— Так бесит, когда ты говоришь правильные вещи и даешь дельные советы.

— Тебя еще бесит и то, что я чертовски хорошо выгляжу в любое время суток, — подмечаю я с дразнящей улыбкой.

Она предсказуемо закатывает глаза, но все ее тело расслабленно прижимается к моему.

— Вот сейчас тот самый момент, когда тебе полагается предложить купить мне выпивку.

— Вообще-то, разве не ты должна покупать мне выпивку? — спрашиваю я, облокачиваясь на стойку бара. — Как-никак, именно я сегодня забил победный гол.

Ее губы по-прежнему подергиваются в улыбке.

— Ну да, только вот Кэмерон при этом отразил штук тридцать…

Я издаю напускной недовольный рык, и она взрывается звонким смехом. Этот звук настолько чистый и сладкий, что любое раздражение из-за того, как чертовски круто Кэмерон сегодня защищал ворота, мгновенно испаряется.

До появления Майи моим любимым звуком на свете была сирена, объявляющая о забитом голе. А теперь? Теперь это ее беззаботный, искренний смех.

И пока Марк не позвонил мне и не рассказал о разговоре с ассистентом тренера «Дьяволов», зародив в душе искру надежды, я был уверен, что ухвачусь за эту возможность без малейших колебаний.

Но теперь у меня появились вопросы.

Например: станет ли Майя рисковать и связываться с парнем, который, возможно, очень скоро уедет из этого города?

Глава 19

Майя

Какого черта мой бутерброд звонит?

На другом конце космического корабля Кеннеди превратилась в морское существо с мерцающей чешуйчатой кожей и тремя светящимися фиолетовыми глазами. Но то, что мой роллы с пастрами никак не перестанет выдавать это дурацкое «дзинь-дзинь», волнует меня гораздо больше, чем способность лучшей подруги менять обличье.

Прежде чем мне удается докопаться до сути, сновидение разбивается вдребезги, словно стекло, и реальность обрушивается на меня со всей деликатностью товарного поезда. Я глухо стону, уже мысленно планируя медленную и мучительную смерть того гада, который решил прервать мой законный выходной — особенно после того, как я просидела допоздна, корпя над домашним заданием по писательскому мастерству.

Ваши персонажи провели ночь без сна. Напишите, почему это произошло и как они справляются с бессонницей.

Вся ирония этого задания доходит до меня незамедлительно.

Перевернувшись на другой бок, я наощупь ищу телефон и сдвигаю ползунок ответа со всем энтузиазмом похмельного ленивца.

— Что?

— Черт. Я тебя разбудил?

Я тру кулаками заспанные глаза.

— Если сейчас еще нет полудня, то да.

Низкий, бархатистый смешок выдает звонящего с головой.

— Прости, Фасолинка, но у меня к тебе огромная просьба.

Рокочущий тембр голоса Коула действует не хуже трех чашек крепкого кофе. Все мое тело мгновенно приходит в тонус.

Запустив пятерню в растрепанные после сна волосы, я опираюсь спиной о подушки.

— Ладно. Что стряслось?

— Ты не могла бы посидеть с Гусем? Его сиделка заболела и не сможет с ним остаться, а мне уже через несколько часов нужно выезжать в аэропорт. Я позвонил запасной сиделке, но…

— Коул, — перебиваю я его, зажмурив глаза. — Для такого количества информации еще слишком рано. Я посижу с Гусем. Без проблем.

Если оценивать масштаб одолжения, то это сущие пустяки. Однажды Кеннеди попросила меня об услуге, которая в итоге обернулась тем, что меня насильно притащили на двойное свидание в дом с привидениями. У моего «кавалера» оказался стеклянный глаз, который он то и дело шутки ради вытаскивал из глазницы.

— Тебя это точно не сильно обременит? — продолжает Коул. — Меня не будет всего одну ночь.

— Меня все устраивает.

Тяжелый вздох облегчения доносится из динамика.

— Я уже говорил, что ты лучшая? Потому что ты просто лучшая.

— Ну еще бы, — фыркаю я. — Не строй из себя такого удивленного.

Он тихо смеется.

— Ты не против пожить у меня? Гусь отлично вел себя в твоей квартире, когда я был рядом, но я переживаю, что он начнет нервничать, если меня не будет дома.

Я вытягиваю ноги во всю длину, наслаждаясь этим ощущением.

— Да, без проблем, у тебя ведь есть гостевая комната?

— Тебе стоит сразу привыкать к моей постели, Майя, — произносит он с отточенной, привычной соблазнительностью. — Потому что ты все равно не сможешь долго передо мной подчиняться.

Проклятье. Даже через телефонную трубку его голос заставляет мурашки бежать по спине. Из него вышел бы потрясающий чтец аудиокниг, хотя это мнение я, пожалуй, оставлю при себе.

— Как это самонадеянно с твоей стороны.

— Хм. — Этот звук вибрирует где-то у меня внутри. — Если ты так категорически против того, чтобы делить со мной простыни, то милости прошу во вторую спальню. Хотя сразу предупреждаю — Гусь терпеть не может там спать.

Что ж, Гусю придется как-то с этим смириться.

— Ладно. — Я сдерживаю смешок. — Сейчас соберу вещи и приеду. У меня сегодня выходной.

— Я у тебя в долгу, Майя. Серьезно.

Радуясь тому, что он не видит моего румянца, я отвечаю.

— Будто я могла отказать Гусю.

Или тебе.

Дом Коула находится всего в десяти минутах езды от моего, но наши жилищные условия — это небо и земля. Хотя моя квартира расположена в хорошем районе, я могу потянуть аренду только потому, что у самого здания есть… скажем так, очаровательные изъяны. Измельчитель отходов работает под настроение, напор в душе колеблется где-то между едва теплым и полным разочарованием, а облупившаяся краска на стенах выглядит так, словно ее наносили еще во времена Гражданской войны.

Кондоминиум Коула, напротив, словно сошел со страниц журнала о роскошном образе жизни. Он находится в одном из самых элитных районов Бостона и окружен ресторанами, о которых я только читала в “Eater”. Из тех мест, где столики бронируют за полгода, а цены такие, что мне пришлось бы распродать внутренние органы на аукционе, просто чтобы попробовать их сет-меню.

Медленно поворачиваясь кругом, я осматриваю все вокруг. Вопреки моим ожиданиям увидеть типичную холостяцкую берлогу, его дом оказывается удивительно уютным. Большие арочные окна и четырехметровые потолки пропускают много естественного света, который подчеркивает переливы цвета на дубовом паркете, уложенном шевроном. На кухне красуются мраморные столешницы, а напротив дивана — камин с ручной резьбой. Сам диван настолько огромный, что на нем, пожалуй, поместилась бы вся команда «Бостонские Рыси». Живи я в таком классном месте, мне кажется, я бы