Он с силой погрузил язык внутрь меня, и я тяжело задыхалась, а сердце колотилось.

— Пожалуйста, — задохнулась я, пока он продолжал трахать меня им.

Я была настолько мокрая, что чувствовала, как возбуждение собирается лужицей между бедрами. Я балансировала на краю оргазма, но вместо того, чтобы погрузиться глубже, все резко прекратилось.

— Первый раз ты кончишь на моем члене. Затем ты сможешь кончить мне в рот, оседлав мое лицо.

26. Тео

— Пожалуйста, — вскрикнула она, и звук ее просьбы прозвучал для моих ушей пленительной гармонией.

Моя София. Умоляет меня о большем.

Закрыв глаза, я водил ладонью по болезненно твердому члену, представляя все то, что теперь мог с ней сделать. Я все еще не мог уложиться в голове мысль, что она здесь. Передо мной. Голая и желающая, чтобы я делал с ней все, что захочу.

Я искал ее годами, и меня доводило до безумия ощущение, что в ту ночь я зашел слишком далеко, желая ее сильнее, чем следовало.

В мои обязанности входило защищать ее, а не влюбляться.

Но она стала моей в ту самую секунду, как я впервые ее увидел. И осталась ею спустя семь лет. Даже будучи замужем за другим.

Она разбила мне сердце столько лет назад, и возвращение ее в мои объятия постепенно исцеляло его, кусочек за кусочком.

И, блять, как же я хотел большего.

Больше этого. Больше нас. Больше ее.

Я едва мог дышать, когда наконец получил возможность беспрепятственно любоваться ею. Я окинул взглядом ее тело, вынашивая планы насладиться ею сполна. Эта гладкая загорелая кожа. Эта пышная грудь, с темными сосками, так жаждущими ласки. Эти изгибы и эта сочная, обнаженная киска, умоляющая, чтобы ею полакомились.

Чертовски красивая. И черт побери, этот запах.

Он опьянял. Она опьяняла. Я едва держался из последних сил.

Сама мысль о том, чтобы погрузиться в ее текущую киску, заставляла мой член дергаться, а яйца сжиматься еще сильнее.

Я медленно поднялся, лаская ее покрасневшую кожу и разглаживая ее. Я обхватил рукой ее мягкий живот, а свободной рукой провел вверх по позвоночнику, пока пальцы не запутались в ее локонах, сжавшись в кулак.

Усилив хватку, я потянул за пряди, ее спина выгнулась, когда я приподнял ее, прижимаясь грудью к ее спине. Мой член твердо упирался в шов ширинки, отчаянно ожидая освобождения.

Я устроился подбородком в изгибе ее шеи и заставил прижаться к моему плечу.

— Te ves tan jodidamente hermosa cuando me suplicas,35 — произнес я, опуская руку с ее живота ниже, и мой безымянный палец скользнул по щели ее киски, слегка заходя внутрь и снова дразня ее вход.

— Пожалуйста, Тео, дай мне кончить, — всхлипнула она, толкаясь навстречу моему пальцу, три точки татуировки исчезали между ее дрожащих ног.

Скоро я найду способ пометить ее.

Я на мгновение вонзил кончик пальца внутрь, прежде чем вытащить его. Ее руки взметнулись назад, пальцы вцепились в мои бедра, агрессивно притягивая меня к себе.

— Тео, клянусь, если ты не...

Я больше не мог ждать. Мне нужно было оказаться внутри нее.

Тело гудело от голода, я ослабил хватку на ее волосах, чтобы развернуть ее, прерывая ее предупреждение. Мои руки скользнули по задней стороне ее бедер, чтобы поднять ее, и ее ноги инстинктивно обвились вокруг моей талии, ее бедра качнулись навстречу мне в коротком толчке.

Уложив ее на кровать, я откинул ее на спину, желая исследовать ее. Мои пальцы впились в ее бедра, раздвигая их так широко, как только возможно, чтобы я мог смотреть на нее.

Мои глаза не знали, куда смотреть в первую очередь. Взгляд скользнул вниз, обрисовывая контуры ее тела. Слабый шрам на левом боку подтверждал: это моя София. Мои руки скользнули по ее талии, и я наслаждался тем, как прекрасно она ощущается под моими ладонями.

— Блять, ты идеальна. Посмотри, как твоя влажная киска плачет по мне. — Мой член так сильно натягивал ширинку брюк, что я был на грани срыва.

Ее дыхание участилось, и она заерзала под моим пристальным взглядом.

— Доверяешь мне? — спросил я ее.

— Да.

Ее немедленный ответ был электрическим разрядом прямо в сердце, заставляя его биться сильнее, расцветая под ребрами.

Я поцеловал ее в губы, затем потянулся за ремнем, который уронил на кровать ранее.

— Руки, — приказал я, и она подчинилась, поднимая их ко мне.

Я поднес ее руки к своим губам, нежно поцеловал ее раненую руку, убедившись, что бинт надежно закреплен. Я поднял взгляд на нее и выждал мгновение, вдруг она передумает. Затем я начал обматывать кожу вокруг ее запястий.

Я приготовился к тому, что она остановит меня, но она этого не сделала. Она просто продолжала смотреть на меня, сосредоточенно изучая мои движения, наблюдая, как я туго затягиваю ремень — приковывая ее.

Зафиксировав их, я отступил на шаг, стянул через голову надетую на меня футболку и отбросил ее в сторону. Ее взгляд задержался на моем теле, пока я сбрасывал брюки, за которыми мгновенно последовало нижнее белье.

Ее глаза расширились, когда мой член освободился, ее пронзительный взгляд был прикован к нему. Губы приоткрылись, кончик языка выскользнул и провел по губам, и мое воображение тут же подбросило картинки того, как прекрасно они будут смотреться обхватившими мой член.

— Глаза выше, София.

Она собиралась бросить в меня колкое замечание, когда я направился к ней, ее дыхание участилось с каждым моим шагом.

Забравшись на кровать, я оседлал ее, пристроившись сверху и зажав ее бедра своими. Подняв ее связанные руки над головой, я прижался губами к ее уху и втянул мочку в рот.

— Держи их там, — прошептал я ей на ухо, прежде отстраниться. Она слегка поморщилась, когда грубая кожа ремня впилась в ее запястья.

Она выгнула бровь.

— Ты собираешься трахнуть меня или нет?

Я усмехнулся и переместился, усаживаясь на собственные пятки.

— Терпение, София.

— О, пошел ты, Тео, — фыркнула она и заерзала подо мной.

— Лежи тихо, София. Я трахну тебя очень скоро.

Я провел пальцами по мягким синякам, оставленным моими зубами ранее на ее груди, — явное доказательство того, кому она теперь принадлежит.

— Посмотри, как легко твоя кожа принимает мои метки. Ты принадлежишь мне, София. И я собираюсь забрать то, что по праву мое.

Я дернул за ее соски, скручивая их между большим и указательным пальцами. Она запрокинула голову, судорожно втянув воздух, пытаясь