— Ты понимаешь?

Закусив губу, она кивнула. Уголки моих губ изогнулись, я сжал соски сильнее, мой член дернулся о ее живот.

— Нравится, когда я груб, mi alma? — Я провел руками по ее бокам, ложась на живот, размещаясь так, чтобы мое лицо оказалось прямо между ее бедер.

— Да, Тео, только, пожалуйста, перестань мучить меня... — прошипела она, когда я провел носом по внутренней стороне ее бедра.

Я заглянул ей в глаза, выдыхая прямо на ее клитор. Она зажмурилась и застонала, стоило кончику моего языка скользнуть по ее складкам. Она попыталась отвернуться и зажать мою голову ногами, но я развел их шире.

Я закинул ее ноги себе на плечи, приподнял ее ягодицы и наклонился. Подразнив ее заднюю дырочку, я провел языком дорожку вверх и вошел в нее языком.

Я сжал внутреннюю сторону ее бедер, продолжая свою атаку, и она дергалась навстречу моему лицу, прижимая ноги к моей голове так сильно, что я почти задыхался. Но я не собирался жаловаться. Умереть, поедая ее, было бы милосердием.

— Вот так, mi alma, оседлай мой рот. Я хочу, чтобы ты залила мое лицо, чтобы все знали, что мое место между твоих ног.

Я опустил ее бедра и одной рукой прижал к матрасу, обхватывая губами ее клитор и запуская внутрь пальцы свободной руки.

Она извивалась подо мной, водя бедрами по моему лицу, ее киска была моим единственным источником питания, пока мой язык слизывал ее возбуждение.

— Ты слышишь это, mi alma? — произнес я, отрываясь, чтобы вдохнуть воздуха, и добавляя второй палец.

Звук того, как ее киска жадно глотает мои пальцы, был единственным шумом в комнате. Влажное чавканье ввергло меня в первобытное состояние, и я снова нырнул в нее, как голодающий человек, ждущий последней трапезы, жадный до ее вкуса.

Я согнул пальцы внутри нее и прикусил набухший клитор. Ее спина выгнулась, пятки вонзились в мои лопатки.

— Я кончаю. О Боже, Тео, я кончаю...

— Вот так, София. Отдайся мне. — Я удвоил усилия, пока не почувствовал, как она кончает мне в рот с криком, вжимаясь киской в мое лицо и судорожно сжимая пальцы внутри себя.

Я зарычал прямо в ее киску, ее вкус затопил мои вкусовые рецепторы, мои чувства растворились в ее сладости. Мои пальцы и язык продолжали двигаться, пока я не почувствовал, как она обмякла на моем лице.

— Твоя киска на вкус даже лучше, чем я помнил, — простонал я.

Подняв голову, я обнаружил, что мой рот и борода измазаны ее соками. Взгляд, которым она меня одарила, стал ударом под дых. Она смотрела на меня, лицо ее было таким же диким, как мое, дыхание сорвано, а зрачки расширены от похоти.

— Поцелуй меня.

Я приподнялся, обрушиваясь на нее всем весом, ухватил ее за затылок и впился в ее губы поцелуем. Она ответила с не меньшей яростью, слизывая с моего языка собственное возбуждение, из-за чего в моей груди зародился низкий рык.

Я перетащил ее руки над своей головой, образуя цепь вокруг моей шеи. Я застонал долго и глубоко в ее рот, когда она сжала меня сильнее, прижимая свое тело к моему, а мой член устроился у ее киски.

Она застонала, терлась о его длину, поглаживая меня так, будто пыталась дрочить моим собственным членом. Чуть отстранившись, она прижалась лбом к моему, ее тяжелое дыхание обжигало мои губы.

— Моя киска на вкус еще лучше у тебя во рту, — прошептала она мне в губы.

Святые небеса. Я чуть не кончил прямо здесь и сейчас.

Я наклонился над ней, давая себе больше места, чтобы вонзить язык в ее рот, целуя глубже и сильнее. Она принялась посасывать его, подстраиваясь под ритм движений.

— Трахни меня, — выдохнула она, быстрее потираясь клитором о мой член. Мое дыхание участилось, мои руки сжимали каждый дюйм ее тела, который могли найти.

Я схватил ее за ягодицы, а затем перехватил за бедра, двигая ее взад-вперед по моему члену, следя за тем, чтобы ее вход и клитор скользили по всей длине.

— Тео, пожалуйста. Я хочу, чтобы ты меня трахнул, — прошептала она.

Я снова уложил ее на спину, и она уже собиралась возмутиться, когда я завел руку за голову, убирая ее руки и принимаясь развязывать ее.

— Знаю, ты хочешь мой член. Поверь, я хочу быть внутри тебя ничуть не меньше. Но я хочу чувствовать твои руки на себе, когда буду трахать тебя.

Освободив ее, я бросил кожу на пол рядом с кроватью и поднес ее покрасневшие запястья к губам, легко целуя их.

— Больно? — спросил я, проводя большими пальцами по красным следам, где кожа натирала ее запястья.

Она покачала головой и закусила нижнюю губу. Я потянул ее за подбородок, освобождая губу от зубов:

— Нет, mi alma, твои слова.

— Я в порядке. А теперь перестань задавать вопросы и уже трахни меня? — бросила она с вызовом, хватая меня за задницу и вонзая ногти в плоть, притягивая ближе.

Я усмехнулся и навис над ее телом, прижимаясь лбом к ее лбу, наши взгляды встретились.

— Рад видеть, что ты все еще здесь.

Мои легкие замерли от выражения ее лица, а губы приоткрылись напротив моих. Я взял ее руку и переплел наши ладони на своем члене, качая его вверх-вниз по ее щели, собирая ее влагу, прежде чем опустить обратно и совместить себя с ее входом, слегка подталкивая головку внутрь.

Она резко вдохнула, и мы оба опустили взгляд вниз, наблюдая, как я впервые за столько лет скольжу внутрь нее, пока не остановился на полпути.

— Посмотри, как твоя киска обхватывает мой член, — произнес я, издавая сдавленный стон. Мы оба наблюдали, как мой ствол блестит от ее возбуждения, ее киска скользит по члену, когда я вытягиваюсь, а кончик все еще остается внутри.

— Я, блять, обожаю смотреть, как твоя киска всасывает мой член, — простонал я, вводя его обратно, на этот раз чуть глубже.

Я совершенно забыл, каково это — когда твое тело охватывает огонь, и я был более чем счастлив позволить ей поглотить меня.

Я впился зубами в ее гладкую кожу на шее, собирая всю оставшуюся волю в кулак, чтобы не кончить в ту же секунду, когда она сжалась вокруг меня. Ее мокрая киска ощущалась на члене просто божественно.

Крепко ухватив ее за бедро, я выскользнул почти полностью, провел головкой по опухшему клитору и резко вонзился обратно, на этот раз почти до самого основания.

Наши губы