на землю. Но через мгновение поднялся и потащил бесчувственного Джонса на безопасное расстояние от здания, превратившегося в пылающий очаг.

И тут…

– Так тебе всё же удалось сбежать, Нед! – раздался совсем рядом с ним резкий голос.

Марлин пошатнулся и обернулся. На него мрачно надвигался доктор Фейлор, его худое лицо казалось зловещим в свете прыгающих языков пламени.

– Фейлор! – прохрипел Марлин. – Так это ты вызвал взрыв и пожар!

Фейлор коротко кивнул.

– Да. Я сделал это, чтобы помешать тебе продолжать работу, чтобы уничтожить и тебя, и твой аппарат. Для этого я принёс в подвал наспех сконструированную зажигательную бомбу.

– И слава богу! – воскликнул потрясённый Марлин. – Взрыв произошёл как раз вовремя. Я создал робота, собиравшегося убить нас и создать массу других таких же, чтобы ограбить Землю и лишить её радия. – Он протянул трясущуюся руку к старшему коллеге. – Ты был прав, Фейлор. Твои опасения, что совершенно чуждая раса должна иметь враждебные цели, оказались верными! Теперь я понимаю, что существа из разных миров не могут встретиться по-дружески, как не может подружиться человек со смертельно ядовитым насекомым. Но… что ж, я понял это слишком поздно!

Лицо доктора Фейлора расслабилось, он взял Марлина за руку. На его лице появилось облегчение.

Здание лаборатории теперь представляло собой один громадный костёр, красные языки пламени рвались в ночное небо. Двое, стоявших рядом с ещё не пришедшим в сознание Джонсом, уставились странными взглядами в ревущий огонь, где сгорел робот, раб непостижимых инопланетян из неведомой космической дали.

Затем Фейлор поднял голову и посмотрел на юг, в звёздное небо, на точку между сверкающими звёздами Стрельца и смутным созвездием Змееносца.

– Нам остаётся молить бога, – прошептал он, – чтобы Они не нашли другого экспериментатора, что прислушается к их посланию и, обманутый, создаст для Них рабов на Земле. Дай бог, чтобы тайна «космического шёпота» навсегда осталась тайной для всего остального мира.