я. — Ещё и магию леса чувствуешь! Неужели это из-за маны и трав? Ничего, мы тебя поставим на ноги и будешь мне помогать, — я глянул на кота, — надеюсь, он не будет таким наглым, как ты.

Бекон фыркнул, всем своим видом показывая, что он тут такой один-единственный и неповторимый. Потом забрался мне на плечо и неожиданно сильно придавил своим весом. Я тяжело опустился на тюки с соломой. Да уж, Система Системой, но я очень устал за этот день. Шевелиться не хотелось от слова совсем. Буян это тоже заметил и ткнулся мордой мне в плечо. Перед глазами всё размылось, и веки начали слипаться. Последнее, что я помню, как Бекон свернулся у меня на груди и заурчал.

— Ладно, раз вы настаиваете, — сонно пробормотал я, — здесь и переночую.

Утро подкралось незаметно, разбудив меня лучами солнца через оконное стекло. Я с трудом открыл глаза, потянулся, прогоняя остатки сна, и глянул на Буяна. Он ещё дремал, стоя неподвижно, дышал, как и вчера ровно, без прежнего присвиста. Почувствовав мой взгляд, он глянул на меня почти ясными глазами. Отвар хорошо работал, и это меня очень порадовало.

Бекон уже не спал, сидел на краю стойла и наблюдал за мной с видом трудяги, который ни разу в жизни тарелки супа не видел. Тефтелька же косилась на нового соседа и, кажется, даже повеселела. Может быть, и её таким отваром напоить?

— Доброе утро, — сказал я всем сразу, поднялся и ещё раз потянулся. — Пора завтракать!

Это стало, как сигнал к началу дня. Едва только произнёс, дверь конюшни распахнулась, и зашёл Фёдор. Ждал он, что ли, пока я проснусь?

— Ему лучше, — сказал минотавр, лишь мельком глянув на Буяна.

— Да, отвар сварил, он на кухне в кувшине. Я хотел тебя попросить, давать ему воды с одной кружкой. Глядишь, через неделю будет, как новенький.

— Хорошо. Можно я и Тефтельке его дам?

— Конечно, только поменьше, — кивнул я и пошёл в сторону кухни.

Правда, на половине пути свернул в огород, уж больно мне было интересно, как там мои посадки поживают. А то я совсем про них забыл. Оказалось, что зря переживал, и вся рассада поднялась, налилась соками и выглядела намного бодрее меня. Рядом даже ни одного сорняка не было! Вот уж диво, так уж диво!

— Ну как? — раздался за спиной голос орчихи. — Хорошо, что ты золы добавил, она отлично помогает и росту, и силе.

Грумхильда стояла на крыльце, уперев руки в бока. На ней был испачканный землёй передник.

— Ты встала затемно, чтобы привести огород в порядок? — изумлённо спросил я. — И чего тебе не спится?

— А что ждать? — топнула она ногой. — Конкурс на носу, в трактир повалит народ, а огород — это тебе не шутка. Зелень нужна будет к столу. Так что давай, хвали меня, я заслужила.

— Ты лучшая, Грумхильда, — ответил я искренне и рассмеялся.

— Буду в городе, ещё куплю рассады, раз тут такая земля хорошая, что всё растёт как на дрожжах.

— Хорошая идея, только сам сажать буду, — вслух произнёс я, а подумал, что если это сделает орчиха, то Система это может не засчитать.

— Тогда давай готовь завтрак, а я пока отмоюсь.

Я усмехнулся, закатал рукава и прошёл на кухню. Чтобы такого интересного сделать? Я пробежался взглядом по полкам, наткнулся на творог. Его раньше здесь не было, значит, это Фёдор привёз. Отлично!

— Будут сегодня у нас сырники, — сказал я Бекону, — будешь помогать?

— Мяу! — с готовностью ответил Бекон и сел на лавку, поближе к творогу.

Его я размял вилкой до однородности, чтобы осталось ни одного крупного комка. Добавил яйцо, две ложки муки, щепотку соли и щепотку сахара. Аккуратно перемешал ложкой, и масса получилась достаточно мягкой, но при этом не жидкой. Сырники довольно сложное блюдо, помню, как я с ним практически воевал, пока не довёл все действия до автоматизма. Ведь если муки добавить много, сырники станут резиновыми, а если наоборот, то на сковородке разваляться.

— Самая правильная консистенция, — пробормотал я, дотронувшись до смеси кончиками пальцев. — Из-за творога чуть влажно, но так и должно быть.

Бекон принюхался и одобрительно мявкнул.

Я присыпал разделочную доску мукой, выложил тесто и скатал из него толстую колбаску. Разрезал на кусочки размером с крупный грецкий орех. Ладони окунул в муку и быстро сформировал лепёшки.

— Главное — не мять сильно, — объяснял я коту. — Чем нежнее обращаешься с тестом, тем пышнее получатся сырники.

Бекон чихнул — то ли соглашаясь, то ли торопя.

В итоге получились кругляши толщиной в палец. Сковорода уже ждала на печи, я бросил туда топлёное масло. Оно под жаром быстро растеклось ровным слоем. Осталось только аккуратно выложить сырники, чтобы они не слиплись. Творожная масса приятно зашипела и начала покрываться золотой корочкой. Я втянул носом сладкий запах и улыбнулся. Как же я соскучился по ним! Чтобы они не сгорели, сдвинул сковороду.

Через пару минут аккуратно поддел первый сырник лопаткой. Таймер в голове не подвёл, и я увидел правильный цвет без подпалин. Перевернул всё и снова подождал.

Вы создали новое блюдо: «Сырники творожные»

Качество: хорошее

Вы получаете 10 опыта

Рецепт сохранён в Кулинарную книгу

Текущий опыт: 40/500

Ох, ману забыл добавить, а да и фиг с ней, и так запах выше всех похвал, аж желудок свело.

Готовые сырники выложил на деревянное блюдо, застеленное чистой тряпицей, чтобы они «отдохнули» минуту и стали чуть мягче, а заодно и лишнее масло убрать. Поливать сметаной не стал, но достал ещё и мёд.

— Готово, — крикнул я, чтобы услышали все. — Прошу к столу.

Грумхильда и Фёдор, который как раз вернулся из конюшни, где поил Буяна второй порцией отвара, сели за стол в обеденном зале. Бекон получил полсырника в отдельной плошке. На трактир опустилась блаженная тишина, нарушаемая урчанием кота и довольными вздохами.

— Хорошо. Мягко. Сладко в меру, — как всегда коротко сказал Фёдор.

Он взял ещё один сырник, засунул в рот целиком и прикрыл глаза — высшая степень одобрения от минотавра, который обычно не тратил слов на еду.

Грумхильда же, напротив, крякнула, стукнула ложкой по столу и расплылась в широкой улыбке:

— Вот это да! Марк, ты чёрт, а не повар! Настоящий