мог встречаться с предполагаемым киллером где угодно и не обязан был принимать его в гостях.

Да и информация о владельцах автомобилей тоже ничем не помогла сыщику. Какими бы подозрительными ни считал их Соболев, серьезного криминального прошлого не было ни у одного из них. Двое приятелей Воскобойникова когда-то, в юности, привлекались к ответственности по хулиганке, а один имел условную, давно снятую судимость за кражу. Вот и все. С таким послужным списком эти знакомцы Воскобойникова в серийные убийцы никак не годились.

Да и сам он, как вынужден был признаться себе Гуров, на эту роль не очень-то и тянул. Сыщик вновь подумал, не тратит ли он время зря, потягивая за эту ниточку, но все же решил довести дело до конца.

Когда Гуров закончил анализ информации, в главк вернулся Коробов и сразу же зашел в его кабинет. Он рассказал, что адвокат даже и слушать не захотел о какой-либо помощи в деле о взятке, категорически отказался ввязываться в эту историю. Когда Коробов пообещал ему разоблачить «Янус» и те делишки, которые там вершат продажные полицейские, Лиховцев просто рассмеялся, а затем выставил его за дверь своего кабинета.

Однако подполковник заметил, что от конторы Лиховцева до главка на хвосте у него висела темно-синяя иномарка. Он уже попросил друга из ГИБДД пробить номера и теперь ждал результатов.

— Говори номер. Возьмем эту машинку под контроль, — заявил Гуров и поинтересовался: — Когда у тебя встреча с Воскобойниковым?

Подполковник посмотрел на часы и ответил:

— Через двадцать минут.

— Отлично, — сказал сыщик. — Как закончишь с ним, я его к себе заберу. Нужно проверить кое-что, заодно и подтолкнуть к более решительным действиям, если он на это способен.

Воскобойников оказался на удивление пунктуальным. Трудно сказать, намеренно ли он это сделал или чисто случайно, но в кабинет к подполковнику вошел минута в минуту.

Гуров прекрасно видел и слышал, как проходило общение потенциальной жертвы с возможным палачом.

— Зачем я на этот раз вам понадобился? — Голос Воскобойникова напрямую противоречил утверждению подполковника о том, что расстались они в хороших отношениях.

Впрочем, как успел заметить и сам Гуров, резкие перепады настроения были еще одной характерной чертой подозреваемого.

— Вы же сами заявляли, что конфликт между нами улажен, а уголовное дело по моему заявлению отказались возбуждать, — продолжил Воскобойников, видя, что сотрудник полиции не торопится отвечать на его вопрос. — Кстати, жалобу на ваше решение я все равно напишу и отправлю ее в министерство.

— Как раз по этому поводу я и хотел с вами поговорить, — неторопливо произнес Коробов, удивительно достоверно играя свою роль. — Появилась возможность возбудить уголовное дело по вашему заявлению, но от вас потребуются некоторые шаги.

— Какие именно? — настороженно осведомился Воскобойников.

— Все просто, — сказал подполковник. Я могу изменить свое решение, потребовать возбуждения дела по вашему заявлению, но мне нужен стимул для такого шага. Сейчас вокруг моего имени разыгралась небольшая шумиха. Меня пытаются обвинить в получении взятки. Чтобы этого избежать, мне придется дать ее нужному человеку. Как видите, я с вами предельно откровенен.

— А я тут при чем? — прохрипел таксист.

— У меня, знаете ли, не хватает средств, — ответил подполковник и развел руками. — Вы поможете мне, а я — вам. Все предельно просто и вполне логично.

— Просто?! — прорычал Воскобойников, поднимаясь со стула. — Ты, сука продажная, хочешь меня на бабки раскрутить? Я никогда паскудным ментам на лапу не давал и делать этого не буду! Таких мерзавцев, как ты, нужно просто жизни лишать!

— Ты гонор-то свой укороти! — резко ответил на это Коробов, тоже встав. — Все то, что ты делал, меня ни хрена не касается. Сейчас я тебе говорю, что ты мне деньги должен дать. Так оно и будет! Не хочешь по-хорошему, выйдет по-плохому. В общем, у тебя двадцать четыре часа. Ты мне принесешь сто тысяч рублей или окажешься за решеткой. Если завтра до шестнадцати часов денег у меня не будет, то пятью минутами позже у тебя в машине, в кармане или на хате наши сотрудники найдут приличное количество героина, и сядешь ты, сука, лет на десять минимум. Я ясно выражаюсь?

Дальше Гуров слушать не стал. Он счел, что это лучший момент, чтобы вмешаться в разговор Коробова с Воскобойниковым, и вышел из своего кабинета. До двери соседнего помещения было лишь несколько секунд ходу, но сыщик боялся, что все равно не успеет и до его появления подполковник и таксист вновь сцепятся друг с другом. К счастью, этого не произошло.

— Илья Степанович, вы еще не закончили с гражданином Воскобойниковым? — спокойно поинтересовался Гуров, заглянув в кабинет.

Собеседники повернулись к нему. Их лица были искажены одинаковой яростью.

— Нет, Лев Иванович, не закончил. Что вы опять хотите? — слишком уж резко проговорил подполковник, оставаясь в роли.

— Мне нужно задать несколько вопросов Леониду Федоровичу относительно того дела, которое я веду, — спокойно ответил сыщик. — Гражданин Воскобойников, как закончите беседовать с подполковником, пройдите в мой кабинет, пожалуйста. Если позабыли, то он чуть дальше по коридору.

— Я думаю, мы с гражданином начальником уже закончили, — сказал Воскобойников, в упор посмотрел на Коробова и спросил: — Не так ли?

— На сегодня закончили. А вот завтра мы продолжим наш разговор, — рыкнул в ответ подполковник.

— Вот и хорошо, — сказал Гуров. — Леонид Федорович, пройдемте со мной. — Они с Воскобойниковым вышли из кабинета, и сыщик спокойно поинтересовался: — А вы разве не закончили решение своего вопроса с Ильей Степановичем?

— У него теперь другие вопросы ко мне появились, — проворчал таксист. — А вам что от меня нужно?

— Сейчас я все объясню, — бесстрастно ответил сыщик. — Думаю, много времени у вас наша беседа не отнимет.

Гуров намеренно решил выдержать паузу, поэтому делал все чрезвычайно медлительно, стремясь усугубить раздражение, и так уже вовсю кипевшее внутри Воскобойникова. Сначала он пропустил таксиста в кабинет и прошел мимо него к своему столу. Однако Лев Иванович тут же вернулся и выглянул за дверь, словно проверял, нет ли кого за ней. Затем он закрыл ее на замок, пару секунд постоял словно в раздумьях, вернулся к столу, достал из ящика папку с бумагами и пару минут делал вид, будто внимательно изучает их.

Наконец-то Воскобойников не выдержал и нетерпеливо спросил:

— Так что вам от меня понадобилось?

— Видите ли, уважаемый Леонид Федорович, у меня появилась довольно щекотливая информация, касающаяся непосредственно вас, — задумчиво проговорил сыщик, отрывая голову от изучения бумаг и пристально вглядываясь в лицо таксиста. — Даже не знаю, как ее расценивать. Возможно, это всего лишь оговор или ошибка. Но не исключено,