прямиком в зону поселения. Затем пришлось активировать защитные кристаллы на других сотах, и помочь всё тому же Михаилу Потапычу увеличить ранг. Зверь, осознав, какую площадь ему теперь предстоит контролировать, чуть не впал в депрессию. Я бы тоже впал, учитывая, что хозяину только в один конец подконтрольной территории идти несколько дней.

Всё это не принесло мне ни достижений, ни очков опыта, лишь осознание, что одной проблемой на время стало меньше. Ну и ещё протокол Жизнь с моей подачи развел на наших сотах бурную деятельность, увеличив поголовье зверей в несколько раз. Причем тех зверей, что жили на Земле до прихода Системы.

Особо важным за прошедшие сутки был разговор во время собрания. Количество людей, решающих судьбы жителей, увеличилось до двадцати пяти — на каждой соте теперь находился мой наместник, который отвечал за благоустройство и безопасность дорог, иных объектов, а так же следил, чтобы на подконтрольной территории не происходило чего-то незаконного.

Так что теперь правящий костяк клана «Васильки» представлял собой почти мужской коллектив, который был разбавлен лишь шестью дамами. Впрочем, в наше далеко не мирное время так было правильнее.

— Итак, товарищи. — произнёс я, когда все доклады были заслушаны, и мы по ним приняли необходимые решения. — Все вы знаете, что сегодня я поднял ранг нашего поселения до уникального. Все жители, не побоюсь этого слова, города Васильков получили редкое или улучшенное достижение. И теперь у нас есть возможность заселить сюда всех, кто сейчас проживает в старом городе. Так вышло, что соседнее старое село автоматически оказалось в черте нашего, к-хм, города, так что нам осталось определить, каким образом мы привлечём внимание тех, кто ещё не осознал всей глубины ямы, в которой мы очутились вместе с планетой. Людмила, ты сказала, что на текущий момент у нас около пяти тысяч бездельников, большая часть из которых наотрез отказывается трудиться хотя бы на благо самих себя. Неужели они настолько безнадёжны?

— Ну, если начать применять силу, урезать им пайку, то половина из них одумается через несколько дней. — ответила моя подруга, и по совместительству наш экономист, плюс теперь уже мэр города. — Вторая половина тоже станет работать, но всё это из-под палки, и нам придется тратить ресурсы на поддержание порядка.

— Значит балласт. — озвучил я то, о чём все думали, но говорить не решались. — И в связи с тем, что у нас по факту военное положение, всем бездельникам будет предложено или трудиться в течение семи недель в поте лица, без права на блага цивилизации. Вплоть до начала вторжения чужаков. Ну, или отправиться на соседнюю соту, где никто не помешает им строить демократическое будущее.

— Но ведь по морю нельзя перемещаться большими группами. — напомнила Людмила.

— Эту проблему я решу. Главное — убедить их, что выбор сделать они обязаны, иначе их попросту вышвырнут в море. — пришлось озвучить мне третий вариант, ожидающий бездельников. — А, ну и не забываем — всех несовершеннолетних оставляем здесь, у них нет права голоса. Это тоже доведите до наших «демократов». У нас теперь жесткий диктаторский режим, подкреплённый грубой силой.

— У некоторых есть родственники, уже проживающие в посёлке. — опять напомнила мне подруга, что простых решений не бывает.

— Если эти родственники согласятся трудиться в два раза больше за каждого бездельника, то смогут оставить его при себе. — ответил я. — С условием, что берут на себя всю ответственность за действия нахлебника. Петрович, подготовь катер и грузовое судно, ну и команды на оба борта. Думаю, тысяча другая всё же захочет покинуть нас. На этом сегодняшнее заседание считаю завершённым. Ну и не забываем, что завтра я могу исчезнуть на сутки, поэтому не теряем меня, занимаемся каждый своим делом, помогаем друг другу. На этом всё.

Поднявшись из-за стола, сразу же направился к лестнице на второй этаж. Кто-то попытался окликнуть меня, но я, не оборачиваясь, постучал указательным пальцем по своей голове, дескать — пиши, клановый чат работает всегда. Во всяком случае в пределах планеты. Всё, хватит на сегодня работы. Душ, и спать.

* * *

Меня разбудили ночью. Боец, дежуривший на пункте наблюдения, две минуты назад получил предупредительный сигнал со спутника, подключился к нему, и обнаружил, что к нашему клочку суши на полном ходу движется здоровенный сухогруз, загруженный контейнерами. Посчитав, что судно представляет серьёзную угрозу, сразу же сообщил, что информацию следует передать командиру. Так уж повелось, что ко мне все предпочитали обращаться именно таким образом.

— Драйвер уже готов к вылету. — сообщил мне Механ, едва я выскочил на улицу. Драйвером у нас стали называть гравилёт, за его способность закладывать такие виражи, что аж дух захватывало.

— Тогда выдвигаемся. — ответил я.

Полёт занял два часа — за это время гигантское судно значительно приблизилось к нашим берегам, и стало ясно — мимо не пройдёт, целенаправленно движется к суше.

Напрягало, что гигантский сухогруз не подавал никаких признаков жизни — разведывательный дрон и спутник не засекли никакого движения на палубе. Решив, что реальной угрозы эта железная махина нам не представляет — ограничение в пятнадцать существ на один корабль или судно работало для всех. Ну, почти. К тому же, если на нас собираются напасть, у врага будет понижение на ранг, и это станет решающим в схватке с неизвестным противником.

— Ждём. — приказал я, и добавил, обращаясь к майору: — Алексей, фрегат скоро выйдет на убойную дистанцию? И что с бронетехникой?

— Бронетранспортеры и тягачи с артиллерией на подходе, фрегат выйдет в заданную точку через пять-семь минут. — доложил Андреев. — Арту сразу развернем по берегу, БТРы придержим, вдруг в последний момент противник сменит курс. Можем не успеть.

— Отлично. — порадовался я. Волнения не было — мы уже несколько раз проводили подобные учения, и в целом хорошо подготовились к отражению вражеского вторжения. Однако мне всё же хотелось понять, кто к нам пожаловал. И потому, когда кораблю оставалось до побережья около двух километров, я призвал элементаля воздуха. Чтобы сразу отдать приказ:

«Посети вон то судно, узнай, кто на борту. Если там не люди, уничтожь их»

«Слушаюсь, хозяин»

Потянулись минуты ожидания. Сухогруз шёл прямиком на сушу, словно у него заклинило рули, и это стало напрягать. Что-то было не так с этим гигантом.

Ответ от духа пришёл, когда судно преодолело две трети от оставшегося расстояния:

«Хозяин, это живой металл!