти забавно.

— Ты знаешь, — она села, прислонившись спиной к подушке, и уже привычно запустила пальцы в его волосы. — Мне не было трех недель, когда меня нашли на автобусной остановке.

— На остановке? — Ральф приподнялся вроде бы вслед за её рукой.

На деле же — просто вскинувшись, будто не запомнил с прошлого раза её привычку после секса выдавать совершенно неожиданные вещи.

— Ну да, — Алиса дотянулась до пачки и вытащила сигарету для него. — По всей видимости, моя мать, кем бы она ни была, родила от черного и решила, что это чересчур.

— Почему ты думаешь, что черным был твой отец, а не мать? — Ральфи поднес сигарету к лицу, пытаясь свыкнуться с тем, что успел услышать. — Обычная девочка из плохого района. Белый парень…

— Не думаю, — благодарность за эти слова была бы глупой, и она ограничилась еще одним коротким и ласковым поглаживанием по лицу. — В приюте, куда меня отправили, была девочка, намного старше меня. На двенадцать лет. Она почему-то всегда заботилась обо мне. Однажды даже подрались, сильно. Разбила другой девчонке лоб. Мне было четыре или около того, и старшие отбирали у нас конфеты, которые всем давали по выходным.

Алиса улыбнулась так, будто это были самые приятные воспоминания, и закурила сама.

— А потом было плановое медобследование, случайная тупая медсестра, перепутанные анализы. В жизни так не бывает, разве что в индийском кино, — она посмотрела на Ральфи, хотя и без того знала, что он внимательно слушает. — В результате нового обследования выяснилось, что мы генетические родственники. Сестры.

— Так не бывает, — Ральфи перелег, устраиваясь на подушке выше, чтобы удобнее было заглянуть ей в лицо.

— Нет, — теперь уже Алиса развеселилась искренне. — Хотя мы абсолютно не похожи. У нее совершенно европейская внешность. Из чего мы сделали вывод, что черным был все-таки мой отец.

Она стряхнула с сигареты пепел, подумала и потушила, легла затылком Ральфи на плечо.