обещаю. Всё позади. — Вэй Усянь помолчал и добавил, уже засыпая: — Только не уходи. Я хочу поспать. Нормальным, человеческим сном.

Лань Чжань не ответил. Он сел в позу для медитации и сложил забинтованные руки на коленях — так, как сидел бы на ночном дежурстве, охраняя чужой покой.

Вэй Усянь закрыл глаза, и впервые за долгие, мучительные дни он засыпал без страха увидеть багровую бездну и окровавленные лица из прошлого. Вокруг была только тишина, потрескивание лампы и ровное дыхание Лань Чжаня рядом.