/ 26 марта 1995 года, г. Сан-Паулу, гоночная трасса Интерлагос /

Находившийся на стартовой маршал прямой поднял табличку с надписью «10 min.». Почти одновременно с этим раздался пронзительный протяжный гудок, временно перекрывая даже шум трибун. Подготовка к гонке подходила к концу, скоро отсчёт оставшегося времени завершится, и машины отправятся на прогревочный круг, после которого снова займут свои позиции для старта в первом Гран-при нового сезона.

Джеймс передал Йосу гоночный шлем, который держал в руках, пока тот надевал наушники и специальный подшлемник из негорючего номекса. Окраска красно-бело-синего шлема от Arai (1) была стилизована под цвета голландского флага, благодаря чему можно было легко понять, кто именно за рулём болида — и не нужно стараться высматривать цвет камеры или пытаться разобрать в номер на носу машины.

Ферстаппен благодарно кивнул Коллинзу, надел шлем и стал тщательно затягивать подбородочный ремень, надёжно фиксировавший шлем. В гонке поправить положение или подтянуть ремешок амуниции не будет возможности — потому пилоты подходили к этому вопросу предельно серьёзно.

Особенно близко с гонщиками команды Джеймс не взаимодействовал, но бешеный темперамент Йоса уже ощутил — тот за словом в карман не лез, а если был в чем-то не согласен с тем же Полом, то ругался как амстердамский портовый грузчик, не выбирая выражений.

Лишь определённая скудость словарного запаса — Ферстаппен использовал всего семь основных ругательств из которых особенно уважал золотую троицу — Fu-Mo-Сu (2) — весьма огорчала Джеймса. Он, как истинный британец, осуждал тех, кто не пользуется всей матерной силой английского языка.

Педро-Паулу Диниц, стартовавший прямо перед Йосом с двадцать четвёртой позиции, помахал трибунам и те взорвались радостными криками, приветствуя соотечественника. Поддержка болельщиков на Интерлагосе была просто сумасшедшей. Торсида (3), раскрасившая автодром в жёлто-зелёные цвета национального флага, болела с душой, со страстью — вокруг трассы постоянно гудел единый живой организм, реагировавший на всё происходившее синхронно, будто в едином порыве.

Единственный момент, когда на трибунах установилась полная тишина и все восемьдесят тысяч болельщиков, как и гонщики, и весь персонал команд, умолкли — это когда объявили минуту молчания в память о погибшем год назад «Волшебнике», Айртоне Сенне.

Так как мобильная подставка для шлема в лице Джеймса более не требовалась, он поспешил в сторону боксов, с любопытством наблюдая за работой механиков других команд. Везде происходило абсолютно одно и то же — инженеры завершали последние проверки и инструктажи пилотов, механики увозили ненужное оборудование, снимали машины с домкратов и заводили их, подготавливая к старту.

Джеймс услышал очередной сигнал, означавший, что начала прогревочного круга осталось три минуты, а всему персоналу необходимо покинуть стартовую прямую и ускорился, торопясь вернуться в боксы — тем более, что Simtek, как предпоследняя команда прошлого чемпионата, занимала почти самый дальний от въезда гараж.

Забежав в гараж, Джеймс плюхнулся на металлический раскладной стульчик, пытаясь отдышаться. Успокоив дыхание, он натянул обязательную для всех механиков балаклаву из негорючей ткани, защитные очки и противошумные наушники, после чего вслед за остальными членами пит-бригады припал взглядом к экрану телетрансляции, где на фоне отправляющихся на прогрев машин как раз показывали порядок пилотов на стартовой решётке.

Расстановка пилотов и команд на старте соответствовала внутреннему пониманию Джеймса относительно силы команд в этом сезоне. За личный титул будут бороться Дэймон Хилл и Михаэль Шумахер, занявшие на старте первое и второе места. За Кубок конструкторов поборются их же команды, Williams и Benetton — с известным Коллинзу, благодаря послезнанию, результатом.

В спину им дышит Ferrari, в полном составе занявшая третий ряд стартового поля. Отставание заметное, но именно итальянская команда может претендовать на победы и подиумы в тех гонках, где лидеры оступятся. Совсем рядом, по идее, должен быть и McLaren, больше соперничая с «красными жеребцами», чем с Williams и Benetton.

А вот насчёт средней и нижней части пелотона в голове у памяти молодого человека не осталось абсолютно никаких воспоминаний. Оно и логично — мало кто помнит кого-то, кроме победителей. Даже вице-чемпионов он мог припомнить только для некоторых сезонов, когда борьба за победы и чемпионат была равной и ожесточённой. Как, например, в прошлом, 1994 году.

Ligier, Jordan, Sauber и Tyrrell будут вместе составлять среднюю группу и подбирать редкие очки в случае проблем у четырёх топ-команд. Насчёт команды Кена Тиррелла, Джеймс не был особо уверен — он точно знал, что к 2000-му году этой «конюшни» уже не существовало, но когда точно начнётся их падение в глубины пелотона Коллинз не помнил.

Всем остальным — Footwork, Forti, Minardi, Pacific и, увы, Simtek, не способным составить реальную конкуренцию топовым и средним командам в борьбе за очки — останется лишь надеяться на чудо или благоприятное стечение обстоятельств. И то, возможно, порядок их классификации по итогам чемпионата будет определяться не по набранным очкам — потому как в графе «набранные очки» будет стоять жирный прочерк — а по наивысшему месту на финише в одной из семнадцати гонок сезона.

Между тем машины вновь занимали свои места на стартовой решётке, закончив круг прогрева. Только одно место на нечётной стороне в середине пелотона осталось пустым — судя по всему, кто-то сошёл ещё на прогревочном круге, что хоть случалось и не так уж редко, но было скорее исключением.

Машина безопасности остановилась позади замерших на позициях болидов, после чего маршал, ожидающий с зелёным флагом за последней позицией, интенсивно размахивая полотнищем, пересёк трассу в направлении боксов и таким образом подал сигнал — всё готово к старту.

Буквально через несколько секунда на сдвоенном светофоре загорелись красные огни, подавая сигнал «приготовиться». И почти тут же погасли, а вместо них зелёным загорелась другая секция. Старт!

* * *

По резко усилившемуся рёву двигателей Джеймс понял, что гонка началась. Телевизионная трансляция запаздывала на пару секунд и на экране телевизора машины только срывались со своих мест, уходя на первый — из предстоящих семидесяти одного — круг дистанции.

Старт прошёл без инцидентов. Шумахер лучше среагировал на сигнал светофора и уже к первому повороту без особой борьбы обогнал занимавшего поул-позицию Деймона Хилла.

Несколько обгонов в средней части пелотона тоже прошли чисто, только Оливье Панис не поделил трассу с Юкио Катаямой. В столкновении с японцем он сломал себе переднюю подвеску, так что уже через несколько поворотов припарковал свой Ligier у ограждения. Француз стал первым из сошедших непосредственно в гонке — и присоединился к